Лови день

Ли Шарон

— Наверное, ты права, — пробормотал он, глядя на разнообразные рычаги и ножные педали. — Всегда неразумно мешать пилоту.

Он отодвинулся к двери, и Мири села ему на колени, удобно устраиваясь.

— Нет! — рявкнула фру Трелу.

Удивившись, Мири заглянула Вал Кону в глаза.

— Ошибочка, босс. И что теперь, по-твоему?

— Попытаемся выяснить. — Он повернул голову к нахмурившейся старухе. — Нет? — переспросил он по-бенски. — Плохо?

Фру Трелу проглотила первый резкий ответ, пришедший ей в голову, и напомнила себе, что они — иностранцы

и только ветер знает, к чему они привыкли. Если уж на то пошло, можно вспомнить фру ее собственного сына: она была вспыльчивая и невозможно своевольная, однако Гренника слушалась и изо всех сил старалась быть ему хорошей женой.

Она вздохнула:

— Это хорошо, что вы, дети, друг друга любите. Очень красиво. И дотрагиваться друг до друга хорошо. Но в городе некоторые могут не понять, увидев, как Мери сидит тут как… ну, не важно. Когда вы дома, можно трогать друг друга и обнимать, и все в порядке. Но когда вы на людях, в городе — надо быть респектабельными.

Она замолчала, не зная, что именно им удалось понять из ее лекции. Одна бровь у Кори была выше другой, но он смотрел на нее совершенно серьезно. Мери тоже наблюдала за ней — и между ее бровями пролегла чуть заметная морщинка.

— У беженцев и без того дурная слава, — продолжала фру Трелу. — Вам же не хочется, чтобы в городе, например, не брали вас на работу, когда вы пойдете туда наниматься, из-за того, что вы не умеете себя вести, правда? Особенно это касается тебя, Кори: когда замур пользуется таким уважением и доверием… Ну, ты должен следить за тем, чтобы всегда делать честь своей жене, и не позволять ей делать вещи, которые заставят других плохо о ней думать. Так что ты, Мери, должна встать и дать Кори сесть рядом со мной… Хорошо. Садись, Мери, и закрой дверь.

Устроив всех к своему полному удовлетворению, фру Трелу включила передачу и стала смотреть только на дорогу.

Мери вздохнула, осторожно откинулась на спинку сиденья — и обнаружила, что Вал Кон уже устроил там руку. Она теснее придвинулась к нему — и его рука крепче обняла ее за талию.

— Хитрец, — пробормотала она.

— Но такой милый хитрец. Тебе не показалось, что мы вели себя невежливо, но эта невежливость не была непростительной? Наверное, в случае нужды нам все-таки можно будет держаться за руки.

Мири подняла брови:

— Ты хочешь сказать — в том случае, если мне будет страшно.

— Или мне.

Она фыркнула.

Вал Кон посмотрел на нее.

— Какой я необыкновенный человек, — тихо проговорил он. — Мне никогда не бывает страшно или одиноко. И мне никогда не нужно смеяться или прикасаться к кому-то. Я совершенно подавлен собственным превосходством.

Мири мысленно поморщилась, расслышав горечь в его ровно звучащем голосе и заметив, как потемнели яркие глаза. Она вспомнила, как Вал Кон плакал ночью. Осторожно опустив руку, она чуть пожала его пальцы и заставила себя нахально улыбнуться.

— Угу. Ну, я не стала бы так уж сильно поражаться. Во-первых, тебе следует помнить, как трудно выудить из тебя откровенный рассказ. Можно состариться,

пока ищешь правильный вопрос. Ты управляешь окружающими — без демонстраций, втихую, — просто не принимаешь ответа «нет». И да помогут боги окружающим, когда ты даешь волю чувствам. — Она задумчиво посмотрела на него. — Но мне нравится за тобой наблюдать: ты умеешь пользоваться словами. Можно будет взять на заметку, если я решу снова стать сержантом.

Он рассмеялся и на секунду крепче ее обнял:

— Меня раскритиковали.

А потом грузовик свернул на более широкую дорогу, с грохотом переехал через металлические рельсы, юзом прошел поворот и оказался у поразительного сооружения — открытого дома посредине дороги!

— Деревянный туннель? — вопросила Мири.

— Тише, — отозвался Вал Кон.

И как разведчик и солдат, они стали вести наблюдение весь оставшийся путь, тщательно запоминая расстояния, направления и типы местности.

Вандар

Джилл

Двухэтажный универмаг Бриллита стоял в самом центре города, прямо напротив многооконной башни и в непосредственной близости от небольшого голубого здания. Перед ним располагался овал увядшей травы, выращенной прямо посередине дороги, — это был так называемый городской сквер.

Фру Трелу перевела своих подопечных через улицу и поднялась по лестнице универмага. Тут она тихо выругалась, увидев, как из стекольной лавки вышла Мритис Вибекер и уставилась на них. Вы и десяти раз не вздохнете, как весь город уже будет знать, что Эстра Трелу приехала в город со своими ручными беженцами. Если в Джилле и найдется сплетница похуже Атны Бригсби…

Корвилл и Мери замялись на пороге, и фру Трелу решительно подтолкнула обоих в спину, заставив пройти в сумеречное помещение, засыпанное опилками.

— Скажи, а тебе не хочется дождаться того дня, когда тебя перестанут куда-то пихать? — тихо спросила Мири у Вал Кона.

У Вал Кона дернулись плечи, однако ему удалось не рассмеяться.

Фру Трелу взяла на себя роль предводителя и быстро провела их мимо прилавков, уставленных всякими штуковинами и интересными приспособлениями, которые ее подопечные с удовольствием рассмотрели бы подробнее. Они дошли до широкой лестницы, где перед началом подъема фру Трелу настороженно посмотрела в обе стороны — точь-в-точь как наемник, ожидающий, что отовсюду могут внезапно выскочить противники.

Однако ничего подобного не произошло, и она махнула рукой, приглашая Вал Кона и Мири проходить вперед. Повинуясь ее жесту, они поднялись по лестнице и дождались, пока она закончит свой менее быстрый подъем. Наверху она остановилась на несколько секунд, чтобы отдышаться.

— Хорошо, дети: вот мы и здесь. Сначала займемся Кори.

И она зашагала направо, увлекая за собой своих протеже.

— Ты ей нравишься больше, — сказала Мири своему напарнику.

— Неправда, — возразил он. — Она просто хочет от меня избавиться, чтобы больше времени провести с тобой.