Лотерея
Шрифт:
Доехал он, правда, только до перевернутой им машины. Его тут уже ждали… Элен и Ремезов.
Антон Николаевич собирал оружие и боеприпасы покалеченных «крыс», а Элен бросилась к нему навстречу, чуть прихрамывая, и повисла на шее вся в слезах, но при этом смеясь.
— Все в порядке, дорогая, я цел, и вернулся, как обещал…
— Черта с два бы ты выполнил свое обещание, если бы не она, — с усмешкой сказал Ремезов. — Солнце еще не село, а она уже в вертолет запрыгнула, хотя никаких шансов, как я ее в этом убеждал, уже нет, ведь вы же проиграли. Да и чем мы могли вдвоем помочь?
— Но все же помогли. Без
— Неплохой, — с довольной улыбкой кивнул Ремезов.
— Я больше тебя никуда не отпущу, — прошептала Элен.
— Да я, собственно, больше никуда не собираюсь.
9
— Ты зачем вообще за ними погнался? — с явным неодобрением в голосе спросил Антон Николаевич. — Ну сбежали и сбежали, для чего так рисковать с этим преследованием? Вон как твою колымагу издырявили. А могли и тебя заодно с ней…
Элен тоже посмотрела на него осуждающе и требовательно. Конечно же, Махов рассказал, в чем дело, почему требовалось, чтобы никто из этой банды не ушел.
— Если у Шульца все получится, то у нас появится реальный союзник среди «крыс». Ради этого стоило рискнуть.
— Думаешь, ему можно доверять? — поинтересовался Ремезов, в котором тут же проснулся «крысолов».
— Вопрос в том, удастся ли ему подчинить себе всех или же он получит в собственной стае сильную оппозицию. Тогда сами понимаете…
— Да, — кивнул Ремезов, — понимаю. Ему придется действовать с оглядкой и под большим давлением своих противников.
— Вот именно. Но в любом случае можно быть уверенным, что Шульц сделает все от него зависящее, чтобы установить более адекватные отношения между нами. И многое будет зависеть от нас.
— Да уж, мы тоже постараемся. Но давайте поспешим. До рассвета осталось уже не так много времени. Нужно убираться. А на таких машинах быстро и далеко мы не уедем.
Машина Эрика оказалась совсем никакой, так что пришлось воспользоваться трофейным «круизером», на котором подъехали Ремезов и Элен. Но предварительно пришлось его «переобуть» оставшимися целыми колесами от машины Эрика, а также им перевернутой. Только поставив машину на четыре колеса, больше целых не нашлось, троица смогла с должным комфортом доехать до своего модуля под радость его обитателей.
С восходом светила, к этому моменту разборки между «крысами» наверняка уже должны были закончиться появлением нового короля, Махов засел за передатчик, набрав номер западного соседа.
Передатчики уже настроили для работы по принципу телефона с номером соответствующего нумерации модуля. Малые передатчики или просто телефоны также настроили с учетом номера модуля, то есть сначала как код города шел номер посадочного модуля, а уже потом порядковый номер включенного телефона.
К призывно звенящему и мигающему огоньком передатчику долго никто не подходил. Наконец кто-то «взял трубку» и грубым голосом спросил:
— Чего надо?
— Здравствуйте…
— Ну здрасьте. Чего надо?
— Я хотел бы поговорить с вашим… командиром, главным командиром.
— Зачем?
— Затем, что не твоего ума дело, и я не собираюсь разговаривать с шестеркой, что-то возомнившей о себе.
— Да я тебя!..
Эрик отключился, неспешно попил воды и вновь вызвал сто восьмидесятый модуль. На этот раз
— Итак, начнем сначала. Здравствуйте, могу ли я поговорить с вашим командиром?
— Я здесь.
Эрик облегченно выдохнул. На экране передатчика появилось лицо Шульца. Выглядел он не очень. На лице порез, кое-как залепленный пластырем, под правым глазом сильная краснота, обещающая в скором времени превратиться в смачный синяк, и еще что-то с левой рукой, так как к ней тянулась через шею перевязь. Но главное, что он встал во главе всей банды «крыс».
— Что вы хотели? — спросил Шульц.
Махов принял игру официального тона, понимая, что нового командира окружают ближайшие подручные, в том числе из оппозиционного крыла, которым только дай повод в чем-то заподозрить вожака, чтобы его тут же сместить, и так же официально ответил:
— Сто семьдесят девятый модуль предлагает вам сотрудничество.
— Вот как? В чем же оно будет выражаться?
— Прежде всего в нормальных человеческих отношениях. Вы захватили модуль, но его ресурсов вам недостаточно для нормального функционирования. Чтобы просто вдоволь напиться воды, вам придется этой или скорее следующей ночью напасть на нас. В результате мы потеряем людей, вы потеряете людей, а у вас их и так осталось немного. Но мы признаем, что даже с таким небольшим количеством вы сможете победить. Вопрос в цене победы не только для вашей стаи, но для всего человечества на этой долбаной планетке. Нас и так тут с гулькин нос, а мы, едва прилетев, начали убивать друг друга… Кому это надо? Мы так думаем, что никому… А потому мы предлагаем вам помощь.
— Какую?
— Мы доставляем вам трубы, из которых вы сможете смонтировать полноценный водопровод и получать воду из реки на дне каньона. Как следствие — отпадает необходимость в завоевательном походе, а значит, сохраняются жизни.
— И что вы хотите взамен за такую щедрость?
— Ничего особенного… нормальных человеческих взаимоотношений, а не звериных. Теперь это наш мир, хотим мы того или нет. Нам с него никуда не деться… Никто не знает, как долго мы проживем на этом адском шарике: еще неделю, месяц, год… Но только от нас зависит, как мы на нем проживем отпущенное нам время: в постоянных войнах и убийствах с грубым, даже рабским подчинением других людей себе или же это будет общество, основанное на взаимопомощи. Первый такой шаг взаимопомощи мы предлагаем вам, несмотря на… совершенное вами.
— Вы готовы забыть это? — спросил Шульц, стрельнув глазами куда-то в сторону, видимо, проверяя реакцию своего окружения.
— Мы готовы идти дальше, — ответил Эрик. — А чтобы идти, надо шагать, через что-то перешагивать… Никто не говорит, что это будет легко сделать всем, особенно тем, кто потерпел от вас страдания, но это необходимо. Мы должны переступить через этот инцидент, оставить его за спиной и двигаться дальше, к будущему. Мы готовы рассматривать этот инцидент как своего рода невменяемость, состояние аффекта, под воздействием которого человек делает что-то ужасное, не соображая, что именно он творит. Тем более что вы действительно находились в крайне затруднительном положении и пошли на этот шаг от безысходности. Итак, каков ваш ответ? Мы будем жить дружно, согласно общечеловеческим законам, или по «крысиным» понятиям: кто сильнее, тот и прав, даже если не прав?