Лучано

Уиннерс Ева

— Что, черт возьми, здесь произошло? — одновременно спросили Алексей и Кассио.

Булькающий звук исходил изо рта Софии. Сделав два шага к ее телу, я наклонился на корточки.

— Где моя жена? — я видел, как женщина булькала собственной кровью, захлебываясь ею. Пусть она подавится, после того как я получу ответы.

Ее пальцы потянулись ко мне и схватили мою рубашку.

— Помоги мне.

Она была бы сумасшедшей, если бы думала, что я когда-нибудь ей помогу. Всю боль, которую она причинила моей семье. И вот она забрала

мою жену. Угрожала моему сыну.

Но я держал свои эмоции под контролем. Мне нужны были ответы.

— Где моя жена? — я повторил. — Если ты дашь мне хороший ответ, я, возможно, пощажу тебя.

Посмотрев вниз, я увидел, как отчаяние и воля к жизни движут ее тонкими губами. Я никогда не говорил, что оставлю ее в живых, но я не дам ей захлебнуться собственной кровью.

Ее губы шевелились, ее голос слабел, когда она пыталась дать мне ответ. Я упал на землю, впившись в нее коленями, наклонившись лицом к ней, я почувствовал запах крови в ее дыхании.

— Где моя женщина? — зарычал я, тряся ее. — Где она?

— Лучано, — Кассио опустился на колени рядом со мной, положив руку мне на плечо. Я повернулся, чтобы встретиться с ним взглядом, и обнаружил, что он протягивает иглу.

Эта сырость… она пронзила меня, затягивая меня под воду, топя меня. Тяга внутри моей груди расширяется, вгрызаясь в дыру и погружаясь в ее темноту. Грейс была моим светом.

Благодать — мой свет. Она нужна мне.

Она нужна нашему сыну.

Она нужна папе.

Она нам нужна.

— Ты чертова сука, — прошипел я. — Где моя жена? Или, клянусь Богом, я сохраню тебе жизнь, чтобы мучить тебя снова и снова до конца твоей несчастной жизни.

— Она выстрелила в меня, — её голос был едва слышен.

Моя Грейс. Моя милая жена. Она выстрелила в свою бабушку.

— Могу поспорить, ты это заслужила, ведьма, — выплюнул Алексей, своим высоким телом подталкивая ее ноги, пиная их, как кусок мусора, которым она и была. Он выглядел как чертов психопат или ангел смерти, возвышаясь над ней. Он назвал ее ведьмой , чем она и была на самом деле.

— Где моя жена, сука? — крикнул я ей в лицо. Она и Альфонсо стоили жизни моей матери и сестре. Я бы не позволил ей забрать у меня и жену. Мать моего сына. — Что с ней случилось?

— Бенито, — слабо прохрипела она. — Пляжный домик Астор.

Стиснув челюсти, я поднял руку и нацелил пистолет ей в голову. — Гнить тебе в аду, — холодно сказал я и нажал на спусковой крючок. Ее тело рухнуло в грязь. — Быстрая смерть — это больше, чем ты заслуживаешь.

Я засунул свой «глок» обратно в кобуру и повернулся к мужчинам.

— Коннектикут, — сказал я группе. — Вот куда они ее забрали. Грейс и Элла в Коннектикуте.

Подожди, Грейс, я иду.

Глава двадцать шестая

ГРЕЙС

Голова

пульсировала от боли, но я не обращал на это внимания. Я не могла себе позволить проявить слабость. Эти люди воспользуются этим.

Мы с Эллой держались близко друг к другу, ее рука в моей. Я отказалась нас разлучить. Не важно что. После того, как мы как следует подготовились к аукциону, как какие-то животные, пятеро охранников окружили нас и повели обратно в коридор. Мое сердце грохотало, узнавая каждый дюйм этого места. Но поскольку нас окружало пятеро, нам некуда было убежать. Несмотря на это, я отказалась сдаваться.

В коридоре здесь было темно. Каблуки Эллы и мои стучали по каменному полу. Мое сердцебиение было бешеным, и мне не нужно было спрашивать лучшую подругу, чтобы знать, что и у нее тоже. Я сглотнула комок в горле.

Подумай о Маттео. Сосредоточься на возможностях побега. Подумай о Маттео.

Коридор закончился, и большая лестница вела на этаж ниже.

— Несмотря ни на что, — произнесла я приглушенным голосом. — Не отпускай мою руку.

Судорожно кивнув, мы медленно спустились по лестнице, переплев пальцы. Глухой звук. Глухой звук. Глухой звук.

Наши каблуки эхом разносились по пляжному особняку моего дедушки Астора. И тогда я их увидела. Ждут нас, как жертвенные агнцы.

Бенито Кинг. Марко Кинг.

Оба мужчины были сделаны из одной ткани. Жестокость была их вторым именем. Им это нравилось. Ходили слухи, что и отец, и сын любили рыжих. Мне следовало оставить волосы каштановыми.

Затем по большому вестибюлю раздался громкий свист, и я поняла, что нас ждут около пятнадцати человек.

Как поместье дедушки стало таким?

Мои глаза остановились на самом опасном человеке в комнате, я проигнорировала остальную толпу. Я крепко сжала челюсти, услышав, как в нашу сторону брошены жестокие слова.

Сбежавшие красавицы.

Шлюха красавица.

Шлюха-жена Витале.

Сквозь звон в ушах я услышала хныканье Эллы.

— Будь сильной, — прошептала я, едва шевеля губами. — Останься со мной.

Все это время я смотрела на двух самых жестоких участников Кинг. Блеск в глазах Бенито Кинга не сулил мне ничего хорошего. Чем ближе мы подходили, тем шумнее была толпа.

— Черт, ради этого куска задницы я готов забыть, что она сука Витале.

Но не я. Я всегда буду его.

Слова были на кончике моего языка, но я проглотила их. Мне приходилось держать себя в узде. Наблюдай и жди. Это был единственный план, который у меня был. Если бы все провалилось, я бы убежала от них на виду. Пусть меня застрелят. Лучше умереть, чем подвергнуться их насилию.

Оказавшись на нижней лестнице, охранники пролаяли нам приказ остановиться.