Лисьими тропами
Шрифт:
Что-то было слишком необычное в нем, это притягивало, волновало, заставляло нервничать одновременно и от страха, и от предвкушения. Что было в нем такого, что отличало от остальных? Да, он хорош собой, но обычно на красавчиков я так откровенно не пялюсь. А тут — взгляд оторвать не могу.
Он тоже смотрел, я его будто бы интересовала. Но, думаю, дело было в том, как я его разглядывала. Хотелось бы мне верить в это чуточку больше, но все же я была почти убеждена, что в его глазах был интерес, а не претензия, мол, «чего уставилась?».
Как бы ни хотелось
— Смотри! — Сжав руку Такеру чуть сильнее, чем нужно было, указала на подпись я. — Это Нацуэ! Нацуэ!
— Хорошо-хорошо, — попытался меня успокоить Такеру. — Вижу, верю.
Я взглянула на парня с такой надеждой, что даже чуть не разревелась от счастья.
— Я ее не придумала, — добавила лишь я. — Она существует. И она пропала.
Такеру снова смотрел на меня словно на умалишенную, но скорей с заботой, как будто я была его родственницей. Что же, приятно, что меня не сдают в психушку.
— Хорошо, — неопределенно согласился он, — но… почему о ней помнишь только ты?
— Не знаю, — нервно вздохнула я, радуясь, что хотя бы одно доказательство о ней нашла. А потом снова поискала взглядом парня в черном. К моему сожалению и удивлению, он уже ушел. Это расстроило. — Что-то случилось. Что-то странное. Такеру…
Хотела рассказать ему о ёкаях, но как только взглянула на него, тут же поняла одно: не надо. Потому что он и так сомневался в моей нормальности, а если я еще и начну ему что-нибудь о ёкаях рассказывать, боюсь, он точно сдаст меня в психушку.
— Что такое? — Все же по какой-то причине Такеру до сих пор не ушел.
Может быть, потому что я вцепилась в него мертвой хваткой? И даже если бы он попытался, уйти у него не получилось бы никоим образом. Возможно.
— Я… благодарна тебе за помощь, — поблагодарила, отвлекая внимание. — Но… раз мы нашли доказательства существования Нацуэ, значит, мы сможем ее найти, так ведь?
Такеру снова мало верил в мои бредни, собирался возразить. Но опять передумал. Вздохнул. Будто так и задумывал изначально.
— Слушай, Риса, ты явно переутомилась и устала, — заметил он. — Давай я провожу тебя в твою комнату, а сам попробую что-нибудь разузнать.
— Правда? — Удивилась я.
Такеру слабо улыбнулся и кивнул.
— Ты права, Нацуэ существует. Но куда она пропала, и как так вышло, что все, кроме тебя, о ней забыли, непонятно, — теперь Такеру говорил более уверенно, внушая уверенность и в меня. Я даже улыбнулась его рассуждениям. Потому что быть местной городской сумасшедшей, которая с воплями носится «где Нацуэ?» быть, конечно, не хотелось. Но Такеру мне поверил, заручиться его поддержкой стоило много. — Я помогу тебе, обещаю. Но для начала тебе стоит отдохнуть.
Мне не хотелось. То есть — было необходимо, это неоспоримо. Но не хотелось. Тем не менее, заверения Такеру меня ободрили, как будто очень большую часть груза я смогла с
Парень на своем горбу, что называется, дотащил меня до кампуса и моей комнаты, а затем уложил на кровать.
— Отдыхай, как следует, и поскорее выздоравливай, — заботливо пожелал Такеру после того, как пообещал принести мне поесть чуть позже. — Я постараюсь все выяснить.
— Спасибо, что поверил мне, — поблагодарила его снова.
Такеру кивнул и ушел, а я тяжело вздохнула. Ничего еще было не решено, вот вообще. Но Такеру был прав в одном: отдохнуть надо было.
Сон был необходим, это понятно, но я боялась засыпать. Поначалу. Позднее, когда бороться стало практически невозможно, я убедила себя в одном: мы нашли доказательство того, что Нацуэ существует. И пусть я понятия не имела, куда она пропала, все же я могла надеяться на лучшее. Это принесло мне облегчение, может быть, обманчивое, но я верила в то, что вскоре всё разрешится хорошо.
Мне было слишком плохо, чтобы я решительно предпринимала какие-нибудь действия. Но теперь, когда Такеру знал о том, что я не просто все выдумала, верил мне и даже помогал, у меня наметился план. Да, не лучший, но в данных условиях — очень даже логичный.
Может быть, я в лесу разбиралась плохо, но ведь с Такеру можно и рискнуть. Особенно, если он готов мне помогать. Можно сходить хотя бы прогуляться по тому месту и что-нибудь найти…
В сон провалилась внезапно. И, наверное, это первый раз в моей жизни, когда во сне я ощущала себя так, будто эта самая настоящая реальность. Только… измененная. Как если бы внезапно мимо пролетел крокодильчик, и я бы этому совершенно не удивилась. Короче, бред умирающего, а не сон. Но в нем для меня не существовало вообще никаких преград и тормозов.
Мне снился тот самый коридор со стендом, только немного неправильно. Как и всегда бывает во сне. Но поскольку я воспринимала этот сон как настоящую реальность, всю неправильность своих желаний я отмела, позволив чувствам овладеть мной. Следовать за ними. Может быть, так я спасалась от дурных мыслей, о которых на время сна сумела отвлечься.
Передо мной стоял он, тот самый парень во всем черном. Такой неподражаемый и привлекательный. В реальности я бы в этом не призналась, но во сне ведь все можно. И я хотела его. Хотела его красивое, идеальное мужское тело, хотела, чтобы он смотрел на меня томным взглядом, хотела его прикосновений, его всего…
Он стоял ровно в том же месте и смотрел на меня. Вокруг толпами ходили люди, но они нас не замечали. Мы были в этой толпе вдвоем. На расстоянии, на недвижении. Но мое тело колотило жаром влечения так сильно, что сил не было терпеть. И, поскольку это все-таки сон, я осмелилась шагнуть ближе.
Он не двигался с места, просто наблюдал за мной, ждал. Чего именно? Я предпочитала думать, что того же, чего ждала я. Приблизилась к нему, словно кошка, мягко, осторожно, задержалась взглядом на пряжке его ремня, скользнула взглядом выше, к его лицу…