Лорды Тэк

Шатнер Вильям

– Помолчи секунду.

Джейк вглядывался назад, туда, откуда пришел.

– Их было всего двое.

– Точно?

– Одного, с лазганом, ты уложил. А с ним этот гомик. – Потрепанным башмаком Уолли пнул мертвого негра. – Вот и все.

Однако оружие Джейк прятать не стал.

– Бери, – сказал он, левой рукой выудив из кармана пару десяток.

– Еще двадцать пять, и я провожу тебя до самого дома.

– Доберусь помаленьку сам.

Уолли с минуту смотрел на него, потом пожал плечами и исчез

в тумане.

* * *

– Быстрее, – одними губами прошептал киборг. – Сюда.

Согнувшись в три погибели, прижимая к груди видеокамеру, Натали первой нырнула в металлический туннель.

Обойдя большую бочку соевой муки и тоже пригнувшись, вслед за рыжей журналисткой продуктовую кладовую покинул и Гомес.

В арьергарде двигался шеф-повар «Казино» – толстый блондин с отливающей серебром правой рукой.

– Ради Бога, на цыпочках. И как можно тише, – нервным шепотом убеждал он своих спутников.

Узкий, не более пяти футов в поперечнике туннель плавно уходил вниз. Свет проникал в него только из кладовой сквозь оставшийся открытым люк.

Пройдя с тысячу футов, они уперлись в массивную металлическую дверь.

– Извините, пожалуйста, мне надо вперед, – все так же нервно прошептал шеф-повар. С трудом протиснувшись мимо Гомеса, он довольно легко проскользнул мимо Натали и подошел к двери. – Где-то здесь у меня был ключ.

Указательным пальцем левой, живой руки он нажал одну из многочисленных кнопок, опоясывающих его правое запястье на манер браслета.

– Черт, не то.

Серебристые металлические пальцы сменились сбивалкой для яиц.

– Секундочку, спокойно. Вот.

Теперь вместо взбивалки его руку завершал большой латунный ключ.

Слегка скрипнув, тяжелая дверь открылась вовнутрь.

– До чего же громко она скрипит, – в отчаянии прошептал шеф-повар.

За дверью оказалась пропитанная каким-то затхлым запахом комната, очень теплая и абсолютно темная. Первым вошел шеф-повар, за ним – Натали и Гомес, сразу спросивший:

– Можно включить здесь какой-нибудь свет?

– Тише, тише. Нас убьют, если только...

– Спайк, – прервала его Натали. – Я крайне благодарна за предоставленную мне возможность подкупить тебя. И за то, что мы сюда попали. Но – извини меня за грубость – ты слишком много дергаешься и мельтешишь по поводу самого обычного подсматривания в щелочку.

– Я сейчас прикрою дверь, – сказал Спайк. – А тогда, Гомес, ты дотронься до этого выключателя, слева от тебя.

– Si.

Дверь закрылась, Гомес тронул панель выключателя, и над их головами через три или четыре секунды вспыхнул свет. В противоположную стену маленькой комнаты было вмонтировано десять небольших экранов, перед экранами стояли три стула.

– Раньше, когда администрация нашего заведения была еще менее

щепетильна, чем сейчас, это место использовалось для наблюдения за тем; что происходит в самых дорогих номерах «Казино».

Так и не успокоившийся киборг сопровождал свои объяснения нервными манипуляциями металлических пальцев.

– Интересующая вас встреча происходит в Имперском номере.

Натали, подошедшая тем временем к экранам, изучала пульт.

– Это должен быть седьмой экран.

Она дотронулась до кнопки.

– ...За такие бабки нас поили какой-то вонючей самогонкой...

– Убавь громкость! – Прыгнув вперед, шеф-повар хлопнул ладонью по пульту. – Если нас услышат – кранты.

– Спайк, – поинтересовался Гомес, – а тебе никто не говорил еще, что твои манеры оставляют желать лучшего?

– Иди сюда, – позвала Гомеса Натали, внимательно глядевшая на седьмой экран. – Этот специалист по спиртным напиткам – Зиг Шраубе.

– Да, большая шишка в главном тэк-картеле Объединенной Германии.

– В вашем распоряжении ровно один час, засеките по часам, – прошептал Спайк. – К этому времени я вернусь.

Он тихо выскользнул из комнаты с контрольными мониторами.

На экране Гомес увидел изображение большой гостиной, снимаемой с очень удачной точки. В настоящий момент в комнате находилось только шестеро человек, хотя мебели – двух черных диванов и шести пластигласовых кресел – хватило бы и на большее собрание.

Натали нацелилась на экран своей камерой.

– Вон тот, под картиной, где балерина танцует, это Леопольд Борег, контролирующий распространение тэка в Израиле.

– На высоком собрании присутствуют также Клаус Рууви из Финляндии и Мануэль Парафузо из Новой Бразилии.

– И тот и другой – влиятельные лорды.

– Давай послушаем.

Гомес чуть-чуть прибавил громкость.

– ...давись она конем.

Сейчас говорил, обращаясь к остальным, Рууви.

– С чего этой бабе взбрендило, что она может крутить как хочет всей нашей долбаной организацией?!

– Но ведь, в конце концов, она, – возразил Борег, – и придумала, Клаус, основную схему операции. К тому же именно Тора сумела разжиться достаточным количеством ХР-203.

– ...Тора? – недоуменно нахмурился Гомес.

– Тебе известно это имя?

– Да, но оно, как мне известно, выбито на могильной плите, украшающей одно из уютных японских кладбищ.

– ...целью этого собрания, – говорил Парафузо, – является выбор следующего города. Следующей цели, так ведь?

– А что, если взять Рио? – невинно предложил Борег.

– Совсем не смешно, Леопольд.

– А зачем нам, собственно, торопиться выбирать другой город? Возможно, они капитулируют после Фриско.

Нахмурившись, Шраубе изучал зажатый в большой ладони стакан.