Ловчие

Калинин Никита

И нажал “отбой”.

Я поймал себя на мысли, что она потихоньку переставала меня раздражать. Да, бестолковая. Да, тень тенью. Но ведь это пока. Когда я пришёл к деду, то вряд ли выглядел многим лучше. Всему своё время.

Сорока чётко дала понять, что мой единственный шанс против Сабэль - это род. Да и дед был того же мнения. Нужно научиться распоряжаться теми ресурсами и взаимодействовать с теми людьми, что даны сейчас, а не ждать чего-то свыше. Пусть я потрачу кучу времени на поиск прирождённых с картин Лены, пусть пройдёт год, два, три, прежде чем мой род достаточно окрепнет. Я готов ждать. Ждать

и копить силы. Моя цель не сдохнуть, напоровшись на клинок медной львицы. Моя цель - Нонго. Её голова на острие моего родового меча.

По спине пронеслись мурашки, когда я вспомнил жёлтые светящиеся, как фонари, глаза, что раскачивались на чудовищной голове высоко надо мной. Ещё эта тьма из змей… Может, это были галлюцинации. Может, я просто впечатлился картиной полусожжённой картиной Лены. Но что-то подсказывало, что это не совсем так. А если Нонго и впрямь… змея?.. Гигантская хтоническая гадина, что иногда ради забавы принимает облик человека? Богиня какая-нибудь, мать её, ацтекская, китайская или ещё какая? Боги ведь наверняка есть. Теперь сомневаться в их существовании так же глупо, как до пробуждения утверждать, что они существуют. Кто-то же должен управлять Игрой!

Плевать. Даже если Нонго всемогуща, меняется только одно: время, которое я потрачу на то, чтобы суметь отрубить чешуйчатую голову. Я никогда не прощу ей гибель близких…

В прихожей послышались шаги, я обернулся.

— Телефон можешь забрать, - сходу произнёс Виктор.
– Я купил его специально для тебя. Как ты? Нормально?
– вопрос оказался риторическим, потому как слушать ответ он и не собирался.
– Обычно после такого либо немеют, либо слепнут. Вот, кстати, солнцезащитные очки и капли в глаза - лучше будет, поверь. Некоторые, бывает, слух теряют. Верхняя сфера не терпит дилетантов. Даже избранных-переизбранных. Догоняешь?

Я не помнил, чтобы Виктор был большим любителем задавать риторические вопросы. С другой стороны, я толком-то и не был с ним знаком. Только вот… откуда он знал про мою избранность? Или что я - прирождённый именно Велес? Ведь я ему этого не говорил. Как и того, что, оказывается, имею способность перемещаться по сферам с помощью крови, не тратя делений жизненной энергии.

Виктор остановился в самом центре зала, рядом с грудой пружин и недогоревших деревянных плит, которая некогда была диваном.

— Это место пахнет особенно… - он втянул ноздрями гарь, как аромат коньяка или дорогой сигары.
– Это место-якорь! Таких всего два в России. Второе знаешь где?..

— Нет, - признался я, ничего не понимая.

— В Алтайских горах. В пещере. Там тоже чернота по стенам. Наверное. Я там не был… Но почти уверен, что это так. Я там буду, да. Мы вместе, Костя, будем там.

Он был другим каким-то. Деятельным. Нервным. Нёс какую-то чушь. Я насторожился.

— Почему ты в Питере? Ты разве не хотел преследовать Сабэль?

— Хотел! И преследовал! Разве я мог не пойти за сучкой?!
– глаза Виктора заблестели.

— Ну?..
– нажал я.
– Слушай, спасибо тебе, конечно. Не знаю как, но ты меня выдернул. Ты попросил дождаться тебя, я дождался. Только времени у меня не так много. Мне ещё в Вотчину надо.

— Вызвали? Можешь плюнуть. Они про тебя уже забыли. Там такое блядство творится! Есть вещи, которые

нужнее обсудить.

— Например?

— Например, наше с тобой общее предприятие. Тебе нужна Сабэль. Мне нужна Сабэль. Я предлагаю объединить усилия, чтобы найти сучку, - он то скрещивал на груди длинные руки, то снова их опускал.
– Мне без тебя теперь никак. Без тебя мне её не одолеть. Да и тебе без неё… Твоя месть зашла тупик, так ведь?

И этого я тоже Виктору не говорил. Этого я вообще никому не говорил.

— Что значит - без меня никак? В Тае я как союзник тебе нафиг нужен не был. Сейчас-то что поменялось?

— Она меня отхерачила, Костя, - с ненавистью выдавил Виктор.
– Я выследил её в Праге. Думал, что всё просчитал. А она меня… как младенца. Сучка знала наперёд всё, что я приготовил. Вышибла из меня две сущности двумя ударами. Видел когда-нибудь, чтобы из кого-то вышибали сущности? А, да что вообще ты видел! У нее появилась какая-то тварь, способная мало того, что с постаментов сшибать сущности, так ведь ещё и из ловчего их изгонять! Она так доппельгангера, что я в автобусе изловил, из меня вытрясла. И саламандру…

Я смотрел на Виктора пристально, насторожившись. Слишком легко он говорил о поражении от рук той, кого винил в смерти единственной дочери. Слишком легко сдался. Почему он здесь? Почему его труп не лопают сомы в тихом течении Влтавы? Виктор бы никогда не…

— Думаешь, я должен был подохнуть?

Я медленно повернулся и встал у окна так, чтобы можно было легко выпрыгнуть. В последнее время я только и чувствовал себя, что кроликом в стеклянном вольере со змеями всякими да гигантскими пауками. Пока единственное, что мне хорошо удавалось - это бег по широкому кругу.

— Выдохни, Костя. Будь я на твоём месте, тоже бы заподозрил неладное, поверь. Я понимаю твоё недоверие. Всё просто. Сабэль меня всё же убила.

Ну всё. Финита ля комедиа. Виктор тронулся умом.

— И ты типа воскрес?
– расслабляться я не собирался.

— Скажи, откуда я тебя выдернул?

— Что?

— Что ты видел, прежде чем оказался тут?

— Белизну. Ты ж сам сказал, что это Родник…

— После. После белизны. Что ты видел после?
– этот блеск в глазах я уже где-то встречал. Нездоровый, нехороший блеск. Фанатичный.

Я молчал. Делал вид, что размышляю над его словами. Лихо было единственной сущностью, которая в этой ситуации могла бы мне хоть как-то помочь. В очередной раз. И вернуть его на постамент, несмотря ни на что, казалось сейчас самой здравой идеей.

Да только вот ничего не вышло. Лихо осталось в заповеднике, куда я определил его пару часов назад. А главный экран храма “напомнил” мне буднично, что менять положение сущности можно только один раз в сутки. Я выматерился про себя.

— Ты видел тьму, Костя. Живую. Древнюю. Но видел иначе. Не так, как я. Когда сучка воткнула каблук мне в горло, - Виктор оттянул горловину свитера, показывая пятно ещё тёмного рубца, - я умирал долго. Я молился всему и всем. Извечным. Будде. Кришне. Иисусу. Другим ложным богам. Но откликнулась только она. Тьма удержала меня на самом краю Ничто. Тьма показала путь. Правильный путь. Единственный способ осуществить месть. И этот способ - ты! Ты Проводник, Костя! Ты и я - вдвоём мы найдём сучку и уничтожим!