Lubvi.NET
Шрифт:
Света… Вчера была особенная ночь. Первая ночь, которую я провел с женщиной. С женщиной красивой, обворожительной, ласковой как кошка в хорошем расположении духа. С женщиной вожделенной, но при этом нелюбимой.
Я повернул голову и посмотрел на Свету. Она тоже не спала. Лежала и так же, как и я, смотрела в потолок.
— Доброе утро! — поздоровался я.
— Если оно действительно доброе, — отозвалась Света и стала подниматься с постели.
Встав босыми ногами на линолеум, она сладко потянулась, демонстрируя мне все свои соблазнительные прелести. Но я видимо еще не до конца проснулся
— Забыл у тебя вчера спросить: зачем тебе такой большой монитор?
— Как зачем? — Свет попыталась изобразить крайнее удивление, но получилось у нее довольно грубо. — Я ж дизайнер, мне положено.
— Дома работаешь?
— Ну да!
— Халтурка?
— Почему халтурка? Я фрилэнсер! — гордо ответила она.
— Кто? — удивленно переспросил я.
Здесь стоит сделать маленькое уточнение и сказать, что в конце девяностых слово «фрилэнсер» еще не так сильно было распространено в творческих кругах. Это сейчас, если человек сотрудничает с несколькими изданиями и при этом ни в одном из них официально не числится, он гордо именует себя этим словом. Впрочем, об этом я расскажу отдельно и чуть позже.
Света, кажется, довольная тем, что мне это слово было в новинку, начала долго и сбивчиво рассказывать о философии и мировоззрении вольных художников, и мне вдруг почему-то стало скучно. Я слушал ее вполуха, а сам вспомнил сон про степь и безжалостных скифов.
— Мне опять война снилась. Знаешь, мне теперь постоянно снится война, — сказал я, перебив ее на полуслове.
Света, не обращая абсолютно никакого внимания на мою реплику, продолжала рассказывать о своей работе, заказах и о том, какие жадные и ушлые нынче заказчики. Затем мы переместились на кухню, выпили чаю с бутербродами и покурили.
— Наверное, тебе очень скучно сидеть дома и работать в гордом одиночестве? — Пожалуй, это единственное, что меня в тот момент заинтересовало из рассказов Светы о братстве вольных творческих людей.
— Скучно? — на этот раз удивление Светы было абсолютно искренним.
— Ну да, — ответил я. — Ты сидишь дома одна-одинешенька у своего огромного монитора. Ты замкнута на себя. Изредка твою комнату наполняет музыка, а еще реже приходят люди, впрочем, не задерживаясь надолго. Что в этом хорошего?
— Скажи, Андрюш, ты веришь в свободу?
— В свободу? — переспросил я.
— Да, именно в свободу, что это не миф, что она действительно существует.
— Ты знаешь, это трудный вопрос. Как ни странно, я часто над ним задумывался. По-моему, абсолютной свободы не существует: каким бы ты ни был, тебя постоянно что-то ограничивает, сдерживает. Так?
— Да. Или говоря другими словами, мы сами вольны выбирать свою неволю, длину и толщину цепи, на которой нас держат. Так вот, я свою цепь уже выбрала. Меня вполне устраивает как ее длина, так и толщина. И знаешь, ошейник не особо жмет. Что касается одиночества. Знаешь, есть великолепная американская писательница Урсула Ле Гуин, я тебе дам обязательно почитать, тебе понравится. Так вот у нее есть такое высказывание: «Ты один, но ты
— Уже лучше быть одному, чем просто с кем-то.
— А это уже Хайям. — Света подошла ко мне и поцеловала в щеку. — Знаешь, я бы хотела иметь такого братика как ты, но и любовник тоже сойдет. Ты как думаешь?
Я лишь рассмеялся.
Мы еще с полчаса просидели на кухне, философствуя и попивая чай. Затем Света намекнула мне, что ей уже давно пора сесть за работу, поскольку пропал вчерашний вечер, да и вообще после такой прекрасной ночи она очень долго будет настраиваться на нужный лад. В принципе мне тоже было пора, за сегодняшний день мне надо закончить статью про «гениального бизнесмена» и отослать в редакцию.
— Слушай, Андрюш, а вечером ты что делаешь? — спросила она меня, когда я уже стоял в дверях.
— Не знаю, — пожал я плечами. — Скорее всего как обычно: сяду на лоджии, открою пошире окно и буду читать книжки по программе. А что? Хочешь меня в гости зазвать?
— Не совсем. — Она нахмурила лоб. — В общем, я хочу тебя познакомить с другими магами.
— Думаешь, это действительно необходимо? Вообще, зачем это все, мы же не «Братство Кольца» какое-нибудь. Я всегда не понимал клубы рыжебородых или что-нибудь в этом роде. Я только вчера фактически стал магом и прекрасно понимаю, что если человек пишет левой рукой, то это не повод, чтобы дружить со всеми левшами.
— Я поняла тебя. — Она улыбнулась. — Но все-таки давай сходим, посмотришь. Не понравится — уйдем и вернемся ко мне.
Я согласно кивнул, и мы распрощались до вечера.
День пролетел незаметно. Придя домой, я буквально источал хорошее настроение и оптимизм. Статья написалась легко и довольно быстро и была отправлена в редакцию. Заодно я узнал, что в ближайший день выплат могу получить гонорар за предыдущую. Что ж, сотрудничество со СМИ постепенно налаживалось. Оставшееся время незаметно пролетело за чтением.
Света выглядела потрясающе. В черных бриджах и черной же блузке она выглядела просто бесподобно. Мы поцеловались, она взъерошила мне волосы, и мы пошли пешком до метро Домодедовская.
— Как работа? Сумела настроиться на нужный лад?
— Знаешь, с трудом. — Она улыбнулась. — Секс, магия, да еще поговорили по душам. Такое у меня в последнее время бывает редко, чтобы все вместе и так позитивно. Однако и сделала я сегодня не так уж мало. Отработала и вчерашний вечер и сегодняшний.
— Ты что, и по вечерам работаешь?
— Ну да. — Света пожала плечами. — Я работаю с опережением графика, потому что тогда я всегда буду иметь в запасе два-три свободных дня, если мне понадобится их потратить не на работу.
— Ясно. И ты продолжаешь утверждать, что ошейник тебе не жмет?
— Продолжаю.
— А куда мы сейчас?
— Так… В один клуб.
— Ты ходишь по клубам?
В то время я был совсем не знаком с таким явлением культурной жизни столицы, как московские рок-клубы. Клубы у меня ассоциировались с теми заведениями, куда меня пару раз затаскивали мои сокурсники по журфаку. Кислотная музыка, дети богатых родителей, наркота и жуткая скука.