Ловец душ
Шрифт:
— В Лос-Анджелесе?
— Да, я переехала туда, чтобы быть поближе к Вестерну, но сначала в другой мотель. У меня была квартира в Беверли-Хиллз, но оттуда я выехала, когда обнаружила, что Вестерн за меня взялся. Срок найма еще не кончился, но я заплатила за три месяца вперед. И с тех пор еще дважды переезжала. Машину оставила у приятелей, чтоб Вестерн меня по ней не нашел. И так за ней и не послала, потому что он мог оставить кого-нибудь для наблюдения.
— Чтобы нанять человека месяцами где-то околачиваться в надежде, что ты там объявишься, нужны немалые деньги.
— Да у Вестерна куча денег! Он же мультимиллионер. А деньги-то по праву должны принадлежать мне. Он их заграбастал и все равно хочет меня убить. Совсем как отца!
— Пойми, я должен судить объективно, — заметил
— Не буду, — ответила она. — Я знаю, что должна доказать свои обвинения.
— Дай мне хоть основание для подозрений. Сомневаюсь, что ты можешь что-то доказать.
— Ты прав. — Патриция улыбнулась и слегка выпрямилась. — Ты прав. Для начала я с тем же успехом могу объяснить тебе, почему я не пошла в полицию и не поделилась своими подозрениями. Не подозрениями — фактами. Вот только полиция потребует доказательств, а у меня нет ничего, что можно предъявить в суде. Чтоб завести на него дело, моих фактов недостаточно. Притом же он теперь до того знаменит и могуществен, что полиция против него ничего не предпримет — разве что застав на месте преступления.
— Сомневаюсь, — сказал Карфакс. — Полицейские могут и не хотеть его арестовывать, но если причина будет достаточно серьезной, им попросту придется.
— Но если бы я пошла в полицию, Вестерн узнал бы, где я, и мог настичь. Во всяком случае, я побывала у адвоката и изложила ему свое дело. Он сказал, что шансов у меня никаких. А вот если я оставлю ему свой номер телефона, он мне перезвонит: вдруг он передумает. Я ему ответила: "Нет, спасибо, мой номер вы узнаете, только когда будете моим адвокатом". Я вышла, остановила такси и поехала прямиком в мотель. Это была ошибка. Я думаю, он послал кого-нибудь проследить за мной…
— Кто послал?
— Адвокат.
— Кто он таков?
— Роджер Хэмптон. Из "Хэмптон, Торбург, Рокстон и Роу".
— У них очень хорошая репутация. Зачем бы Хэмптону устанавливать за тобой слежку?
— Потому что он решил, что я ненормальная и доберусь до Вестерна, даже если мне придется и его пристрелить! Явившись к нему в контору, я была здорово на взводе! Но я уверена, что он позвонил Вестерну и сказал ему, где я.
— Дела твоего он не принял, это верно, но информация все равно должна оставаться конфиденциальной!
— Может, он решил, что Вестерна преследует опасный маньяк, и сказал ему только, где я, а не о чем мы с ним говорили.
— Или же он не имеет с этим ничего общего, — предположил Карфакс. Если за тобой и был хвост, то еще до визита к Хэмптону.
— Если?! — возмутилась Патриция. — Я знала, что он следит за мной. Я видела, как он подходил к портье и расспрашивал обо мне. Когда этот тип убрался, я спросила портье, не обо мне ли его спрашивали, и он подтвердил.
— Продолжай, — сказал Карфакс, махнув рукой.
— Я упаковалась и снялась с места в четверть часа. Доехала на такси до ресторана в Шерман Оукс, потом другим такси добралась до Тарсаны. Взяла машину напрокат, уплатила наличными и поехала по шоссе номер один. Я собиралась остановиться у саоих друзей в Кармеле. Не думала, что Вестерн может о них знать. А потом, спускаясь с одного из этих холмов…
— Знаю, — прервал он.
— Я чуть не погибла! Тормоза отказали. Я все ехала и ехала по серпантину и только потому ни в одну машину не врезалась, что ни одной не подвернулось. В самый нижний поворот я вписалась неудачно, а тут еще шина лопнула, и автомобиль перевернулся. На мне не было ни единой царапины, но испугалась я ужасно. Машина просто всмятку. Полицейские подвезли меня к ресторану, возле которого я припарковывалась перекусить. Ясное дело — лужа тормозной жидкости на месте моей парковки. От медицинской помощи я отказалась. Я и не нуждалась в помощи, кроме глотка-другого виски. Какой-то полицейский подошел и сказал, что в цилиндре, вне всяких сомнений, копались. И произошло это во время парковки — до того тормоза были в порядке, а потом впереди не было никакого движения, и я тормозами не пользовалась. Я нажала на тормоз в первый раз, съезжая с холма, а тогда было уже поздно.
— И кроме Вестерна, смерти твоей желать некому?
— Некому.
"Пятьдесят
— Расскажи все с самого начала, — предложил он. — Иначе мы запутаемся. Я перебивать не стану, а вопросы задавать начну потом.
— Годится. Ты знаешь, что мой отец преподавал физику в. Калифорнийском университете?
— Читал в газетах. Кстати, все, что мне об этом известно, я вычитал из "Нью-Йорк Таймc". Местная газета едва ли о нем упоминала.
— А раньше он преподавал в Лос-Анджелесе. Должно быть, он работал над МЕДИУМом уже тогда. Дома он вечно засиживался над уравнениями, диаграммами, схемами, моделями какими-то. Я то и дело натыкалась на них, заходя в его кабинет, и однажды спросила, над чем это он работает. Он отшутился дескать, это будет самая большая сенсация со времен сотворения мира.
— Предполагается, что эту фразу выдумал Вестерн.
— Он украл у отца не только МЕДИУМ. Папа всегда держал свои бумаги в сейфе. А когда мы переехали, он смастерил какое-то электронное устройство. Сравнительно с МЕДИУМом — маленькое. Но энергию оно пожирало неимоверно. Видел бы ты наши счета за электричество!
— Они не сгорели во время пожара? — спросил Карфакс и торопливо добавил: — Знаю, я обещал не перебивать, но это важно…
— Нет, они все сгорели. Конечно, у компании хранились копии. Именно хранились — когда я сделала запрос, они были уже уничтожены. Я обратилась с запросом через полгода после пожара, а копии оплаченных счетов так долго не хранятся. Как бы то ни было, я знала, что энергия расходуется в немыслимых количествах. Мы жили вместе, и я несла свою долю расходов. Я, знаешь, была тогда секретаршей ректора., хотя нет, откуда тебе знать. Зарабатывала я неплохо, но оплачивать такие счета мне было не по средствам. Отец сказал, что обо всем позаботится. Но я знала, что папа не может себе позволить таких расходов. А через несколько месяцев он сказал, что нашел человека, у которого можно одолжить денег под очень низкий процент. Угадай, кто это был?
Карфакс предпочел промолчать.
— Его племянник Мой двоюродный брат. И твой заодно. Папа получил деньги, но ему пришлось, должно быть, рассказать Вестерну, над чем Он работает. И все же — да кто даст денег на такое безумие, как МЕДИУМ! Все равно что постройку вечного двигателя финансировать.
"Что теперь теоретически вполне возможно, — подумал Карфакс. — МЕДИУМ не только к покойникам проторил дорожку".
— Папа, должно быть, отладил машину, чтобы ее можно было продемонстрировать. Не знаю. Я никогда не видела Вестерна у нас дома, да папа и не говорил, что он бывал у нас. Но он мог приходить, когда я была на работе или уезжала на лето в Европу.
Карфакс хотел спросить, знает ли она наверняка, что деньги ее отцу дал Вестерн.
— Папа внезапно начал оплачивать счета за электричество, — сказала Патриция, словно прочитав его мысли, — и прикупать оборудование. Я знаю, что он выложил двадцать тысяч долларов за один раз, а потом еще десять тысяч.
— Тридцать тысяч? — беззвучно произнесли губы Карфакса.
— Львиная их доля ушла на какую-то электронику. Папа не говорил мне, откуда берутся деньги и над чем он работает. Сказал, что все выяснится во благовремении, а мне не стоит беспокоиться. Платил он наличными Счета так и не отыскались. Если они и были, то сгорели Или украдены. Не знаю, почему отец не сказал мне, над чем работает. Я бы не стала насмехаться или называть его чокнутым. По крайней мере вслух. — Патриция замолчала и нахмурилась Нет, — сказала она, — не стоит себя обманывать. Скорее всего я решила бы, что он выжил из ума, и не смогла бы промолчать. Я бы ему сказала, что думаю. Может, даже обратилась бы к психиатру. Я не верила в загробную жизнь, да и вообще в явления сверхприродной природы. Тавтология, верно? Сверхприродная природа… Но и папа не верил, насколько мне известно. Однако, когда Четыре года назад умерла мама, для него это был ужасный удар. Поэтому я к нему и переехала. Я боялась, что он умрет сгоря, а то и с собой покончит. Да ладно, я уже сказала, что не стоит заниматься самообманом. Папа был нужен мне почти так же, как и я ему. Я очень любила маму да вдобавок только что развелась. Я переехала к нему, чтобы он мог утешить меня, а я — его.