Лучше только дома
Шрифт:
Вдруг я обнаружила, что уже без пяти девять и фильм вот-вот начнется. И занервничала. А если мне не понравится? Алекс понимает меня с полуслова, а я совсем не умею врать. Прихватив по бутылке пива, мы погасили верхний свет и сели у телевизора. Алекс наскоро поцеловал меня, чтобы привести в благодушное настроение перед просмотром. Я молча молилась, чтобы фильм оказался удачным. Но он был не удачным, а блестящим. Я не верила своим глазам. Актеры играли изумительно, ракурсы были выбраны идеально — они не упрощали сюжет и не отвлекали от него внимание. По-моему, это был настоящий шедевр. Едва Алекс понял, что я хвалю его искренне, на его лице отразилось
В два часа ночи, когда мы ложились, Алекс в сотый раз спросил:
— Тебе правда понравилось?
— Ну как тебе сказать… — решила поддразнить его я, — в целом неплохо, но на любителя.
Алекс вскочил и направился к двери.
— Постой, ты куда? — со смехом спросила я.
— Потолковать с рождественским дедом. Сказать, что твой подарок отменяется. Ты его не заслужила.
Рождество прошло в сплошной суете. Мудро ты все-таки поступила: заранее укатила в загородный отель и переложила все заботы на плечи персонала. А я-то думала, что пережить Рождество — пара пустяков. Подумаешь, зажарить индейку и украсить дом! Но приготовления к празднику продолжались и утром, вплоть до первого звонка в дверь. По-моему, приготовить рождественский обед — все равно что родить: никому не объяснишь, как трудно это было. Пройти этот обряд посвящения в настоящие женщины, окутанный тайной, не помогут ни Найджелла, ни Делия Смит. Открыть дверь я не могла: как раз в этот момент запихивала индейку весом 14 фунтов в пакет из фольги, стараясь не ступить в лужицу пролитого на пол жира. Противни с печеным картофелем и турнепсом норовили выскочить из духовки всякий раз, едва я открывала дверцу. Пришлось обхватить индейку обеими руками и придерживать коленом противни, а ноги от усталости уже начинали отекать. Мне на помощь пришел незнакомый верзила с серебристыми висками.
— Позвольте мне, — с сильным американским акцентом произнес он, решительно схватил два кухонных полотенца и избавил меня от индейки.
— Вы, наверное, Карл? — догадалась я.
— А вы, если не ошибаюсь, Дороти? Очень рад наконец-то познакомиться.
Маминому бойфренду удалось произвести на меня очень даже приятное впечатление. Да что там мелочиться — он мне понравился. Особенно после того, как прочно обосновался на кухне, объявив, что приготовление индейки в День благодарения — его конек, а меня отправил в гостиную с бокалом шампанского.
Спустя несколько минут нагрянули остальные гости. Алекс привез свою мать в элегантном костюме от «Шанель» и с гигантским мешком подарков. В первое Рождество без Джека она отчаянно затосковала. У Алекса, вошедшего в дом вслед за ней, был потерянный вид. Изобразить праздничное настроение Сильвии удалось гораздо лучше, чем ему. Я поцеловала Алекса и держала его в объятиях, пока кто-то не кашлянул и не заявил:
— Эй вы, двое, хватит! Сегодня церковный праздник.
Джей по случаю Рождества нарядился в облегающие красные брюки и притащил охапку омелы и остролиста. При виде меня он поднял ветки высоко над головой и шепнул:
— Поцелуй, а то уколю! — Я ответила раздраженным взглядом, а он притворно удивился: — А в чем дело?
Неужели он всегда был таким? Или изменился под влиянием Кевина? Но я его все равно люблю.
Едва Матильда и Дейзи начали разбирать подарки, в дверь снова позвонили.
— Меня здесь ждали?
В холл вышла Делисса, обняла меня и отозвалась, глядя поверх моего плеча:
— Заходи скорее, Никки! С Рождеством!
Одарив меня мимолетной ободряющей улыбкой, мама помогла Никки раздеться и повела ее в гостиную. В состоянии шока я заперла дверь. С этой женщиной праздновать Рождество я решительно не желала. Внутренне кипя, я двинулась на кухню, где Карл помешивал подливку. Через несколько минут к нам присоединилась Делисса, легко чмокнула Карла в губы, потом заметила ярость на моем лице и как ни в чем не бывало объяснила:
— Это я уговорила ее прийти. Вы слишком давно знакомы, чтобы ссориться. Поверь мне, такого врага наживать опасно. Попробуй взглянуть на нее по-другому. Ей тоже сейчас несладко. Она лишилась мужа, детей, а теперь и подруги. Хуже просто некуда.
— Сама виновата, — буркнула я.
— Дот, ну неужели так трудно хотя бы однажды проявить великодушие? Она сознает свою вину, но ничего не может поделать. Выскажи ей все, что ты о ней думаешь, и забудь. Будем праздновать Рождество.
Размышляя над словами Делиссы, я поднялась в спальню — подкрасить губы, а заодно прихватить подарок для Дейзи. Я купила его несколько недель назад и совсем забыла положить под елку. Выйдя из спальни, я обнаружила, что у лестницы меня поджидает Никки. Судя по всему, извиняться она не собиралась. Я вздохнула. Скандалить я ненавижу, но на этот раз промолчать не смогла.
— Послушай, я страшно зла на тебя. Как ты могла так безжалостно и подло обойтись со мной? Друзьям положено помогать друг другу.
Все это прозвучало по-детски, но она пристыженно потупилась и что-то пробормотала под нос. Мне послышалось, как слово, которого я ждала, с легким шипением отразилось от ковра. Когда Никки подняла голову, в глазах у нее стояли слезы.
— Да, я дрянь. Доброй меня не назовешь. Это не про меня. Я не такая, как ты, Дот.
Слушая, как она унижается передо мной, я вдруг поняла, что уже не сержусь. Сегодня же Рождество! Делисса права, как всегда. Кажется, недавно я читала что-то такое — о благородном умении прощать. Я обняла Никки, мы улыбнулись друг другу. Спускаясь в гостиную, я не удержалась от вопроса:
— Говоришь, ты не такая, как я? А что это значит?
Она загадочно улыбнулась, прихватив со столика в холле свое шампанское.
— Во-первых, я ни за какие коврижки не надела бы эти туфли с этой юбкой. Но это мелочи, дорогая. С Рождеством!
Нет, она неисправима. А я, наверное, просто глупа. Но немного погодя, оглядывая стол с именными карточками, разрисованными Матильдой, и свечами в форме ангелочков, посматривая на гостей в дурацких колпаках и Никки, разыгрывающую в лицах «Последнюю магнитофонную ленту Краппа» [25] , я поблагодарила судьбу за то, что все мы вместе. Но впечатление вскоре подпортили свечки-ангелы: их головы растаяли, оплыли, фигурки приобрели трагический вид. К счастью, дети этого не заметили.
25
Пьеса Сэмюэла Беккета (1959).