Лорд Системы 22
Шрифт:
Бомба имени «жены мои» обезврежена, и их внимание теперь сосредоточено на том, как помочь Аркаэле, вместо того чтобы устраивать скандалы и создавать проблемы.
Не зря качал Харизму. Ох как не зря. Хотя, с другой стороны, разве я неправ?
Эта свадьба свалилась мне на голову буквально из ниоткуда. В прямом смысле этого слова. Отказаться же от неё просто не получится, Великий Дух не поймёт такого поступка.
А воевать с покровителем целой расы нам ещё рановато.
Да и эльфийка, если говорить начистоту, весьма неплохой выбор.
Тем временем моё внимание возвращается к церемонии награждения. Салки завершились, и на сцену выходит команда тёмных эльфов в полном составе.
Под ликование толпы им вручают букеты, награждают медалями — эльфы явно в восторге от происходящего. Заметно, что подобное для них в новинку.
Лишь посмотрев на другие команды спартанцев, дроу тоже начинают махать зрителям. Да и вообще… странно всё это.
В памяти всплывает отношение прибывших гостей к той же Аркаэле.
Дружелюбное, но не фамильярное, уважительное, но умеренное. Так к рабам точно не относятся!
Однако вспомним, что Аркаэла находилась в Племени Кровавого Клевца на птичьих правах. Почему? Что привело её туда? По какой причине она решила там остаться?
Никогда не поверю, что, обладая этой загадочной эльфийской магией, Аркаэла не могла сбежать от орков. Запросто!
Нет, дроу явно неспроста скрывалась среди чатлан. Но зачем? Шпионаж? Разведка? Просто наблюдение за орками, словно за экзотической фауной мира Системы?
А что? На Старой Земле существовали фотографы-анималисты. Или увлечённые до безумия этнографы, что жили годами среди диких племён, чтобы потом написать на родине книгу и защитить диссертацию. Что мешает подобному быть и в мире Системы?
Интересно, нас она тоже считает диким племенем? А меня кем-то вроде Тарзана? Смешно!
В общем, странно всё это. Странно и непонятно. И этот орешек необходимо поскорее расколоть.
Ведь мне ещё предстоит жениться на этой красавице. И будет крайне неловко, если она попытается прирезать меня в первую брачную ночь, следуя каким-то установкам.
Тёмные эльфы — загадочный народ. Чтобы изучить их, потребуется время. Хорошо хоть теперь у нас есть полтора десятка подопытных!
И только я об этом подумал, как Кассион, возглавляющий группу дроу на трибуне, кричит во весь голос:
— Аркаэла! Мы пошли! Смотри не скучай! Если что — пиши! Или заглядывай сразу в гости! Гегемония будет рада снова тебя принять! А! И ещё… не забудь позвать на свадьбу! Ха-ха-ха!
И с едва уловимым хлопком тёмные эльфы просто… исчезают. Хоп — и всё! От них не осталось и следа.
Сбежали наши победители! Прямо с пьедестала почёта
Игроки в шоке. Все в шоке. А я тихо вздыхаю полной грудью.
Тёмные эльфы — это ходячая проблема. Ушастая и возникающая из всех щелей. И ее нужно как-то решать.
И я даже знаю ту, кто может дать мне ответы на мои вопросы.
Глава 3
Энрике,
Под нос он напевал незатейливый мотивчик, было очевидно, что мужчине действительно доставляло удовольствие подобное времяпровождение.
Самым невероятным было то, что именно этот человек мог одним своим решением определить судьбу десятков тысяч игроков. Простым щелчком пальцев он способен послать на смерть тысячи обученных матросов, от одного его слова десятки грозных фрегатов выйдут из порта и отправятся туда, куда он только пожелает.
Невероятная власть была сосредоточена в руках этого человека, а он… просто сидел себе в оранжерее и наслаждался жизнью.
Глава Совета Мадрида Бенедикт этого совсем не понимал. Как можно иметь такую невероятную власть и почти не заботиться о ней?
Старик, поправив свои очки-половинки, осмотрелся по сторонам.
На некотором расстоянии от них расположилась пятерка матросов, которые денно и нощно обеспечивали безопасность своего высокого начальства в режиме 24/7.
— Смотрю, ты явился раньше намеченного срока, — наконец, закончив пересаживать растение из горшка в землю, разорвал повисшую тишину правитель Пятиморья.
— На то были причины. А ты всё сидишь и копаешься в грязи? — усмехнулся Бенедикт, пытаясь то ли задеть, то ли раззадорить своего правителя.
Впрочем, его замысел изначально был обречён на провал.
— Не дело это для Контр-Адмирала, — фыркнул Энрике, уже не раз и не два слышавший брюзжание старика. — Плавали, знаем.
— Тогда мне тем более непонятно твоё упрямство, — вздохнул Бенедикт, не скрывая своего разочарования.
Не так должен вести себя правитель Пятиморья. По крайней мере, в его представлении. Ой, не так!
— Потому что мне это нравится, Бенедикт, — добродушно улыбнулся повелитель Мадрида, освобождая свои руки от рабочих перчаток. — Впрочем, ты явился ко мне не просто ради старческого брюзжания и наставлений. В чём дело?
Главный советник посмурнел, поиграл желваками и лишь спустя минуту выложил всё, как есть:
— Очередная экспедиция на восток к Спарте не увенчалась успехом.
— Вот как? — кивнул Энрике, будто бы услышал очередной прогноз погоды. — Это плохо?
— Ничего хорошего уж точно, — кивнул Бенедикт.
— Печально, — пожал плечами Лорд Мадрида. — Но с этим ничего не поделаешь. Провалы случаются. И ты это, мой друг, знаешь не хуже прочих.
— Верно…
— Так что тебе требуется именно от меня? С рядовыми задачами Совет справился бы и без моего вмешательства, — продолжил Энрике. — Выкладывай уже начистоту, Бенедикт. Ты отвлекаешь меня от куда более приятных моему сердцу занятий.
— Хорошо. Я желаю получить ваше дозволение на использование «Марии», — заявил старик.
Энрике вскинул брови, впившись взглядом в своего собеседника.