Ловушка для Грейси
Шрифт:
У Грейси было странное ощущение, что ее затягивает в водоворот, и она устало потерла глаза. Она чувствовала себя физически и эмоционально опустошенной, и отчаянные призывы Дженни о помощи не улучшали ее самочувствия.
– Почему же?
– У него весьма старомодные мысли о том, что Рики нужно засесть за учебу и познать основы бизнеса. Это все создает большие трудности, потому что деньгами распоряжается Морган.
– Я удивлена, что ты не положила этому конец и не сменила поприще, сказала Грейси с ноткой сарказма в голосе. Насколько ей известно, ее сестра никогда не бегала
– Не становись на его сторону!
– Я не становлюсь ни на чью сторону. Не говори глупости.
– Дело в том… как бы это тебе сказать, мне нравится Рики. – Дженни опустила глаза и стала рассматривать светло-синюю простыню, чтобы не встретиться с вопросительным взглядом Грейси. – Я боюсь, Грейси. Мне страшно подумать, что со мной будет, если Морган передаст дело в суд, и я боюсь потерять Рики.
Грейси задумчиво посмотрела на сестру. У той был убитый вид, какого раньше она никогда не замечала у нее.
– А какую роль в этом кино играю я?
– Я хочу, чтобы ты поговорила с Морганом. – Грейси не успела что-либо возразить, как Дженни торопливо продолжила:
– Попытайся уладить дело… – Голос ее оборвался.
– Не мое дело вмешиваться в твою личную жизнь. Я не волшебник и не могу заставить Моргана изменить свое отношение к тебе и своему племяннику. Об этом вы должны побеспокоиться сами.
– Я знаю. Но все-таки ты могла бы попробовать убедить его не возбуждать против меня дела из-за дорожного происшествия. Он может тебя послушать. Ты знаешь, как быстро я впадаю в панику, а ты такая хладнокровная и разумная…
Грейси хотела скорчить гримасу, но удержалась. Как-то странно получается, что ее достоинства выглядят как занудство. Но в словах сестры есть рациональное зерно. Если Дженни всегда была непосредственна и действовала под влиянием момента, то Грейси была уравновешенной и логичной. Она не могла сказать, было ли это в силу вынужденных обстоятельств или по другой причине. Всегда ли она была такой? Пожалуй, нет. Возможно, она выработала в себе эти качества в противовес очаровательной, раздражающей и всегда непредсказуемой Дженни.
Разумеется, она может пойти поговорить с Морганом, хотя и без особого энтузиазма. Что ей остается делать? Кроме того, она не испытывает желания увидеть через пару месяцев Дженни на пороге своего дома, как, наверное, не хочет этого и сама Дженни. Утешать убитую горем Дженни будет хуже, чем заболеть чумой. Она посидела еще немного, слушая Дженни и думая о том, что она могла бы сказать Моргану Дрейку и как убедить его в том, что прискорбный эпизод следует списать на легкомысленность молодости. Даже ей самой было бы трудно принять такое объяснение, и она не сомневалась в том, что немало повидавший на своем веку Морган Дрейк отнесется к нему еще более скептически.
Покидая больницу, она чувствовала себя на десять лет старше и была в дурном настроении. Солнце было все еще высоко в небе, и его лучи ослепительно
При иных обстоятельствах было бы очень заманчиво немного побродить по городу, завернуть в какой-нибудь из сотен баров, попадавшихся на каждом шагу, и выпить чашечку кофе. Первоначально она надеялась успеть до своего отъезда осмотреть чуть ли не все достопримечательные места в Нью-Йорке, но сейчас ей было не до того.
Она достала адрес служебного здания, где работал Морган Дрейк, и в задумчивости посмотрела на него.
С этим надо кончать, подумала она. Что бы ни стряслось в будущем с сестрой, она больше не будет вызволять ее из жизненных передряг. Она делает это в последний раз. Дженни всегда была как ребенок, но пора бы уже ей и повзрослеть. Бог знает, как быстро она сама встала на ноги, размышляла Грейси без горечи.
Она вскинула глаза на величественное здание из стекла, упиравшееся в небо, затем взглянула на клочок бумаги, где она торопливо нацарапала адрес «Дрейк индастриз».
На черной с золотом вывеске на здании были выведены слова «Площадь Дрейка». Грейси, затаив дыхание, наблюдала за потоком людей, входивших и выходивших из здания. Она знала, что Морган Дрейк богат, Дженни писала ей об этом в своих письмах, но она никогда не упоминала, что ему одному принадлежит все это гигантское и пугающее своим великолепием сооружение.
«Я не хочу сюда входить», – подумала она беспомощно. Однако, сжав зубы, она решительно направилась к дверям; раз уж она оказалась здесь, то было бы просто глупо не зайти и не встретиться с глазу на глаз с Морганом Дрейком. Надо брать быка за рога.
Вестибюль выглядел так же сказочно, как и внешняя часть здания. Повсюду были цветы, придававшие особую красоту холодному интерьеру. Грейси не стала задерживаться, чтобы выяснить, настоящие ли они или искусственные. Она подошла к столику дежурного администратора и, стараясь выглядеть как можно более солидно, сказала, что она прибыла, чтобы встретиться с мистером Дрейком.
– С каким Дрейком, мисс?
– С мистером Морганом Дрейком. – Нервничала ли она? Она надеялась, что нет. Нервы больше всего могли снизить шансы на успех ее миссии.
– У вас назначено время для встречи?
– Боюсь, что нет, но…
– Тогда вам нужно записаться на аудиенцию у одного из его секретарей. Мистер Дрейк очень занятой человек. Этими вопросами ведают его личные секретари.
– На каком этаже они сидят? Я пойду и попробую договориться о времени встречи. У меня очень важное дело, – сказала она решительным голосом и, почувствовав нежелание администратора пускать ее на директорский этаж, добавила:
– И притом весьма личного свойства. Я могла бы рассказать все вам, чтобы вы передали это отсюда его секретарю, но в таком случае нас услышат все, кто проходит мимо, а я не думаю, что мистеру Дрейку это очень понравится. Мало того, мистер Дрейк может очень рассердиться.