Ловко устроено
Шрифт:
Я заставил свои мозги работать во всю, потому что помнил, Джуанелла – такая курочка, которая знает, что делает. Держу пари, вся эта комедия рассчитана на то, чтобы помешать мне задавать неугодные ей вопросы. Но я ничего не сказал. Я только вытащил носовой платок и стер помаду.
Джуанелла искоса смотрела на меня.
– Скажи, Лемми, – продолжала она, – никогда не знаешь, шутишь ты или нет, ты в самом деле был серьезен, задавая мне свои вопросы?
Она стояла передо мной, красуясь своей фигурой, способной расплавить
– Ты понимаешь, Лемми, – проворковала она, – меня мало трогает, если кто-то груб со мной, кроме тебя, потому что питаю к тебе слабость.
– Брось, Джуанелла, – ответил я. – Я был вполне серьезен, задавая свои вопросы, так как мне кажется необыкновенным такое совпадение, что ты находишься на одном судне со мной. И я хотел бы получить разъяснение на этот счет.
В ответ она начала смеяться.
– Не будь дураком, Лемми. Если я нахожусь на этом судне, то только потому, что не смогла сесть на другое. Теперь нет выбора, с этой войной, которая все усложнила.
Она помолчала, потом добавила:
– А потом я все же хотела, чтобы Ларви мог убедиться, что я уезжаю от него. Ну и когда я узнала, что есть место на этом маргариновом судне, сразу же решила уехать и удрала.
– Значит, ты в ссоре с Ларви? Что же произошло, Джуанелла?
– Абсолютно ничего, – ответила она, – но Ларви внезапно заинтересовался этой куклой-блондинкой, и я решила, что меня не будет дома, когда он придет просить у меня прощения.
Я утвердительно кивнул головой, но не поверил ни одному слову из этой истории, ведь я знаю – Ларви Риллуотер настолько привязан к Джуанелле, что никогда даже не смотрит на других женщин.
На судне зашевелились люди, потому что мы входили в порт. Мне тоже хотелось поставить ноги на твердую почву.
– Я полагаю, – сказала Джуанелла, – что будет нескромно спросить мистера Сайруса Хикори, зачем он приехал во Францию?
– Совершенно точно. Но скажи мне, Джуанелла, где ты остановишься в Париже?
Она немного поколебалась, потом ответила с самым невинным видом:
– Я не знаю, еще не решила. Я думаю, что сначала брошу взгляд направо и налево, прежде чем сделать свой выбор.
– Тогда это должны быть очень быстрые взгляды, потому что даже если ты сразу сядешь в поезд на Париж, то будешь там около полуночи, а это не тот час, чтобы бросать взгляды направо и налево, но, вероятно, я ничего нового тебе не сказал.
Она утвердительно кивнула головой.
– Я проведу ночь в Гавре, – ответила она, – и продолжу путь лишь завтра.
– О'кей, Джуанелла, но позволь тебе напомнить, что ты не имеешь права выезда без разрешения Федерального суда.
– А откуда ты знаешь, что у меня нет этого разрешения? Этот ответ закрыл мне клюв. Действительно, этого я не знал.
– Ладно, Джуанелла, – сказал я, чтобы выйти из положения. – Будь примерной девочкой и смотри в оба.
Она
– О'кей, Геркулес, – произнесла она. – Когда я буду знать, где устроюсь в Париже, дам тебе знать через Америкен Экспресс. Возможно, тебе доставит удовольствие зайти ко мне выпить стаканчик как-нибудь вечерком.
– Скорее два раза, чем один, моя красавица, но что скажет Ларви, когда узнает об этом?
Джуанелла подняла брови.
– Ты прекрасно знаешь, что я не скажу ему об этом, – возразила она, – разве что он станет факиром или будет гадать на кофейной гуще, а так нечего беспокоиться на его счет. Женщине необходимо время от времени менять обстановку. Джуанелла пожала мне руку и покинула меня.
Я отправился к своему багажу.
Между нами говоря, признаюсь, что мне нравилась встреча с Джуанеллой. Может быть, это лишь совпадение, но мне внезапно вспомнилось, что Ларви и его красивая девочка были замешаны в Нью-Йорке в делах компании субчиков, подозреваемых в похищениях. Во всяком случае, я не верил ни одному слову из того, что она мне рассказала.
Судно пришвартовалось к пристани, и пассажиры начали сходить на землю.
Внезапно мне в голову пришла неожиданная мысль. Я схватил один из своих чемоданов, сунул десять долларов стюарду, чтобы тот отнес мой остальной багаж в таможню и погрузил в поезд. Потом я помчался к радиорубку к Ларсену. Там находился лишь его помощник.
– Может быть, вы сможете оказать мне услугу, – попросил я его. – На этом судне есть одна дама, которую зовут Джуанелла Риллуотер. Вы случайно не знаете, не посылала ли она или не получала ли радиограммы во время путешествия?
Он ответил, что не знает, но, кажется его шеф Ларсен недавно получил известие для кого-то с этой фамилией.
Я сунул парню двадцать долларов и сказал, что хотел бы бросить взгляд на копию этого послания. Он стал искать в конторке, но ничего не нашел. Он вспомнил, что у Ларсена есть привычка совать копии в свой карман, чтобы позже их зарегистрировать, и посоветовал мне вернуться через час, так как Ларсен не должен был опоздать.
Я воспользовался перерывом, чтобы отправиться на пристань и посмотреть, где Джуанелла, но там была такая толпа, что я ничего не смог увидеть.
Я вернулся на борт. Пришел Ларсен. Он протянул мне нужную копию. Я прочитал ее с широкой улыбкой. Мои подозрения оправдались. Вот что было написано в этом послании:
"Мадам Джуанелле Риллуотер на борту судна "Фелс Ронстром".
Сайрус Хикори из Трансконтинентального агентства должен приехать в Париж ночью. Постарайтесь войти с ним в контакт. Мне любопытно узнать о нем все. Желаю удачи.
Друг. Конец".