Лишённые права

Лев Ольга

Коротко подстриженная девушка лет семнадцати приняла у меня поводья. Пять лет назад она была совсем ребёнком, но и тогда за лошадями ухаживала отменно. Мой каурый Гару тогда несколько часов оборачивался на оставленную позади конюшню и горестно фыркал.

В общем зале горели фонари, их закопчённые стёкла приглушали свет. Единственный посетитель, задумчиво созерцавший пламя очага, даже не обернулся, когда я вошла. Только сонный трактирщик приподнялся над стойкой, подслеповато щурясь.

– Комнату на ночь, - я положила на стойку семь серебряных монет.

– Вверх по лестнице, вторая дверь справа, - зевнул хозяин, протягивая мне ключ.

Я молча

кивнула. Эта же комната досталась мне в прошлый раз. Трактирщик, не дождавшись, пока я уйду, исчез под стойкой. Он никогда не задавал постояльцам вопросов и никому на вопросы не отвечал, и в этом, на мой взгляд, было главное достоинство трактира.

Комната была маленькой, но для трактира удивительно чистой. Солидный засов на не менее солидной двери был ещё одним приятным дополнением. И всё же, не смотря на засов и на охватывавший правое запястье браслет, я заснула только тогда, когда убедилась, что могу в одно движение дотянуться до меча.

Проснулась я от того, что у самой моей двери кто-то споткнулся и с чувством выругался. Утро было совсем ранним, но я прикрикнула на свою совиную сущность и заставила себя подняться.

В общем зале, несмотря на ранний час, народу оказалось не так уж и мало. Отдельных столиков тут не было, и за четырьмя длинными дубовыми столами собралось человек тридцать. Я уверенно прошла к стойке. Сегодня хозяйничала жена трактирщика, и я заказала завтрак. В ожидании его я опустилась на стул у стойки и стала рассматривать посетителей. Зажиточные торговцы, преуспевающие ремесленники, лекари. Двое вестовых герцогского дома в расшитых камзолах. Два молодых франта, желающих казаться богачами. И ещё один посетитель, который заинтересовал меня чуть больше остальных - стройный силуэт в походном плаще. Или юноша, или женщина. Неизвестный обращён спиной ко мне, поэтому лица не разглядеть, и чуть в стороне от всех, насколько позволяет общий стол. Иссиня-чёрные волосы обрезаны чуть выше плеча, а над воротом плаща красуется рукоять катаны. Сигианец. Или сигианка.

На стойку звучно опустилась моя кружка, и я на минуту отвлеклась от созерцания зала. Поэтому грохот пинком открытой двери заставил меня вздрогнуть. В очертившийся потоками солнечного света проём хлынули вооружённые стражи. Этого ещё не хватало. Я сжала рукоять меча, но обнажить его мне не пришлось. Эти стражи пришли не за мной. Сигианка, оказавшаяся всё-таки женщиной, отпущенной пружиной сорвалась с места и молниеносно обнажила клинок. Метнулась было к единственному окну с мелко переплетённой рамой, но бросив туда взгляд, выламывать его не стала. Видимо, по ту сторону её тоже ждали. Отряд из десяти солдат бросился окружать сигианку, сбивая стулья и расталкивая разбегающихся посетителей. Девушка прижалась к стене спиной, с явным намерением сражаться до последнего. Однако противников для неё оказалось многовато. Уже третьим выпадом её ранили в правую руку. Я сама не заметила, как до половины вытянула клинок из ножен. Стоп, Лиа. Ты не в том положении, чтобы кидаться в первую попавшуюся драку со стражей.

Раздался звон и вскрик - это выбили катану из рук сигианки. Прежде чем её схватили и прижали к стене, она успела вскинуть к виску два пальца. Девушка не могла знать, что я из братства, ведь там мы с ней не встречались. Это была последняя надежда, когда надежды нет.

Я не давала клятвы, но после Архареса не могла не ответить. Не раздумывая, метнулась к ближайшему стражу, не успевшему даже понять, откуда прилетела атака. Двух других ранила раньше, чем они разобрались, в чём дело. Отряд отвлёкся на меня, и сигианка

смогла оттолкнуть двоих, прижимавших её к стене. Мне пришлось отступить на шаг, когда сразу пятеро, мешая друг другу, попытались дотянуться до меня клинками. Кто-то из оставшихся за их спинами протрубил в сигнальный рог. Десять тысяч морских демонов, этого надо было убить первым! Дверь распахнулась, на улице послышались топот и крики. И неизвестно, сколько их там. Что ж, Лиа, ввязалась - бейся до конца.

Щелчок пальцами, и волной разошедшийся огненный круг заставил противников отпрянуть. Подоспевшая подмога растерянно застыла у входа.

– Если спалите мой трактир, достану из-под земли!
– послышался гневный вопль выбежавшего откуда-то хозяина.

– Господа, мэтр Даро прав, - обратилась я к стражникам, - ни к чему уничтожать это славное заведение. Верните моей подруге клинок и покиньте зал, дабы мне не пришлось пускать его гостеприимные стены на дрова.

Рослый страж с нашивками десятника оказался сообразительнее остальных. Он отобрал у конвойного катану, отдал её сигианке и жестом скомандовал к отступлению.

– Лиа Тереа, я полагаю, - обратился он ко мне, пока его бойцы покидали трактир.
– Я удивлён, что вы не покинули страну. Впрочем, недолго вам своевольничать. Вас ищут и скоро найдут.

– Это ещё вопрос - кто кого найдёт, десятник, - холодно заметила я и указала ему на дверь.

Миг спустя зал полностью очистился от стражи. Я подала сигианке руку, помогая ей подняться. Её, похоже, изрядно помяли. Из-под лестницы и из-за стойки за нами наблюдали десятки испуганных глаз.

– Если можешь идти, то лучше побыстрее отсюда исчезнуть, - я оглядела девушку. Чуть старше меня, чуть тоньше. Гибкая, словно стальная струна. Раскосые глаза жгуче-чёрного цвета.

– Мой конь к этому времени уже должен быть осёдлан, - с жёсткой улыбкой отозвалась она, вбросив катану в ножны. Голос её был похож на голос её клинка.

Я с тоской оглянулась на кружку с горячим ещё чаем и направилась к выходу, остановившись у самой двери. Ждут нас лучники, или нет? Десятник ушёл слишком легко. Или очень умён, или держит что-то про запас. Я осторожно приоткрыла узкую щель. Своего двора у “Оленьего рога” не было, только широкий утоптанный подъезд. В пределах видимости ни одного стража.

– Постарайся не высовываться из-за моей спины, - я заставила себя собраться, зажгла в обеих ладонях по огненному шару и ногой толкнула дверь. И порадовалась тому, что воспринимаю мир в первую очередь на слух.

Шар из правой руки улетел на звук спущенной тетивы, спалив стрелу в воздухе. Кремниевый наконечник бессильно шлёпнулся в траву. Второй шар последовал за первым. Стрелок, выглядывавший из-за угла конюшни, увернуться не успел и вынужден был бросить лук, чтобы потушить одежду. Он исчез за конюшней и, судя по звуку, опрокинул на себя бочку с водой. Из ворот строения осторожно выглянула девушка-конюх. Убедившись, что всё утихло, она вывела поджарую белую кобылу и Советника, к моему удивлению, тоже осёдланного.

– Я подумала, что вы захотите уехать пораньше, - ответила она на мой взгляд.

Я невольно улыбнулась и протянула ей золотой, мысленно обругав себя за расточительность.

Миг спустя мы уже летели галопом в сторону Дугалиса. Однако, не проехав и мили, моя спутница свернула на какую-то малоприметную тропу, заставив меня последовать за ней. Лес в этом месте опять подступил к дороге с обеих сторон и казался довольно густым. Отъехав шагов на четыреста вглубь дубравы, мы остановились на симпатичной поляне.