Ловец мудрости
Шрифт:
Виола умело кинула квоффл обратно Белле, которая полетела на максимальной скорости, ее алый капюшон и волосы оттенка красного дерева развевались позади. Мейсон Брейкс напрягся, когда собрался сделать выпад, готовый лететь влево или вправо. Может быть, он бы и смог словить мяч, если бы истерические вопли Эммета не помешали ему сосредоточиться.
– ПОТТЕР ЛЕТИТ СЛЕДОМ ЗА СНИТЧЕМ! Он видит его в поле зрения!
Вся остальная деятельность прекратилась, когда ловцы обеих команд направились к центру поля, где в настоящее время завис золотой
– Они же столкнутся! – воскликнула Гермиона в панике.
Парень и девушка вытянули вперед руки, отчаяние и решимость сквозили в каждой черте лица. Они столкнулись со страшным грохотом, в тот же миг пара слетела со своих метел, прокатившись по траве. Снитч упал позади них.
Одну страшную, чудовищную секунду не было ничего, полнейшая тишина. Затем начался хаос, когда игроки и мадам Трюк ринулись вниз к, кажется, потерявшим сознание ловцам.
– Ну, можно с уверенностью сказать, что игра закончилась, - сказал, чуть погодя, Эммет, - поскольку снитч лежит неподвижно на траве. Кто-то коснулся его, но кто?
– Гарри! Гарри, ты в порядке? – спросил Рон, осторожно тормоша своего друга.
Прошло несколько секунд, но, в конце концов, Гарри в шоке ответил, громко зашипев, когда он прижал руку к плечу.
– Жись бут синяк.
– Что это было, приятель? Ты неясно выразился.
– Тьфу. Я сказал «кажись, будет синяк». Думаю, я так же ударился головой.
– Ты думаешь? – усмехнулся Амикус.
Через несколько минут в себя пришла Орла, хотя она выглядела несколько хуже, заработав скверный порез на лбу, который потребовал внимания со стороны мадам Помфри.
– Так кто же победил? – спросил Мейсон, нахмурив брови в замешательстве.
– Мы, - заявил Эккерли тут же. – Орла прикоснулась к снитчу первой. Я видел это ясно, как день.
– Нет, ты не видел, жирный грубиян! – утверждала Джинни, закатывая глаза. – Никто из нас не мог это видеть.
Затем обе команды начали спорить, смотря на своих соперников. Рон кричал на Мейсона, отбивающие начали размахивать своими битами, а нападающие обменивались оскорблениями.
– Ничего себе, - засмеялся Джаспер, - а мы думали, что мы ужасны! Эсме не было необходимости объяснять правила Белле, когда она впервые смотрела, как мы играем в бейсбол. Они нас могут заставят почувствовать неловкость!
– Воспитанные волками, - пошутил я, качая головой, пока смотрел вниз, развлекаясь больше, чем кто-либо другой.
В конце концов, мадам Трюк, казалось, заполучила контроль над командами, ее желтые глаза «полыхали», когда она призывала к спокойствию.
– Есть простой способ решить этот вопрос! Поттер, Квирк, подойдите сюда. – Она подняла снитч с земли, выбивая такт ногой, пока оба ловца не оказались прямо перед ней. – Мисс Квирк, протяните свою руку, пожалуйста.
Орла сделала так, как ей сказали, выгнув бровь, когда судья бросила снитч на
Ничего не произошло. Сердцебиение Гермионы увеличило темп, ускорившись от надежды и волнения.
– Теперь дайте мне свою, мистер Поттер, пожалуйста.
Гарри усмехнулся. Он протянул руку, уже зная, что вот-вот произойдет. Когда снитч начал опускаться, мир, казалось, затаил дыхание, ожидание и небольшой страх смешались вместе.
Через секунду, что снитч коснулся кожи Гарри, красивый золотистый шар отреагировал, развернув свои крылья, мягко затрепетав в руках ловца-победителя.
Последовал очередной миг тишины, а потом…
Симфония криков и аплодисментов разнеслась по стадиону, когда каждый гриффиндорец, будь то человек или вампир, радовался нашей победе.
Я с трудом разобрал слова Эммета в этом бешеном гомоне, когда его голос эхом разнесся над полем: - ГРИФФИНДОР ВЫИГРЫВАЕТ С ПРЕИМУЩЕСТВОМ В ДВЕСТИ ДВАДЦАТЬ ОЧКОВ! ДВЕСТИ ВОСЕМЬДЕСЯТ У ГРИФФИНДОРА; ШЕСТЬДЕСЯТ У КОГТЕВРАНА!
Я действительно чувствовал себя подростком, когда снова был заключен Симусом и Дином в одно из мужских объятий. Я постарался быть не слишком грубым, когда вернул им дружеские похлопывания по спине.
– Мы выиграли, приятель! Мы победили! – воскликнул Симус в эйфории. – Убедись, что подаришь этой девушке свой лучший поцелуй от нас двоих, хорошо?
Я громко засмеялся: - Я не забуду.
В то время пока Розали обнимала Гермиону, Элис вскарабкалась на плечи Джасперу, вскинув руки вверх, после того как указала пальцем на студентов с противоположной стороны стадиона.
– ВЫ НЕ СПОЕТЕ – ВЫ НЕ СПОЕТЕ – ВЫ НЕ СПОЕТЕ БОЛЬШЕ! БОЛЬШЕ! – После этого она изменила текст своей песни на «можем мы играть каждую неделю?». – МОЖЕМ МЫ ИГРАТЬ – МОЖЕМ МЫ ИГРАТЬ… (3)
Это продолжалось, пока мы были на стадионе. Моя темноволосая сестра, которая теперь выглядела как фанатичный поклонник квиддича, отказалась слезть с плеч мужа.
Как я могу спуститься, – спросила она у меня, все еще напевая, - когда существует так много разных песен, что мне осталось спеть? Я даже еще не добралась до «Мы устанавливаем правила, и мы знаем, что мы делаем».
Я закатил глаза на это, прежде чем пошел вперед. Каждая моя мысль сейчас была сосредоточена на замечательной, удивительной, завораживающей, впечатляющей, славной, красивой (список был бесконечным) девушке, направлявшейся теперь в раздевалку.
Я пролетел по внешней стороне стадиона, как пуля, остановившись, когда добрался до двери, что я искал. Вместо того чтобы войти, я прислонился к стене и стал ждать.
Пение было слышно и здесь, наряду с веселым смехом и аплодисментами. Я различил голос Беллы среди числа других. Я улыбнулся еще шире, когда ее счастье добавилось к моему.
Через пять минут команда Гриффиндора вышла наружу, Белла была с ними. Я подхватил ее, когда она подбежала ко мне, ее окровавленные губы растянулись в огромной улыбке, которая коснулась ее глаз.