Лучше только дома
Шрифт:
— Что? — встрепенулся Джей. — Что такое?
Я обернулась как раз вовремя: Джей сошел с тропы и чуть не скатился по крутому откосу в грязную Темзу. Дейзи сидела у Джея на плечах, обеими руками обхватив его голову и прикрывая ему глаза, как делают малыши, когда боятся высоты.
— Стой, Джей! — завопила я в ужасе, что лишусь сразу и лучшего друга, и младшей дочери.
Джей с трудом оторвал ладони Дейзи от лица, ссадил ее с плеч и повернулся ко мне:
— Ты чего разеваешь рот, как рыба? Не красит тебя, между прочим.
— Это он, Джей. Филипп. Целуется с матерью Энри. Помнишь Энри? Чертенка,
— Еще один бесперспективный роман.
— Вообще-то Хелен замужем, а Филипп лет на десять моложе ее.
— Я про нас с ним.
— О, прости, Джей. Ляпнула, не подумав… Но я же была уверена, что он гей! Может, он би?
— Не в моем вкусе, — отважно заявил Джей, — слишком смазлив. Кстати, я как раз собирался сказать: у меня тут кое-что наклевывается. Просто не хотел обижать тебя — ты ведь хотела как лучше.
— Кто он? Имя, особые приметы, рекомендации! Сначала мы его разъясним…
Джей рассмеялся:
— Пока не надо. Мы познакомились по работе. Я брал у него интервью, он открыл новый клуб «Студ». Почти нью-йоркская «Студия 54» [20] .
Я хихикнула.
— Какой он?
— Такой, знаешь… интересный.
— Колись, Джей.
— Говорю же, рано. Мы едва встретились.
— А меня познакомишь?
— А то! Но через пару недель. Боюсь его отпугнуть. Я ему не ровня — его все знают, он всюду бывает. Ну и я пока держусь на уровне.
20
Легендарный клуб, пик популярности которого пришелся на 80-е годы.
— Может, все-таки скажешь, как его зовут?
— Кевин, — смущенно пробормотал Джей.
— Могло быть и хуже. Значит, теперь твой стимул — Кевин.
На остаток выходных мы с Алексом заключили перемирие. В воскресенье нагрянули Сильвия и Джек с бутылкой шампанского.
— Что празднуем? — поинтересовался Алекс у отца.
— Жизнь! — объяснил тот. — Твою новую работу, новую жену и все, что хочешь!
— Новую жену? — вмешалась я. — А мне, как всегда, ничего не сообщили.
— У тебя же новая роль. Значит, в каком-то смысле ты — новая женщина.
Алекс начал разделывать моего непрожаренного цыпленка. Он злобно кромсал ни в чем не повинную птичку, выворачивая ножки с корнем. Заметив, что задел сына за живое, Джек поймал мой взгляд и вздернул бровь, а я молча пожала плечами.
— А по-моему, это чудесно, — удивила меня заявлением Сильвия. — Дороти правильно поступила, оставшись дома. Вы оба слишком увлеклись работой. Нельзя доверять воспитание детей чужому человеку. Зачем вообще иметь детей, если некогда видеться с ними? Современные женщины слишком уж многого хотят.
Наступив на горло внезапному желанию защитить своих сестер и воскликнуть: «А что в этом плохого?» — я не упустила случая искупаться в лучах ее одобрения. Впервые на моей памяти Сильвия встала на мою сторону. Победа была сладка. Алекс мрачно продолжал вымещать зло на цыпленке.
— Папа, можно мне дужку? — спросила Матильда.
— Только пополам со мной.
Матильда улыбнулась. А я вдруг заволновалась. Интересно, какое желание загадает на куриной дужке Алекс?
Глава 8
Ее разнообразью
Пред ней бессильны возраст и привычка.
Кому: Люку Ллойду, LukeLloyd@talent.co.uk
От: Dot@noplacelikehome.com
Тема: Делюсь мыслями
Не идет из головы список передач, который ты прислал на прошлой неделе. Из первых шести лучшая — «Первая любовь». Каждый помнит свою первую любовь. Стивен Кокс! Пишу его имя и ловлю себя на том, что глупо и задумчиво улыбаюсь. С ним я впервые поцеловалась по-настоящему. Нас познакомил брат моей подруги Бет, Джеймс, а он любой разговор сворачивал на секс. Через несколько недель после знакомства Джеймс объяснил всем нам, в чем интимная особенность французского поцелуя. Помню, меня передернуло от ужаса и омерзения. Совать язык в чужой рот — фу, как негигиенично! В состоянии шока я вернулась домой, письменно поклялась, что «я, Дороти Дэвис, никогда не засуну язык ни в чей рот», расписалась и поставила дату.
А еще через несколько недель я очутилась в неуклюжих, но страстных объятиях Стивена Кокса. И с облегчением поняла, что знаю, как себя вести, а если бы не Джеймс, наверняка завизжала бы и прикусила Стивену язык. Но все прошло как по маслу. После этого целый год я только и говорила, что о том поцелуе. Мы с Бет все разложили по полочкам по дороге в школу, в автобусе: как мы познакомились, что говорил Стивен, как держал меня за руку, во что был одет он и во что я. Вопреки всем ожиданиям, целоваться было удобно: зубами мы не лязгали и носами не сталкивались. Словом, первый поцелуй получился идеальным, так что все последующие я сравнивала с ним. Даже теперь легчайшего запаха «Брюта» достаточно, чтобы у меня по спине пробежали мурашки. Целый год воспоминание о той минуте приводило меня в трепет. Я и сейчас чувствую его. Наш «роман» продлился полгода, которые в том возрасте казались вечностью, и оборвался, когда Стивен совершил непростительный поступок.
Извини, отвлеклась. В участники передачи годится кто угодно — от королевы до Кайли Миноуг. Первая любовь как фактор, объединяющий людей! Но лично я бы не хотела снова встретиться со Стивеном Коксом. Наверное, он уже полысел, растолстел, торгует компьютерами и живет где-нибудь в Брэкнелле. Нет уж, предпочитаю воспоминания. А передача может получиться: любопытно видеть, как меняются люди.
Кому: Люку Ллойду, LukeLloyd@talent.co.uk
От: Dot@noplacelikehome.com
Тема: Исповеди
Не знаю, с чего вдруг мне взбрело в голову делиться сокровенными подробностями прошлого с почти незнакомым человеком. Говоришь, ты заинтригован? И не можешь догадаться, какие поступки я считала непростительными в четырнадцать лет? Ладно, расскажу — чур, потом не жалеть! В детстве я была помешана на лошадях и целыми днями пропадала в местной конюшне, ухаживая за своим любимцем — пони Дымком. Стивен не понимал моего увлечения и, кажется, ревновал. И наконец прислал мне записку: «Или я, или лошадь». Пони победил без борьбы. А Стивен в отместку стал гулять с моей лучшей подругой Бет. Понятия не имею, как это сказалось на моих будущих отношениях, но вкус поцелуя я узнала. И осталась ни с чем.