Лови день
Шрифт:
— Для детей, — поправила его она. — Могли остаться с того времени, когда Гренник — мой сын — был маленький. А что?
— Для Мири, — сказал он. — Учить слова.
— Книги помогут ей учить слова? — переспросила она. — Но у тебя так хорошо получается!
— Для Мири, фру Трелу, — в третий раз сказал ей Кори.
Она вздохнула:
— Ты — терпеливый мальчик. Хорошо, я схожу и посмотрю, остались ли у меня старые книги Гренника.
Он вопросительно наклонил голову:
— Скоро, фру Трелу?
— Ну, знаешь… — возмутилась она,
Он встретил ее взгляд совершенно спокойно. Его зеленые глаза были ясными и бездонными.
Спустя секунду фру Трелу вздохнула и с трудом встала с кресла.
— Хорошо, Кори, — сказала она довольно кисло. — Скоро.
После ужина фру Трелу предоставила им двоим убираться на кухне, а сама пошла на чердак разыскивать старую коллекцию детских книг Гренника. Поднимаясь по узкой лестнице, она громко ворчала.
Мири налила воды в мойку и начала мыть посуду, а Вал Кон убрал со стола. Повернув к нему голову, она улыбнулась.
— Мне лучше, — сказала она.
Это было не совсем ложью. Ей действительно стало лучше — чуть-чуть. Головная боль прошла, но она все равно дергалась, словно оставшийся без кинака наемник.
Вал Кон закончил вытирать стакан и отставил его в сторону.
— Когда мы с этим закончим, то, если хочешь, я могу показать тебе способ сделать жизнь здесь… легче.
Мири посмотрела на него с сомнением: она не была уверена в том, что именно сейчас ей следует учить еще что-то новое. Поймав ее взгляд, Вал Кон наклонил голову.
— Я обещаю не устраивать тебе головной боли, — серьезно пообещал он.
Мири слабо улыбнулась:
— Ладно, чем черт не шутит. Дрррррынь!
Мири стремительно обернулась, готовая к атаке, — и уставилась на черную коробочку на противоположной стене. До этой минуты она все время молчала.
Резкий звук повторился. Вал Кон приложил к ней руку, а потом снял верхнюю часть и поднес к уху.
— Дом фру Трелу, — тщательно выговорил он на бенском. Последовала пауза, наполненная потрескиванием, а потом заговорил женский голос, пронзительный и изумленный:
— Что? Кто это? Где Эстра?
Вал Кон тихо вздохнул.
— Дом фру Трелу, — четко повторил он. — Кори. Чердак.
Аппарат снова замолчал, и Вал Кон повернулся к Мири, застывшей у мойки. Он наморщил нос, заставив ее рассмеяться — а потом голос из телефона разразился новой серией вопросов:
— Кори? Что ты там делаешь, Кори? Откуда ты?
Изумление сменилось жадным любопытством. «Сплетница», — мрачно решил Вал Кон, подавив еще один вздох.
— Работать. Дом. Кто это?
— Что?! — ахнула звонившая. Но она явно не ожидала ответа, потому что сразу же добавила: — Это Атна Бригсби. Скажи Эстре, что я у телефона и хочу немедленно с ней поговорить!
— Стой, — сказал, он, словно она была Боррилом, и оставил трубку болтаться на шнуре.
Он не спеша прошел по длинному коридору, поднялся по лестнице на второй этаж, а оттуда прошел к чердачной лестнице.
— Фру
Наверху что-то упало и зашуршало.
— Что такое?
— Атна Бригсби на телефоне говорить с вами немедленно.
— Ветер забери эту женщину! — проворчала фру Трелу, и Вал Кон ухмыльнулся. — Скажи ей, чтобы подождала, Кори. Я скоро приду.
— Да.
И он бесшумно исчез, снова спустившись по лестнице и пройдя на кухню.
— Ждать, — сказал он Атне Бригсби. — Фру Трелу скоро здесь.
Не дожидаясь ответа, он снова оставил трубку болтаться и, взяв полотенце, принялся вытирать гору чистой посуды, которую успела перемыть Мири.
К тому времени как фру Трелу вернулась к болтающейся трубке, аппарат возмущенно вопил, чего двое усердных работников у мойки словно и не слышали.
— Молодой человек? Молодой человек! Возьмите трубку, молодой человек! Что вы себе…
— Алло, Атна, — сказала фру Трелу, не удержавшись, чтобы не ухмыльнуться Кори, который выгнул бровь и продолжил вытирать посуду.
— Эстра? Ох, ну, слава богу! Я пришла в ужас. Этот невежа… Кто он такой, Эстра? Я, конечно, спросила…
«Не сомневаюсь», — подумала фру Трелу.
— Кори и его фру помогают мне на ферме. Ты ведь знаешь, в последние пару зим я уже боялась, как бы тут все не рухнуло. Я решила, что стоит все привести в порядок и, может быть, весной продать.
Она замолчала, удивившись собственным словам.
— Ну, это было бы чудесно для тебя, дорогая, — сказала Атна Бригсби. — Я знаю, как тяжело тебе было содержать все в порядке после того, как не стало бедного Джеррела…
Фру Трелу стиснула зубы: Джерри и Атна никогда не любили друг друга.
— Но расскажи же мне про них, Эстра, — продолжал голос у ее уха. — Откуда они? Я спросила у Кори, а он только сказал «дом».
Она издала пронзительный смешок. «Молодец Кори», — подумала фру Трелу.
— Они не очень хорошо говорят по-бенски. Они беженцы — из тех, кто пережил то извержение и землетрясение в Порлинте в прошлом году.
— Но, Эстра, — запротестовала фру Бригсби, — когда сразу после катастрофы я заговорила с тобой о том, что нам следовало бы собраться и что-нибудь сделать для этих бедняжек, ты… ну, я буду говорить прямо. Ты очень холодно отнеслась, Эстра. А теперь вдруг пустила к себе в дом сразу двух беженцев — а они даже не говорят нормально!
Наступило молчание, которое фру Трелу злорадно не стала прерывать. Атна сама возобновила разговор, понизив голос:
— А ты уверена, что они женаты, Эстра? Я такие веши слышала! Люди брали к себе беженцев, а они оказывались ворами или убийцами…
— Мери и Кори не воры! — отрезала фру Трелу. — И я искренне сомневаюсь, чтобы они были убийцами. Они просто молодые супруги, которым нужна была помощь как раз тогда, когда и мне понадобилась помощь, так что мы помогаем друг другу. — Она глубоко вздохнула, стараясь подавить раздражение. — Атна, мне действительно некогда.