Little hunter
Шрифт:
Питер приподнимает её за бедра, неотрывно глядя в широко распахнутые, восхищенные глаза, и почти рывком натягивает девушку на свой член, сладко жмурясь под аккомпанемент её смешанного с криком стона.
Эллисон мурлычет что-то, сжимаясь на возбужденной плоти и скользя горячим дыханием по коже, а Питер придерживает её за бедра, помогая двигаться. Эти движения неспешны, плавны, Эллисон задает свой ритм, и волк снова подчиняется, откидываясь на спину, и позволяя охотнице двигаться до тех пор, как с первой вспышкой настоящего удовольствия она не сбивается с ритма, как-то обескураженно всхлипывая, когда Питер
От девушки отчетливо и ярко шибает смущением, но она не протестует, позволяя мужчине ласкать её именно так, как он сам считает нужным.
Стыдливость оттеняет её запах горьковатыми, свежими нотами, сводящими волка с ума, а её удовольствие делает более запретным и оттого ярким, приближающимся все быстрее по мере того, как пальцы проникают в неё уже на фалангу, пока член туго растягивает разгоряченное лоно.
У Эллисон взгляд становится мутным, потерянным перед тем, как она снова знакомо всхлипнет, туго сжимаясь на члене. Питер тянет её к себе, прижимая стонущую девушку к своей груди, крепче сжимает её в объятиях, двигаясь быстро и напористо, чувствуя, как она обхватывает его за шею обеими руками, вжимаясь лицом в изгиб шеи.
Переждать вспышку её удовольствия на этот раз действительно трудно, так сладко, часто и туго девушка сжимается на его члене, зарываясь пальцами в волосы и притираясь всем телом. Волк едва не скулит, опрокидывая Эллисон на спину, приподнимается, выходя из неё и едва не раздирая когтями простынь от накатившего ощущения неправильности происходящего.
Зверь протестует, зверь хочет свое, наплевав на последствия, но Питер слишком хорошо его контролирует.
Эллисон опускает руку к члену, мазнувшему влажной головкой по низу живота, и несколько раз туго проводит сомкнутой ладонью по напряженной плоти, глядя мужчине в глаза. Питер кончает с тихим невнятным рыком, выгнувшись всем телом, подаваясь под прикосновения второй руки, скользнувшей от виска по шее и плечу к спине.
А парой дюжин минут позже, остановив вышедшую из ванны Эллисон, явно намеревающуюся вернуться в постель, забраться к волку под бок и проспать еще часа три, Питер церемонно опускается на одно колено, задавая один единственный вопрос, волнующий - действительно, - его больше всего.
– Ты выйдешь за меня, Эллисон Арджент?
Бриллианты радужно переливаются на платиновом ободке кольца.
***
– Я позвонила папе и сказала, что мы сегодня придем на ужин, - Эллисон все еще посматривает на свою левую руку, рассматривая кольцо, и улыбается тихо хмыкнувшему Питеру, садясь напротив него за стол в зале.
– Что?
– Нет, ничего, - Хейл любуется свой охотницей, аккуратно сгребая её ладони в свои.
– Я просто счастлив, что ты согласилась…
– Что я наконец-то согласилась, - посмеивается Эллисон, наклоняя голову к плечу и рассматривая руки Питера, крепко удерживающие её ладони.
– У нас только одна проблема Питер…
– Благородное семейство?
– легко догадывается альфа, скептично дернув бровью, и чуть перегибается через стол, чтобы заглянуть Эллисон в глаза.
– Разве это проблема? Мы можем съездить к ним, если хочешь. Вообще, милая, я плохо себе представляю,
– Так, будто они все еще живут при Короле-солнце, Питер, - охотница закатывает глаза.
– Заодно спросим у папы, что делать дальше. Тетю Августу удар не разобьет, но она вполне может сделать так, что удар разобьет все остальное семейство…
– Когда ты волнуешься, ты начинаешь тараторить, как Стайлз, - задумчиво хмыкает Питер, рассматривая возмущенно замолчавшую девушку.
– Только у тебя это получается намного приятнее, от трескотни Стилински иногда даже у меня начинает болеть голова… А теперь к делу, Элли. Ты взрослая девушка, глава клана, как бы не считали твои заморские тетушки и, что немаловажно, твой отец не против этого брака. Ничего страшного не произойдет. А если произойдет, то мы с этим справимся. Ты поняла меня?
– Я тебя поняла, - Эллисон с улыбкой откидывается на спинку стула, продолжая удерживаться кончиками пальцев за пальцы Питера.
– Тогда начинай морально готовиться, потому что мои кузины, Айси и Мари, все еще гостят у отца. И, знаешь, я уверена, что он будет в восторге от того, что эти две грымзы переключатся с него на нас с тобой, и… знаешь, я не могу его за это винить.
– Тогда остается лишь принять очередной удар судьбы, - Питер театрально вздыхает.
– Серьезно, милая, не стоит так переживать.
Эллисон несколько мгновений меряет его задумчивым взглядом, а потом кивает, видимо убедившись в полной и привычной уверенности Питера.
– Какое платье мне надеть?
– девушка легко встает из-за стола, танцующе-плавно подходя к Питеру и укладывая ладони на его плечи.
– Синее, - Хейл довольно жмурится.
– О, наш первый ужин?
– охотница игриво гладит волка по шее и негромко ойкает, когда Питер усаживает её к себе на колени, кивнув.
– Да, - Питер зарывается лицом в её волосы, обнимая девушку за талию.
– Ты сказала, что теперь будешь танцевать исключительно со мной.
– Я этого не говорила!
– Эллисон в штуку хлопает по Питера по плечу.
– Я сказала, что мне больше не с кем танцевать, а это не одно и то же!
– Да-да-да, - альфа насмешливо закатывает глаза, коротко поцеловав Эллисон в кончик носа.
– Конечно-конечно, не одно и то же.
***
– Я рад за тебя, - одной короткой фразой, предназначенной дочери, улыбкой и крепким рукопожатием, доставшимся Питеру, Крис ставит точку в назревающей буре весьма противоречивых эмоций, явно охватывающих маячащих за его спиной кузин.
Питер чует их отвращение - настолько яркое и осязаемое, что оно даже начинает отдавать тухлятиной, и оборотню стоит больших сил не скривится.
Крис несколько мгновений смотрит на Питера, вкладывая в свой взгляд обширный спектр эмоций, от предупреждения до легкого сочувствия.
Айседора - темноволосая и темноглазая с острыми, хищными чертами красивого личика рассматривает Питера словно приблудную псину, притащившуюся с помойки - Хейла это немного забавляет, но уж точно не раздражает, в отличие от Эллисон, которая, впрочем, не подает вида. Мари - навряд ли родная её сестра, русоволосая, немного полноватая и голубоглазая, кажется полной противоположностью Айседоре во всем, кроме взгляда, обращенного то на Питера, то на Эллисон.