Ловец мудрости
Шрифт:
Эдвард уже открывал дверь, прежде чем я смогла даже постучать, выглядя как современное божество в своих светло-серых брюках, белой рубашке и узком серебристом галстуке. Огромная улыбка расплылась на его лице, пока он рассматривал мой внешний вид, глаза широко распахнуты, в то время как рот слегка приоткрыт.
– Привет, - выдохнула я, ярко краснея под его пристальным взглядом.
Его взор вернулся к моему лицу. – Счастливого Рождества, - ответил он, его улыбка вернулась.
– Счастливого Рождества.
Он взял мою свободную руку в свою и потянул в
– Ты выглядишь божественно. И ты даже пришла с бантом. – Он усмехнулся, заметив ленту, завязанную вокруг моей талии. – Ты мой рождественский подарок?
– Конечно. – Затем, не задумываясь, я выпалила, - я позволю тебе развернуть меня позднее.
Мое лицо стало ярко-алым. Эдвард, с другой стороны, смотрел так, будто готов был к прыжку. Я могла поклясться, что его радужки, теперь золотистого оттенка после недавней охоты, потемнели на миг из-за сильных эмоций. Был ли это гнев… или голод?
Через миг он погрузился в мирное спокойствие и обнял меня за талию.
– Знаешь, это, наверное, хорошо, что Чарли узнал, что я родился с моралями начала двадцатого века. Это одна из причин, почему он начал любить меня. – Он развернул меня, чтобы я оказалась перед ним, заключенная в его сильные, мраморные объятия. – Мы же не хотим поставить это под угрозу прямо сейчас, не так ли?
Если он пытался склонить меня к согласию, то он, конечно, пошел неправильным путем: его губы слегка касались моих, в то время как его руки медленно вырисовывали круги вверх и вниз по моей спине.
Громкий женский кашель позади нас положил конец нашим объятиям. Элис стояла возле восьмифутовой елки (украшенной кремовыми, золотистыми и бронзовыми оттенками). Она жестко скрестила руки на груди в своем рубиновом платье-стихаре (2) и постукивала каблуком красных шпилек по мягкому ковру.
– Хорошо, Элис, - вздохнул Эдвард. – Мы идем.
– Наконец-то! – прогремел Эммет. – Я думал, что мы будем ждать вечность!
Калленам, будучи существами, не нуждающимися во сне, никогда ранее не приходилось ждать, чтобы открыть подарки. Как правило, они распаковывали свои в полночь. Полагаю, из-за этого их нетерпение становилось понятнее, особенно сейчас, когда подарки из всех стран были доступны им.
Эсми извинилась от имени своих детей за раннее вторжение утром. Она сказала, что Эдвард остался, потому что не хотел, чтобы Чарли считал его безответственным и невнимательным. Хотя он пытался отговорить своих братьев и сестер от их планов, в конце концов, это было напрасно, так как не было ни одного вампира, способного остановить четверых.
Я сидела с Эдвардом на кресле для влюбленных, когда Каллены набросились на кучу завернутых подарков, лежащих под елкой, отчаянно пытаясь остановить смех, грозящий вырваться наружу, когда они напали на обертку, как четыре измельчителя бумаги, разбрасывая мусор вокруг себя.
Карлайл и Эсми выглядели довольными, чтобы ждать, пока их дети закончат, ни пытаясь бороться с их маниакальным синдромом. Вместо этого они сидели на соседнем кресле, Эсме сидела на коленях мужа, который обнимал ее за талию.
– Вот, - произнесла
Пара улыбнулась и приняла подарки, поблагодарив меня, после чего они, не спеша, сорвали золотую обертку.
Эсми изучала набор для рисования с выражением удовольствия на лице, осторожно водя пальцами по каждому инструменту. Выражение лица Карлайла, с другой стороны, изменилось от запутанного до восторженного, поскольку его взгляд прошелся по словам, выгравированным по краю магического увеличительного стекла.
– Это… Это значит… Это то, что я думаю? – спросил он взволнованно.
Я кивнула. – Оно переводит все, и я знаю это, потому что сама попробовала. Я смотрела на свитки из Мертвого моря на Google Images; арамейский не проблема. Я даже сбегала за копией Властелина Колец; эльфийский тоже не проблема. Оно также переводит коды, так что, в принципе, ему все по силам.
Усмешка Карлайла увеличилась вдвойне, и в следующие секунды он, казалось, разрывался между необходимостью изучить лупу пристальнее и желанием выразить свою признательность. Будучи джентльменом, однако, его манеры победили, и я получила от него и его жены крепкие, любящие объятия, сразу после которых вампирский доктор умчался, чтобы взять древний магический том.
Когда он вернулся через минуту или около того обратно, он сел рядом с Эсми и приступил к чтению, быстро погружаясь в текст. Время от времени он произносил такие слова, как «увлекательно» и «невероятно», что означало, что мое приобретение окупилось.
Элис уже обожала сумку из лепестков и дополнения, содержащиеся в ней. Она выжидательно протянула свои руки, когда я полезла в чулок, ее улыбка стала маниакальной, пока она ждала подарок, который уже был заметен. Я должна была заткнуть свои уши, как только передала его, потому что она выражала свою радость громким, пронзительным визгом, настаивая потом, что для меня все же существует еще надежда.
Реакция Розали была более сдержанной, чем у ее сестры. Она приняла кольцо с благодарностью, ее взгляд выражал смесь понимания, сомнения и надежды, когда я сказала, что на него наложены чары удачи. Я намеренно воздержалась от упоминания истинного назначения, потому что не хотела затмевать атмосферу разговорами о ее неспособности зачать ребенка.
– Оно очень симпатичное, Белла, - сказала она искренне, надевая кольцо на указательный палец правой руки. – И роза уместна. Спасибо.
– Пожалуйста. – Надеюсь, что оно сработает для тебя, - добавила я про себя.
Эдвард сжал мою ладонь в своей. Хоть он и не мог слышать мои мысли, так как я скрывала их, он точно понял смысл подарка.
Джасперу почти удалось полностью скрыть свое разочарование после снятия упаковки с толстых книг в кожаных переплетах, что я купила для него, но я заметила, что уголки его рта дернулись. Элис встала рядом с ним, с легкой улыбкой на лице. Я затаила дыхание, пока ее муж переворачивал титульный лист, надеясь, что уверенное поведение провидицы означало, что я не прогадала, в итоге.