Лучше бы измена
Шрифт:
– Я… не подходи! Ударю! – кое-как произнесла я, давясь рыданиями, но стараясь держаться ровно.
В груди будто что-то рвалось. Хотелось сесть, обняв себя руками. Хотелось закрыть руками лицо… Но нельзя.
Казалось, отвернусь на секунду, и перешагивающий через сломанную дверь Вова сделает что-то страшное.
– С кем разговариваешь? – хмуро спросил муж, окидывая взглядом комнату.
– Ни с кем… – испуганно отозвалась я, заводя телефон за спину и слыша в трубке раз за разом громкое: «Маша, скажи адрес… Просто скажи
На секунду я даже пожалела, что позвонила Никите.
Не может быть, чтобы Вова что-то мне сделал плохое. Просто невозможно! Зачем я постороннего человека вмешиваю в дела семьи… Сейчас мы спокойно поговорим, и…
– Отключила телефон, положила на пол молоток и подошла сюда, – каким-то странным, незнакомым голосом произнес Вова, переведя взгляд с дивана, расположенного за моей спиной, на меня.
От слов Вовы сказанным властным, непривычным тоном, мне сдавило горло. В ушах запульсировала кровь, оглушая.
Нужно что-то делать. Нужно решаться.
Потом уже будет поздно…
Даже если я пожалею, даже если все закончится мирно, мне нужна хоть какая-то подстраховка…
Не сводя взгляда с мужа, я поднесла телефон ближе, вслушиваясь в почти мольбу: «Маша, Машенька, скажи адрес…».
Вова смотрел требовательно, страшно. Незнакомо.
Перед глазами вдруг возникли найденные наручники. Не какие-нибудь пушистые, почти игрушечные, а настоящие, стальные…
Меня замутило.
– Проспект Победы семнадцать. Квартира девять, – скороговоркой прошептала я непослушным языком и машинально, совсем не раздумывая, отключила связь.
Стоило мне это сделать, разозленный Вова сделал шаг вперед.
– Стой! – почти завизжала я. – Стой!
Я, не глядя, кинула телефон на диван и перехватила молоток двумя руками для надежности.
– Что ты делать собралась, дура? – презрительно фыркнул муж, но все же остановился. – Ты на кого замахиваешься, подумай вначале!
– А ты… Ты подумай, кого пугаешь! – всхлипнула я, с силой сжимая древко молотка. – И перестань!
– Да я тебя, на голову больная, мало пугал. Раз ты тут не пойми, что устроила, – процедил он, глядя даже не на меня, а на мои руки.
Я проглотила оскорбления. Сейчас не время. Сейчас важно другое…
– Вова, я не понимаю… Объясни… Почему? Зачем ты?..
– Что именно ты не понимаешь? – хмуро уточнил он, взглянув мне прямо в глаза.
Он посмотрел, а я его будто не узнала… Вертикальная складка на лбу, опущенные уголки губ, холодный, пустой равнодушный взгляд…
Это просто не мог быть Вова. Это не тот человек, в которого я влюбилась, не тот, с кем я решила связать свою жизнь.
Пожалуйста, пусть все это будет ошибкой! Чудовищным сном.
– Все, Вова, – пробормотала я, вглядываясь в лицо мужа и не понимая, он так изменился за прошедший час или всегда был таким, но я не хотела этого замечать... – Весь сегодняшний день… Ты сказал, что меня не за что уважать, унизил при
Мой голос, вопреки ожиданиям, не дрогнул на последних словах. Почему-то, когда я перечислила все сегодняшние события, измена показалась мне несущественной деталью. Слишком легко она вписывалась в поведение мужа. Будто даже логично дополняла.
Я смотрела на Вову и искренне не понимала: как? Как я могла не видеть его отношения ко мне. Это же очевидно.
Да, сегодняшний день побил все рекорды… Но неужели если бы все эти события были не разнесены по времени, если бы между его действиями успел бы пройти месяц, а то и два… Неужели тогда я бы все это не заметила?
Или я просто не хотела этого замечать? Придумала себе образ приличной семьи и закрывала глаза на все, что выходило за рамки?..
А ведь пренебрежительное отношение ко мне было и в больших поступках, и в мелочах. Он не советовался со мной по поводу семейных трат. Даже таких, как покупка машины. Не помогал нести тяжелые пакеты с продуктами домой. Никогда не интересовался, как мои дела… Не пытался сделать меня счастливой.
Тогда почему мы вдруг оказались женаты? Как это вообще произошло?
– Не лупи на меня своими красными, опухшими глазенками, – наконец произнес Вова раздраженно. – Да изменял, ничего страшного в этом нет. Я предохранялся и заразу в семью не принес. Ты тоже неидеальна, знаешь ли…
Какой абсурд… Боже, какой же бред он только что сказал! Не принес заразу. Это, видимо, его оправдывает.
Не выдержав, я истерично хохотнула.
– Вот настоящие слова моего принца на черной приоре! Ради него я перестала общаться с родителями, ради него я уехала из Москвы… И зачем я только это сделала?..
Я неожиданно всхлипнула, а из глаз новым потоком хлынули слезы, застилая глаза.
– Это не я виноват! Это ты ко мне прицепилась! – рыкнул вдруг муж и, в одно движение подскочив ко мне, выдернул из рук молоток и отшвырнул его в угол. – Это ты приехала из Москвы, вся такая нарядная. «Здравствуй, Вова, я буду жить с тобой!». Таскалась за мной, в глаза заглядывала. Придумала себе большую любовь, и сама же в нее поверила.
Он тряхнул меня, так что зубы клацнули, но я не могла промолчать.
– Но это ты сделал мне предложение!
– Сделал! – рявкнул он зло, и щеку мою вдруг обожгло.
Я отшатнулась, упав на диван, а Вова потер свою руку, подходя ближе.
– Сделал. Но тебя никто не заставлял принимать предложение. Это ты виновата! Ты сломала мне жизнь! Из-за тебя, из-за твоих выдумок про любовь я должен был остепениться! Я обязан был думать о тебе все время!
Вова наступал на меня, стоя возле дивана пытался подавить меня своим ростом, своим авторитетом, но сейчас весь страх исчез, уступа место жгучей смеси из злости и обиды.