Ловушка

Штиль Жанна

Коричневая кошка, случайно попавшая одному из них под ноги, подпрыгнув, с громким ором шарахнулась под стол, сердито шипя и дёргая хвостом. Ничего не понимающий котёнок, выпучив глаза, прижав уши, выгнув спину и распушив хвост-трубу, пшикал на мать.

Четыре служанки, расположившись на низких скамейках недалеко от камина, драили расставленную горками медную посуду.

Маргарет в свежем чепце, увидев хозяйку, резво подпрыгнула к ней, кланяясь, красными руками разглаживая на животе чистый передник, демонстрируя:

— Хозяйке что-нибудь угодно?

— Что

готовится на ужин? — Обратила внимание на пропитанную кровью тряпицу, туго обёрнутую вокруг указательного пальца кухарки.

Про ужин она не поняла, но по тому, что госпожа направилась к разделочному столу, заглядывая под холстины на подносах, догадалась, о чём речь.

— Молоко, сыр, творог с мёдом и вишней, булочки. Есть рыба от обедней трапезы, каша, если желаете. Капуста.

— Мне нужно сырое яйцо, мука, соль, молоко, сливочное масло. Будем варить молочный суп с клёцками. — Выбрала глубокую глиняную мисочку, доставая свою красивую серебряную ложку и испытывая несказанное удовольствие от того, какое впечатление она произвела на повариху.

Янтарь, поймав сполох огня из камина, вспыхнул в руках хозяйки. «Зайчик», пробежавшись по стене над столом, привлёк внимание котёнка, выпрыгнувшего из-под стола. Наташа, захватив солнечного «попрыгунчика» в плен, остановила его перед котякой, подёргивая.

Работа слуг остановилась. Все уставились на отражение горючего камня на каменном полу. Котёнок, настигнув пятачок, выскребал его из натоптанной дорожки на камне.

Гретель, выскочившая из прохода, где находились кладовые, с широкой ёмкостью, прижатой к груди и кувшином в руках, спугнула малыша, нарушив волшебство единения огня и камня.

На столе появилась миска с яйцами, сливочным маслом, ларец с белой мукой, кухоль со свежим молоком.

— Вешайте котелок с молоком над огнём. Пока закипит, всё будет готово.

Проконтролировала чистоту «кастрюли», заглядывая внутрь и скребнув ногтем по её наружной стенке, убеждаясь, что нагара нет. Влила кувшин молока, предварительно понюхав на наличие посторонних запахов. Если доярка чистоплотная, то их и быть не должно.

Обмыла руки в миске с водой: «Рукомойник пришёлся бы кстати. Надо подумать».

Выбив яйцо с оранжевым желтком, кинула щепотку соли, размешивая, наблюдая, как вытянули шеи служанки, наблюдая за её действиями. Вспомнилась Берта.

— Учитесь, если не умеете, Маргарет. Будете готовить по требованию. — Добавила порцию муки, вымешивая массу, растирая комки. — Тесто должно быть мягким и однородным. — Плеснула немного молока. Подошла к камину с подвешенной над огнём ёмкостью, присаливая жидкость. Закончив формировать «колобок», отрывала от него маленькие кусочки теста, скатывая шарики-клёцки и кидая в закипающее варево. — Помешиваем, чтобы не пригорело… После закипания, поднимаем котелок выше, чтобы молоко не убежало и немного провариваем. — Сопровождала слова действием. — Маргарет, настаиваю, чтобы ваши руки были при этом очень чистыми, с коротко остриженными ногтями. Я могу зайти в любой момент и проверить. Вы меня понимаете?

Пунцовая стряпуха вертела перед

собой руки-грабли с обкусанными ногтями, поправляя тряпицу на пораненном пальце, рассматривая белёсые шрамики порезов, словно видела впервые. Ножи её не любили и при первой возможности кололи и резали.

В боковую дверь вошла Хенрике и три девицы. Позади нерешительно топтался Гензель.

— Хозяйка, вот вам девки на место получивших расчёт. Если не понравятся, приведу других.

— Идёмте сюда, — подозвала дев, помешивая в котле. — Снимите чепцы, покажите руки. — Бегло осматривала обувь и одежду. — Нам нужна подсобница на кухню и горничная.

Претендентки выглядели опрятно, и сразу же отказать одной из них оказалось непросто. Скорее всего, слух о том, что госпожа большое внимание уделяет чистоплотности прислуги, уже распространился. Девушки умылись и переоделись в чистое.

— Каждая расскажите о себе, — кивнула пастушку, чтобы присаживался к столу. — Маргарет, снимайте котёл и ставьте на стол. — Кинула в суп кусочек масла, прикрывая крышкой.

— О чём им говорить, хозяйка? — уточнила экономка.

— Семейное положение, наличие детей, кто муж, с чего живут. — То, что крестьянки выглядели молодо, ни о чём не говорило. В этом времени они уже могли иметь детей.

— Так мы стараемся нанимать девок свободных, или чтоб без детей.

Наташа призадумалась. Женщины в замке работают целыми днями без выходных. Если некому помочь по хозяйству, то дети останутся дома без присмотра.

— Хорошо. Тогда я послушаю, кто родители и за счёт чего живёт семья каждой.

Все трое жили с родителями.

Дочь бондаря. Младшая в семье.

Дочь стражника на первых воротах. Кроме неё в семье есть младшие братья.

Дочь конюха выглядела старше других, неказистая, конопатая. Всех стало жалко.

— Поступим так, — пфальцграфиня переводила взгляд с одной на другую. — Всем троим на два месяца устанавливаю испытательный срок. Кто отработает без замечаний, тот и останется. На время этого срока оплата каждой будет по три шиллинга. По окончании испытания одна из вас покинет нас, и плата оставшихся поднимется до четырёх шиллингов.

Девушка обратила внимание, что воцарилась тишина. Не слышалось бряканье крышек и режущих слух звуков по закоптелым днищам котлов. Потрескивали дрова в камине, и под столом ворчала кошка на непоседливого котёнка. Гензель, вцепившись в столешницу и опустив под неё голову, грязной ногой тянулся к хвостатому пушистику.

— Я понятно выразилась? — Глянула на прищурившуюся Хенрике.

— А если все будут работать исправно, без замечаний, тогда как будет? И чем занять третью девку?

— За это время кто-то из наших работниц может покинуть стены замка по разным причинам и вы, Хенрике, думаете, что с завтрашнего утра работы станет меньше? — Брякнула крышка, послышались торопливые скребущие звуки, стук утвари. Понимают, о чём речь. — И это после того, о чём мы с вами недавно говорили? Вы собрались проигнорировать мои указания об уборке? — Звуки чистки снова поутихли. Внимают, работнички.