Ловушка
Шрифт:
— Выходи, ведьма! — кричали с улицы.
Девушка встрепенулась и заставила крылья исчезнуть. Она крепко обнимала Урта за талию. Мальчик удивленно тер глаза и смотрел на трясущуюся дверь.
— Что происходит? — спросил он сонно.
— Охота на ведьм началась, — ответила Лима напряженно и кошке подобно спрыгнула с печки, оставив мальчика наверху.
Вечно ей везло как утопленнику. Единственный дом, в который их пустили, оказался под угрозой сожжения. Люди ненормальные, когда находятся в толпе, а особенно если испытывают
Кузнец тоже проснулся, быстро вооружился топором и арбалетом.
— Когда это кончится?! — зарычал он. — Всех перестреляю, кто к доче приблизится! — закричал мужчина, обращаясь к тем, кто находился снаружи.
— Папа!
— А ну скройся, покуда жива! — зашептал яростно на рыжеволосую девушку и тут заметил Лиму. — Ты говорила, что ведаешь, кто настоящая ведьма, — обратился к вампиру с надеждой. — Памажи, небом молю, памажи, отвадь беду от нашего порога!
— Урт, иди ко мне, — строго приказала девушка, не глядя на кузнеца.
Спрятав мальчика за спину и засунув тигра в рюкзак, Олимпиада решительно открыла дверь. Сразу с десяток людей отшатнулось в испуге, глядя на нее. В руках люди держали факелы, вилы и грабли. В случае критической ситуации, она сможет использовать все, что видит как оружие.
— Зачем пришли? — спросила Олимпиада, прощупывая почву. Девушка уже заметила среди толпы настоящую ведьму, но пока не принимала решительных действий.
— Его дочь ведьма! — крикнула одна из женщин.
— Молчи, дура! — рыкнул на нее мужчина, стоящий впереди. На голове у него гордо красовалась новая черная шапка. — Не видишь, что супостатка на пороге стоит! В доме ведьма живет, вот супостатка и вошла! — сделал рукой защитный знак.
Лима заметила на его шее точно такой же защитный знак, какой висел на крыльце кузнеца. Все жители деревни носили его, кроме ведьмы. Девушка сделала резкое движение, едва заметное человеку, и сорвала с шеи ближайшего посельчанина защитный знак. По идее он должен обжечь нечистую силу, но прощенной он не причинил вреда. Жители деревни изумленно застыли.
— Я покажу вам, кто виноват во всех ваших бедах и если окажусь права, то он не сможет коснуться вашего защитного знака.
— Не верьте ей, она ведьма!
— Громче всех на площади кричит: «Лови вора!» сам вор, — сурово проговорила Олимпиада, обращаясь к черноволосой сорокалетней бабе. Хотя кто разберет, сколько на самом деле ей лет? — Ты об этом знала, чертовка? Раз я супостатка, тогда кто ты? Почему на тебе нет вещи, заряженной верой? Прикоснись к нему, и посмотрим, кто ты такая, — проговорила и протянула женщине защитный знак, — дотронься, тебе же нечего бояться, ведь так? Или я ошибаюсь?
Все односельчане повернулись к женщине, напряженно глядя на нее.
— Ты обвинила невиновную, а сама за спиной у всех делала гнусь. На колени!
Женщина плюхнулась на колени не в силах сопротивляться вампирскому лорду.
— Еще и вампир
— Но она же наша соседка! — изумилась одна женщина.
— А значит, невиновную дочь кузнеца можно сжечь? — сверкнула серыми глазами в ее сторону Лима. — Хотите увидеть настоящего монстра, привяжите ее к столбу. И еще, прикоснетесь к дочке кузнеца, небо отвернется от вас и гибель ждет вашу деревню. Пока жива рыжая девушка, зло обойдет ваше поселение стороной. Вы начали гонения на невинную и навлекли на себя беду, — указала на ведьму и бросила в нее защитный знак. Талисман обжог вампира подобно кислоте.
— Тьма не простит тебе предательства! Хозяин найдет тебя, и ты познаешь его гнев на своей шкуре! — закричала ведьма, когда ее схватили за руки мужчины и исполнили приказ Лимы. — Предательница, тебе никогда не видать света дневного! Ты проклята! Проклята! И гнить тебе в аду!
— Я тьме никогда не служила, чтобы предавать, — тихо сказала девушка в ответ.
Как и ожидалось, монстр обнажил оскал лишь на миг, но и этого хватило, чтобы люди поняли, что перед ними зло. Кузнец сказал всего одно слово благодарности и закрыл дверь, дабы скрыть дочь от чужого дурного глаза.
Лима ушла и увела за собой мальчика до того, как ведьму сожгли на костре. Слабый вампир сгорит в огне, а она больше никогда не увидит ее озлобленного лица и полных ненависти глаз. Ведьма-упырь стала напоминанием, чего сумела избежать сама Олимпиада. Именно такой она должна была стать, если бы не Сирена.
Теперь девушка идет своей дорогой и сила, лившаяся по ее жилам, больше никогда никому не причинит вреда. А мальчик, идущий рядом, никогда не познает вкуса крови…
Глава 4
Белый замок адских вампиров окутал молочно-красный туман. На улице суетились вампиры-рабы больше обычного. Они часто использовали третье обличье и вампирские способности. Вика же скучала в спальне. После обряда она больше не смогла настроиться на сестру, и Лиэн постоянно куда-то пропадал. Он приходил злой и раздраженный, в страсти неутомим, словно зверь. Вампир редко разговаривал, и его мысли постоянно заняты чем-то другим.
Виктория лежала на красной кровати и слушала музыку. Она кривилась. Группу «Слот» девушка не очень-то любила, но песню «Вампирская» слушала Лима. Это единственная песня, которую сумела припомнить Вика. Она пыталась понять, как мыслит сестренка, настроиться на ее волну. Но у девушки ничего не получалось, а в ухе все звучало: