Лоренцо
Шрифт:
«Миа?» — его глубокий успокаивающий голос наполняет мои уши. «Поговори со мной, солнышко».
«Я-я здесь», — рыдаю я, снова переводя взгляд на Брэда.
"Ты в порядке?"
Я смотрю на тело человека, который превратил мою жизнь в ад. Дрожь пробегает по моему позвоночнику. Я не могу отвести от него глаз на долго.
А что, если он просто издевается надо мной? А что, если он на самом деле не мертв? «Я пырнула его ножом».
«Ты молодец, Миа. Ты все еще одна?»
«Д-да».
«Кто-нибудь
Брэд мне только что подмигнул? Его глаз шевельнулся?
«Миа?» Успокаивающий тембр голоса Лоренцо успокаивает дрожь, борющуюся за контроль над моим телом.
Я делаю глоток воздуха. «Он пришел один. Я н-не думаю, что кто-то знает, что он здесь».
«Он причинил тебе боль?»
Я смотрю на свою рваную одежду и замечаю синяки в форме кончиков пальцев, проступающие под кожей на верхней части моих бедер. «Н-не совсем».
«Я уже в пути, солнышко. Я буду там так скоро, как только смогу».
«А что, если он на самом деле не умер?» — шепчу я, боясь, что если Брэд меня услышит, он выберет этот момент, чтобы нанести удар. Я больше не держу нож в руке; мое единственное оружие — этот мобильный телефон.
«Он двигается? Дышит?»
«Н-нет».
«Его глаза открыты или закрыты?»
Я вздрагиваю. «Открыты. Он смотрит на меня».
«Его глаза двигались? Он вообще моргал?»
«Я не… Я так не думаю».
«Он мертв, Миа».
«Он выглядит мертвым, но что, если…?»
«Ты проверяла пульс?»
«Н-нет. Я не хочу его трогать».
«Миа, послушай меня, — говорит он медленно и тихо. — Тебе нужно проверить пульс».
Мысль о прикосновении к его телу наполняет меня ужасом. «Я н-не могу».
«Ты можешь сделать все, солнышко. Ты самая сильная женщина, которую я знаю. Ты знаешь, где на шее проверить пульс?»
«Угу».
«Давай, солнышко. Я здесь, с тобой».
Глубоко вздохнув, я крадусь вперед, внимательно следя за любыми признаками движения. Мои пальцы зависают над местом на шее Брэда. «А что, если я прикоснусь к нему, и это его разбудит?»
«Он не спит и не без сознания. Если бы он спал, его глаза были бы закрыты.
Но если у мужчины нет пульса, он определенно мертв. Проверь, и тогда ты тоже сможешь узнать наверняка».
Я киваю. Логически я понимаю, что он прав, но страх ледяной хваткой сжал мое сердце. Все рациональные мысли и рассудок, кажется, покинули меня.
Я вожусь с его воротником, обнажая кожу, к которой мне нужно прикоснуться, и прижимаю два пальца к его горлу. Он все еще теплый, все еще кажется живым. Но его тело остается неподвижным. Приложив большее давление, я смотрю на лицо Брэда и жду. Ничего.
«Ты в порядке, солнышко?» — тихо спрашивает Лоренцо.
«Да». Я жду, когда слабый пульс ударит по кончикам моих пальцев. По-прежнему ничего.
«Ты что-нибудь чувствуешь?»
Облегчение накатывает на меня, и я наконец закрываю глаза. «Нет. Вообще ничего».
«Это
Мое сердце наконец-то начинает успокаиваться. Я откидываюсь на шкаф и снова прижимаю колени к груди, чувствуя себя в безопасности теперь, когда знаю, что его больше нет, но все еще не в силах найти в себе смелость встать и оставить его здесь одного.
«Мне нужно сделать еще несколько звонков. Ты будешь в порядке, пока я буду к тебе ехать?»
«Я буду в порядке», — лгу я.
«Я скоро буду. Перезвони мне, если что-нибудь понадобится. Не отвечай на телефон, если звоню не я. И не открывай дверь, пока я не приеду. Обещай мне».
«Обещаю», — шепчу я.
Он вешает трубку, и я прижимаю телефон к груди. Сейчас это кажется мне спасательным кругом. Моя единственная связь с реальным миром за пределами этого кошмара на моей кухне. Брэд продолжает смотреть на меня своими холодными, мертвыми глазами. Это взгляд, к которому я привыкла.
Слайд-шоу из изображений из прошлого мелькает в моем сознании, и мурашки пробегают по моим рукам. Пожалуйста, поторопись, Лоренцо.
* * *
Обхватив руками кружку с ромашковым чаем, я улыбаюсь виду из окна, выходящего на мой маленький дворик. Чувство удовлетворения охватывает меня. Мне здесь нравится. На улице все еще темно, но гирлянда из волшебных огней освещает гроздь изысканных кустов роз, выращенных предыдущим владельцем. Они начали цвести вместе с жасмином, который я посадила через неделю после переезда сюда.
Мой телефон загорается рядом со мной, мигающий индикатор батареи напоминает мне, что я забыла зарядить его вчера вечером. Положив его в карман с мысленным напоминанием подключить его, пока я приму душ и оденусь на работу, я открываю заднюю дверь и выхожу на улицу. Нежный утренний бриз танцует на моей коже, и сладкий аромат жасмина витает в воздухе. Мой желудок урчит, поэтому я возвращаюсь на кухню, достаю большой нож из ящика и кладу его на стойку. Я открываю холодильник, ища клубнику, которую купил вчера. Черт возьми! Я вернулась домой поздно и была так измотана, что съела ее на ужин. Значит, банан.
Я закрываю дверцу холодильника.
Мое сердце останавливается.
Он здесь. Его лицо.
Прямо за моим окном.
Я кричу.
Он улыбается.
Мое сердце снова начинает биться. Нет, оно скачет.
Он ближе к задней двери, чем я. Я никогда не успею. Я все равно бегу к ней, отчаянно пытаясь закрыть ее, прежде чем он успеет пробраться внутрь. Это как будто я бегу сквозь патоку зимой. Он внутри, прежде чем я успеваю даже дойти до двери. Он закрывает за собой дверь. Щелчок засова, вставшего на место, эхом разносится по моей маленькой кухне, как похоронный звон.