Lover In Low Light
Шрифт:
Слова, кажется, вызывают дрожь в теле Лексы, и она делает шаг назад. Набухшие от поцелуев губы и глаза, полные желания. Она быстро моргает и трясёт головой:
— Я не имела в виду, что этот поцелуй должен превратиться в… ну, во что-то большее, чем поцелуй, — сказала она, Кларк улыбнулась и протянула к ней руку.
— Я не против.
Руки Лексы заметно дрожат, когда она убирает волосы с лица, а потом девушка снова настигает Кларк.
— Но ты, должно быть, устала, — сказала она, сжав сильнее в объятиях Кларк и кладя руки на её спину.
Кларк закрыла
— Так и есть.
— Хочешь пойти домой?
Открыв глаза, Кларк посмотрела на Лексу и спросила:
— Ты пойдёшь со мной?
— Только если это — то, чего ты хочешь.
— Это — то, что ты хочешь?
Лекса медленно кивнула. Её слова едва слышны:
— Я хочу быть там, где находишься ты.
***
В задней части такси плотный воздух. Чувствуется его тяжесть с каждым вздохом Лексы, с каждым шатким сопротивлением воздуха с её губами, когда руки Кларк играются с подолом рубашки под пальто. Кончики пальцев касаются тёплого живота Лексы, и она вздрагивает.
— Кларк, — шепчет она, но Кларк удерживает взгляд вперёд. Её рука не останавливается, вырисовывает круги на дрожащем животе Лексы. Указательный палец проходит по пупку, а затем спускается к верхней части штанов.
Лекса закрывает глаза и прикусывает губу, чтобы сдержать еле слышимый стон. Глубоко вздохнув, она берёт Кларк за запястье и опускает руку ниже, не в силах больше терпеть. Каждый дюйм её ощущений напряжён.
Переплетя их пальцы вместе, Кларк вздохнула и поцеловала верх груди Лексы. Она целует шею девушки и шепчет:
— Я готова.
Подъём на лифте был так же напряжён. Воздух всё так же плотен. Желудок Лексы сжимается всё сильнее и сильнее, пока они с Кларк стоят бок о бок, блондинка вверх-вниз проводит средним пальцем по ладони девушки. Это прикосновение едва осязаемо, но кажется, словно это происходит не только на руке, но и по всему телу.
— Лекса, — сказала Кларк, останавливая эти пытки и сжимая руку Лексы. — Дыши.
Медленно кивнув, Лекса делает глубокий, долгий вдох через нос. Она забывает снова вдохнуть, когда дверь лифта открывается и Кларк выходит, вытягивая за собой девушку. Дверь с щелчком открывается, и Лексе кажется, будто её сердце сейчас выпрыгнет из груди.
Когда они входят в лофт, Кларк снимает пальто и обувь, а затем тянется к пуговицам Лексы. Она отстёгивает их одну за другой, наклоняется, чтобы поцеловать грудь Лексы через рубашку. Кларк снимает с плеч пальто брюнетки и вешает его на крючок у двери.
— Обувь?
Лекса моргает и быстро снимает свою обувь. Когда Кларк берёт её за руку секунду спустя и тянет её в спальню, желудок Лексы начал сжиматься снова, горло мучительно осушается. Брюнетка убирает руку из руки Кларк и, прежде чем осознаёт, что она делает, она полу-шагами бредёт на кухню.
— Лекса?
— Эм, к-кофе, — сказала Лекса, поворачиваясь от Кларк и проводя рукой по своим волосам. — Ты хочешь…
— … Лекса, — сказала снова
Положив руки на стол, она опускает голову вниз и глубоко вздыхает. Она тихо смеётся и говорит:
— Мы делали это так много раз. Мы… — она смеётся над собой снова. — Не знаю, почему я так нервничаю.
— Я тоже нервничаю, — тихо и понимающе признаёт Кларк за её спиной.
Лекса не поворачивается к девушке, лишь поднимает голову, говоря:
— Серьёзно?
— Это было давно, — сказала Кларк, — и мы… ну, я так часто об этом думала. Я думала о том, каково быть с тобой, о том, каково касаться тебя вновь, каково чувствовать твои прикосновения.
Лекса закрыла глаза, слушая эти слова, слёзы формируются и колют под веками, и она кивает:
— Я тоже.
— Я проигрывала в своей голове эти воспоминания снова и снова, потому что думала, что уже никогда не буду с тобой, и думать о том, что я могу… мы можем… это немного страшно, — Кларк хрипло смеётся. — Не в плохом смысле. Это словно кататься на американских горках.
Улыбка появляется на лице Лексы, несколько слезинок вырвались наружу и уже стекают по щекам.
— Ага, — прошептала она, точно понимая, что имела в виду Кларк. Это пугает, когда происходит что-то настолько захватывающее, когда ты на самом краю порыва и каждый дюйм твоего тела сжимается, каждый нерв вспыхивает, и ты не знаешь, почему это происходит, но хочешь плакать ровно так же, как и смеяться.
— Лекса.
Облизнув губы, Лекса открывает глаза и поворачивает голову достаточно, чтобы увидеть Кларк. Её руки сильно сжимают стол, когда взгляд сфокусирован на глазах Кларк, когда блондинка облизывает свои губы и смотрит на Лексу, словно может видеть каждый её дюйм. И она может. Она всегда видела.
Голос тихий и хриплый, Кларк удерживает взгляд на Лексе и шепчет ей:
— Переспи со мной.
Комната, кажется, трясётся вокруг Лексы, слова эхом раздаются в её ушах, под рёбрами и между бёдрами. Пол уходит из-под ног, желудок проваливается, и, кажется, лишь на мгновение она оказывается в свободном падении. Глаза Кларк серьёзны, голос твёрд, Лекса может почувствовать, как чувства бурлят в её груди, как они достигают своего пика, как раскачиваются на краю слишком долго. Они уходят вниз, вниз и вниз, и это всё.
Она неглубоко и прерывисто дышит, после чего отталкивается от стола. Слёзы стекают по её щекам, Лекса в два шага преодолевает комнату и впивается в Кларк страстным поцелуем.
Это — глубокий, горячий поцелуй, который оканчивается тем, что Лекса вбирает в себя нижнюю губу Кларк. Гортанный стон вырывается из горла Кларк, вибрирует между губами Лексы, и, Боже. Это — лучшее падение.
Лекса чувствует, как язык Кларк дразнит её, робко, изучающе касается губы. Когда Лекса открывает рот, Кларк скользит языком по языку девушки, и это прикосновение отдаётся между ног. Узел возбуждения образовывается у основания позвоночника, он обвязан так сильно, что граничит с болью, и Лекса не может себя контролировать, она выгибается навстречу Кларк.