Лорд-обольститель
Шрифт:
Танон застонала от жадных движений его рта, но он не остановился, а продолжил нападение, двигаясь вниз по ее телу. Танон в его объятиях пронзила судорога, потом Гар встал перед ней на колени и поцеловал мягкий живот. Жесткие волоски щетины кольнули ей кожу, горячее дыхание воспламенило ее.
– Будет больно… немного. – На его губах мелькнула улыбка, от которой Танон охватила волна приятной дрожи.
Он накрыл рот Танон поцелуем, срывая с губ хриплые стоны, и глубоко вошел в нее, разрывая барьер ее невинности.
– Non! – выкрикнула
– Да, – гортанным голосом, наполненным страстью и экстазом, вымолвил он. – Почувствуй это.
Она была так близко от высшего пика наслаждения, что ему потребовалось лишь несколько нежных поглаживаний пальцами. Танон закричала, и тогда он вонзился в нее последним мощным ударом, достигая наслаждения вместе с ней.
Гарет поднял ее на руки и отнес к реке. Нежными пальцами он смыл свидетельство ее потерянной девственности и, целуя, пообещал, что в эту ночь больше не станет ее тревожить.
– Похотливое животное. – Танон прижалась к его груди, когда он понес ее обратно.
– А ты развратная девчонка, – ответил он.
Танон слышала игривые нотки в его голосе.
– Так оно и есть, правда?
Гарет положил ее на кровать, потом забрался сам и растянулся рядом с ней. Танон, опьяненная вином и счастьем, положила голову к нему на плечо. Гарет обнял ее одной рукой и прижал к себе.
– Гарет…
– Да?
– Я рада, что мы поженились.
Она закрыла глаза, ожидая его ответа. Надеясь, молясь о том, чтобы Гарет ответил ей.
– Я тоже рад, Танон.
Лучезарная улыбка осветила ее лицо, и она еще теснее придвинулась к нему, зарываясь носом в плечо. Теперь Танон была готова отдать свое сердце мужу, который будет ценить этот дар. Ее защитнику.
Глава 17
Седрик наблюдал за праздником, стоя в одиночестве на вершине густо поросшего лесом холма. Здесь он был недосягаем для глаз стражников, что следили за местностью с высокой стены. Его взгляд опять скользнул к хижине, едва освещенной кострами. В голове крутились мысли о женщине, которая исчезла там вместе с его братом. Норманнка. Девушка, которая должна была достаться ему и принести мир, который он отверг.
Седрик и раньше наблюдал за ней, всматривался в лицо, обрамленное длинными, смолисто-черными кудрями, небрежно разметавшимися по плечам. Тогда он решил, что не станет сразу убивать ее. Нет, хоть она и была его заклятым врагом, эта норманнка слишком красивая, чтобы отказать себе в тех радостях, которые могло доставить ему ее тело. Он отомстит за кровь своих людей ее унижением. Ему нужно сражаться. Когда он завладеет Дехубаром и разорвет мирный договор, то норманны войной пойдут на Кимр. Но если он убьет ее, то король Вильгельм с войском окажется тут еще быстрее.
Кто-то шел в тени деревьев справа от него. Седрик обернулся на звук.
– Я понятия не имел, что жена моего брата такая красивая.
Человек
– Она просто норманнская шлюха, и больше ничего.
Седрик улыбнулся.
– Значит, тебя не искушает такая красота, Мэдок?
– Красота искушает любого мужчину, Седрик. Но не каждый поддается искушению, – сдержанно ответил Мэдок. – Почему ты не сказал мне, что Бледдейн был одним из нас?
__ Потому что мне был нужен человек, который помог удостовериться, что ты не предашь меня.
Значит, Бледдейн следил за ним. Рот Мэдока скривился в мрачной усмешке, когда ему открылась еще одна истина.
– Это Бледдейн предал Гарета Дафидду.
– Да, – с похвальбой в голосе ответил Седрик. – Он очень преданный слуга.
– Был, – кратко поправил его Мэдок.
– Эх, – тяжело вздохнул Седрик. – Когда я увидел Гарета живым, то сразу понял, что он так и не добрался до Уинчестера.
– И близко к нему не подошел, – покачав головой, произнес Мэдок.
– Жаль. Я надеялся настроить норманнского короля против брата. Но в итоге это уже не будет иметь значения. – Он окинул жилище Гарета злобным взглядом. – Он женился на нашем враге и делит с ней постель, предавая наш народ. Ему все равно, сколько его соплеменников погибло от рук норманнов. Ему наплевать на нашу страну – так же, как и моему дяде. Я собираюсь очистить Кимр от них обоих, а потом и от норманнов. И начну я с нее.
Мэдок немигающим взглядом уставился на людей внизу. Мерцающий свет костров в долине отражался в его холодных, черных, как мех соболя, глазах, словно пытаясь перекрыть яростное пламя, пожиравшее его изнутри.
– Где принц Дафидд? – спросил он Седрика.
– Недалеко. – Брат Гарета опять принялся наблюдать за праздником.
– Надеюсь, что он нас не обманет. Ему же будет хуже, – Предупредил Мэдок.
– Дафидд так же сильно хочет войны с норманнами, как и я, – заверил его Седрик. – Правители северных земель больше нам не враги. Во всяком случае, до тех пор, пока я не стану королем Кимра. – И он подмигнул ему – так же, как это делал Гарет. – Его армия будет ждать нас недалеко от крепости моего дяди в Лландейло. Его люди придут к нам на помощь, если мы будет нуждаться в них.
– Ты уверен, что армия Дафидда хорошо вооружена? – спросил Мэдок. – У короля Риза под началом пятьсот человек. Помни, мы не можем использовать лучников, иначе люди заподозрят нечестную игру. Ты должен сначала добиться благосклонности народа, чтобы…
– Воины Дафидда – опытные ребята, – проговорил Седрик, поворачиваясь к нему. – Но до войны дело не дойдет. Если то, что ты мне рассказал, правда, то битвы в Лландейло не будет.
– Я говорил правду, – ответил Мэдок. – Ты знаешь о любви дяди к музыке. Гарет разделяет его пристрастие. Если ты и твои люди переоденетесь трубадурами, то встреча с королем с глазу на глаз вам обеспечена.