Ловец удачи
Шрифт:
– В прямом. Подкараулил принцесс и всех троих разом… того…
Арчи с Одуваном начали зеленеть.
– Чего того? – выдавил из себя Арчибальд.
– Напугал до мокрого дела. Они сначала… э-э-э… в юбки того, а потом в обморок.
– Тьфу! – К аферисту начал возвращаться естественный цвет лица. – И где ж ты их того?
– В подвалах. Не знаю, чего они там шарили, но после того, как они того, мне удалось их обшарить. Странные медальончики при них нашёл. Магия на них странная наложена. Опознать не могу. Ни чёрная, ни белая, но сильная-а-а… даже
– Дык как бы ты их снял? – прогудел пришедший в себя Одуван. – Духи – они нематериа-а-альные. Медальоны брать не мо-о-огуг.
– Это ты говоришь духу самого могущественного мага Гиперии? – Разобидевшееся привидение отвесило доморощенному колдуну такой увесистый подзатыльник, что он сразу заткнулся. – Это ты мне, Мерлану, говоришь?
– Он всё понял, осознал, исправится и больше не будет, – поспешил уладить назревающий конфликт Арчибальд. – Так что от нас требуется?
– Сущий пустяк. Спасти королевство.
Арчи с Одуваном переглянулись.
– «Брат» ты мой «дебильный», тебе не кажется, что гонорар, мягко говоря, не совсем соответствует поставленной задаче? – нахмурил брови Арчибальд.
– Это несерьёзно, – согласился с «братом» Одуван. – Я на травках больше заработаю.
Авантюристы уставились на выпавшего в осадок духа в ожидании новых предложений. Они их тут же получили в виде ещё двух увесистых подзатыльников.
– А ещё называются дворяне! Приняв дворянство, вы присягнули на верность королю, а ведете себя как базарные торговки!
– Нет, а действительно, как-то неудобно, – почесал затылок Одуван. – Я ж теперь не просто так, а господин де Галлон де Мрасе де Фьерфон.
Арчибальд промолчал. Его воспитание присяг не признавало. Он был воспитан на верности самому себе, папе и друзьям.
– Нельзя ли поконкретнее? Как нам спасти это самое королевство?
– Для начала узнайте, чей это герб, – призрак трансформировался в такой же голубой, как и он сам, медальон. На фоне полной луны распластала крылья летучая мышь. Правой лапкой она держала самострел, левой свиток, а хвостом пронзала белого дракона.
14
– Слушай, меня это уже начинает напрягать, – Арчибальд сидел на своей кровати, болтая ногой. – Мы здесь уже третий день, а в результате жалкая тысяча золотых, не считая барахла, – пнул аферист под кроватью мешки, наворованные за две ночи, – которое ещё надо расталкивать по барыгам. Это несерьёзно.
– Зато мы дворя-а-анство получили, – прогудел Одуван.
– Угу, а к нему кучу начальников, обязательств, плюс в перспективе топор над головой. Под плахой, подлецы, подписаться заставили! Один де Гульнар чего стоит! И главное – заданий насовали пропасть. Нет, ты как хочешь, а мне дворцовая жизнь не нравится.
– Что ты предлагаешь? – Одуван сел на край пружинного матраца Арчибальда, заставив Арканарского вора на другом конце кровати взлететь чуть не под потолок.
– Тише ты, боров!
– Так чего делать-то будем?
– Выполнять все их задания, попутно подчищая эту богадельню
– Валить… Так это можно и не выполня-а-а-я поручений.
– И это говорит дворянин!
– От дворянина слы-ы-ышу…
Вампир Антонио радостно заерзал за шторой. А шеф был прав. Этих опасных товарищей можно просто-напросто купить! Правда, стоить это будет недешево. Запросы у них ого-го! Боец невидимого фронта ощупал под глазом синяк, поправил на перепончатом крыле повязку, ощупал помятую дверью грудь. Он, как и любой вампир, мог быстро залечить раны, но не делал этого специально до следующего сеанса связи с шефом. Начальство должно знать, как тяжело куется будущая победа. Была, конечно, и ещё одна причина. Чисто меркантильная. Когда Драко увидит, как его лучший агент пострадал в боях, награда будет соответствующая.
От этих героических мыслей лазутчика отвлек скрип двери. Одуван с Арчибальдом тоже повернули голову в сторону пришельца. Все напряглись. В три часа ночи без доклада и даже предварительного стука в дверь мог пойти только враг. Правда, такого врага любой настоящий мужчина встретит с распростертыми объятиями или галантным расшаркиванием.
Заиграла нежная эльфийская музыка. Вспыхнули на стенах факелы, и Розочка, любимая дочь короля Георга VII, начала страстный, зажигательный танец. У Одувана с Арчибальдом отвисли челюсти. У вампира Антонио тоже. Зачарованный любовным дурманом, который буквально источала стройная фигурка девушки, он не заметил, как оказался между «вольными магами» на кровати Арчибальда, причём в своем истинном обличье. Сама собой зажила рука, выпрямилась грудная клетка, фингал под глазом рассосался.
Опять скрипнула дверь, и в покои «вольных магов» лебедушками вплыли Стелла и Белла. Розочка подкинула в воздух хрустальный шар, и он замерцал в такт музыке.
И чего только не вытворяли королевские дочки! Они садились всем троим на колени, они страстно гладили их по головам и груди. Возможно, только природная стыдливость не позволяла им опускаться ниже, но офигевшим «вольным магам» и вампиру Антонио и этого было достаточно. Прелестницы точно рассчитали момент, когда накал страстей достиг апогея, и у клиентов руки сами потянулись сграбастать искусительниц. Не успели. Девицы выскользнули вовремя.
– Посмотрим, что у нас получилось, – невозмутимо сказала Розочка, щёлкая пальцами.
Первым сообразил, насколько это крутая подстава, вампир Антонио. Схватившись за голову, он превратился в летучую мышь, чёрной молнией метнулся в сторону окна и вместе со шторами ушёл в форточку. Всё было проделано на высшем уровне. Ни принцессы, ни «вольные маги» ничего не заметили. А кристалл под потолком тем временем начал трансляцию. Запись получилась качественная. С объемом, звуком и цветом. Немного пришедшие в себя Одуван и Арчибальд с удивлением увидели между собой бледного юношу, с такой же, как и у них, отвисшей челюстью. Но смотрели они всё равно больше на прелестниц, чем на лазутчика.