Ловушка для мужа
Шрифт:
– Милдред, я все-таки не пойму, как Сильвию угораздило остаться на День Благодарения без индейки, – сказал Джим. – Она такая опытная хозяйка…
– О, это длинная история, я тебе потом расскажу.
Милдред наклонилась к мужу. Она расстегнула две верхние пуговицы на блузке и надеялась, что это не ускользнет от его внимания. К сожалению, грудь ее покрывали рябоватые пятнышки, и кожа напоминала жатый шелк, но ложбинка оставалась ложбинкой.
– Знаешь, Джим, у тебя глаза сегодня… какие-то особенно голубые.
– Правда, Милдред? – за этими словами скрывалась тьма невысказанных вопросов.
– Правда, – подтвердила она, не отрываясь
Джим растерянно заморгал, но Милдред показалось, что она заметила в этих, ставших вдруг такими яркими, голубых глазах искру интереса…
Все мужчины, кроме Брайена, облепили телевизор, с увлечением следя за матчем регби. Шестой вне игры, десятый ведет и тому подобное. Марла никогда не разбиралась в регби и не понимала эмоций болельщиков. Конечно, широкоплечие парни смотрелись неплохо, но она прекрасно знала, что плечи у них накладные.
Заскучав, Марла подошла к Филу.
– Налить еще? – спросила она с видом радушной хозяйки.
Она немного пришла в себя. На кухне хозяйничала Сильвия, ужин был почти готов, а Марла, воспользовавшись возможностью, уединилась в ванной наверху, где привела себя в порядок и немного перевела дух. Теперь она размышляла о том, что неплохо было бы и в самом деле войти в эту семью. Сгрудившиеся вокруг телевизора мужчины напоминали собравшихся вокруг огня первобытных охотников. Может быть. Фил ей когда-нибудь понравится и станет ее собственным «первобытным охотником»?
Внезапно все, кроме Фила, радостно завопили: на поле был забит гол или произошло еще что-то. Марла подпрыгнула от неожиданности, а Фил, пропустивший интересный момент, разразился криком:
– Сильвия! Убери ты свою задницу от телевизора! Такой бросок из-за тебя пропустил! – взревел «первобытный охотник». – Ох, уж эти женщины! Кстати, а что слышно насчет ужина? – без всякого перехода поинтересовался Фил.
– Сгорел, – отрезала Марла и вышла из комнаты, уязвленная до глубины души.
В расстроенных чувствах она появилась на кухне. Сильвия уже заканчивала готовить картофель, а Милдред как раз вернулась с индейкой.
– Совсем другое дело, – одобрительно проговорила Милдред, заметив Марлу. – Чувствуется, что ты взяла себя в руки.
Но Марла оставила комплимент без внимания. Она сердито посмотрела на обеих женщин.
– Я думала, что вы добрые, милые люди, а вы собираетесь выдать меня замуж за придурковатого женоненавистника!
– Опять Фил? – со вздохом проговорила Милдред. – А я надеялась, что тебе удастся сделать из него что-нибудь путное… Я знаю, он вообще-то может полюбить, но любовь у него уж очень… своеобразная. Такой милой девушке я подобного подарка не пожелаю.
Она замолчала, а Марла почувствовала, что у нее теплеет на душе. Как все-таки жаль, что ей не удастся остаться в этой семье.
– Должна сказать, – снова заговорила Милдред, – что над каждым мужчиной надо немного поработать. – Она еще не успела снять пальто и стояла, разрумянившаяся, глаза ее молодо блестели.
Марла отметила про себя, что для своих лет Милдред выглядит очень хорошо и даже как-то загадочно.
– Впрочем, наша судьба полна капризов. Например, мужчины, вступая в брак, надеются, что их жены не будут меняться, а женщинам не терпится заняться «исправлением» своих мужей. И тех, и других в итоге ждет разочарование.
– Правда? Неужели правда?
Марла бросилась на шею Милдред, а Сильвия потихоньку вышла из дома.
29
Сильвия одиноко стояла на противоположной стороне улицы и с болью в сердце смотрела на освещенные окна своего дома. Сгущались сумерки. Во всех остальных домах в их тупичке света не было: ее родители, Розали – все они собрались в ее доме, а семейство Бреннан на праздники неизменно отправлялось к родителям в Аризону. Она была одна.
Хотя настоящие холода еще не наступили, влажный ветер пробирал до костей. Сильвия зябко поежилась. Она представляла себе, что, как только сядет в машину, сразу включит печку на полную мощность. А потом доберется до квартирки Марлы. Там, по крайней мере, тепло…
Но Сильвия не торопилась пускаться в обратный путь через участок Байерманов. Совсем не потому, что боялась Чинга, нет, просто она не могла оторвать глаз от ярко освещенного окна. Там, в залитой светом столовой, собрались все, кто был ей близок и дорог: Кении, Рини, ее мать, отец, брат, муж, друзья. Даже она сама была там! Да-да, в этот момент она накладывала жареную картошку на тарелку Джона. Все оживленно беседовали, смеялись, со вкусом ели индейку.
Все это напоминало сцену из «Приключений Гекльберри Финна», где Гек наблюдает со стороны за собственными похоронами. Нет, не так, скорее ее просто не существовало. Ей вспомнился фильм «Эта прекрасная жизнь». Но в фильме Джимми Стюарт понял, что он незаменим, так как видел, что жизнь его влияет на жизни других людей.
А Сильвия с горечью чувствовала, что ее, оказалось, можно заменить без всякого ущерба. Ее вообще могло и не существовать!
Со стола помогли убрать дети, после чего они дружно все куда-то отправились. «Веселиться», – подумала Марла. Ее ожидания не оправдались: никаких похвал, никаких аплодисментов. Всего лишь вежливое «спасибо» от друзей Бенни. Каждый из них скороговоркой протараторил: «Спасибо, миссис Шиффер», – относя в раковину свою тарелку.
Состояние кухни было трудно описать. Марла огляделась: картина напоминала сцену кораблекрушения. Она наивно считала, что самым трудоемким делом были покупки и приготовления к празднику. Как же глубоко она заблуждалась! Марла даже приблизительно не представляла, сколько ей предстояло еще здесь возиться, а сил уже совсем не было. Она подумала, что на нее самым отрицательным образом повлияло смешивание белков с крахмалом.
– В этой кухне аура все же неважная, как я ни старалась ее исправить, – вслух сказала она, чувствуя, как глаза наполняются слезами.
Неужели это и есть семейная жизнь? Боб не только ни в чем не помог ей, он просто не замечает ее! А может, это все из-за того, что Боб в свое время завел себе любовницу? И этой любовницей была она же сама… Марла не могла решить, кого ей больше жалко: себя или Сильвию.
Дверь кухни резко распахнулась. Марла подумала, что пришел Боб и хочет поблагодарить ее за чудесный праздник. Но это был не Боб. Вошел Джон: было заметно, что он сильно перебрал. Под руку его поддерживала Милдред.