Лис и империя
Шрифт:
Пленный в свою очередь был доволен, что его поправили с помощью слов, а не пары затрещин.
— Возьмешь его с собой, Маева, — велел Джерин, ткнув пальцем через плечо. — Приглядывай за ним, но не трогай, если он будет вести себя хорошо. А начнет ерепениться… что ж, ночные призраки не откажутся от угощения. — Он продолжил, обращаясь уже к пленному: — Я еще точно не знаю, что с тобой станется в конечном итоге. Возможно, тебе позволят обрабатывать землю в какой-нибудь крестьянской деревне, но, не буду лгать, есть вероятность, что тебе уготованы рудники.
— Лорд король, если речь идет о пользе, я могу быть кузнецом, — сказал пленник.
— Если это подтвердится, ты не отправишься на рудники, — пообещал Джерин. — А если нет, отправишься наверняка — за то, что солгал. — Южанин не дрогнул, из чего Джерин заключил, что тот либо говорит правду, либо умеет врать, как никто. — Уведи его, Маева.
— Спасибо, что ты нашел повод хотя бы временно освободить ее от участия в конных рейдах, — сказал Вэн, когда дочь отъехала.
— Пустое, — мягко ответил Джерин, понимая, что сейчас творится у приятеля на душе.
Дагреф же, напротив, ни с того ни с сего счел возможным заговорить с Вэном так же высокомерно и строго, как с пленным, которого захватила Маева.
— Это ведь очевидно, — заявил он, — что воин не должен участвовать в очередной вылазке, раз он участвовал в предыдущей.
— О да, это очевидно, парень, — ответил Вэн, судя по всему, мужественно борясь с искушением перекинуть юнца через колено и открутить ему что-нибудь жизненно важное. — Но если ты меня спросишь, нравится ли мне, когда вся эта хрень касается моей дочери, у меня может быть и другой ответ. Да, другой.
Видимо, металлические нотки в его голосе достигли сознания Дагрефа, ибо он вдруг отвернулся и полностью сосредоточился на управлении колесницей. Джерин поймал взгляд Вэна и поднял одну бровь. Вэн кашлянул пару раз. Оба заулыбались.
— Перестаньте на меня пялиться, — сказал Дагреф, не оглядываясь, отчего их улыбки сделались еще шире.
Все больше пленных доставляли к основным силам Лиса по мере того, как его авангард натыкался на патрули южан, ведущие за ним слежку. Исходя из чего он с прискорбием вынужден был осознать, что его всадники и экипажи высланных вперед колесниц вылавливают далеко не всех лазутчиков. Он ускорил свое наступление на юго-запад, чтобы ударить по неприятелю, прежде чем тот к этому будет готов.
И обнаружил, что имперские силы, вместо того, чтобы собраться и встретить его, наоборот, словно бы рассыпаются на мелкие группы. Он нападал на них и громил, раз за разом радуясь своей удаче. Южане вступали с ним в бой и отступали, каждый раз отклоняясь на запад. А крестьяне восточной части королевства Араджиса вовсе не радовались тому, что на смену солдатам Элабонской империи приходят воины-освободители.
Похоже, некоторые из них даже предпочли бы засилье захватчиков, поскольку южане, как чужаки, не привычные к хитростям крестьян северных территорий, в большинстве случаев не могли обнаружить те тайные склады провизии, которые Джерин и его
Лепешки из муки грубого помола, запеченные в горячих углях бивачного костра, — еда не самая аппетитная, но все же они заглушали голод. Вэн сказал:
— Мы можем теснить этих паразитов и дальше. Если они уступают нам землю, мы возьмем ее.
— Возьмем, — подтвердил Джерин, впиваясь зубами в лепешку.
Он все смотрел и смотрел на запад. Выражение его лица было мрачным.
Вэн это заметил.
— Ты должен бы радоваться, что мы сумели покинуть тот крошечный пятачок, на который они нас загнали, но ты забыл сообщить об этом своему лицу.
— Я рад. Нам там пришлось бы несладко. Но я все же и не в восторге. Ты разве не видишь, что они делают?
— Бегут, — фыркнул Вэн.
— Йо, бегут, — сказал Лис. — Но с определенной целью.
Вэн вопросительно хрюкнул. Джерин пояснил:
— Они отгораживают нас от Араджиса, не желая, чтобы мы с ним соединились, пока их главные силы не разобьют его, насколько я понимаю.
— А-а.
Вэн тоже откусил от лепешки, пережевывая одновременно и хлеб, и услышанное. Судя по выражению его лица, ни то ни другое не пришлось ему по вкусу. Он все же попытался отыскать в сказанном что-то хорошее.
— Что ж, зато у них там подведет животы.
Но Лис покачал головой:
— Сомневаюсь. Если они сумели переправить две армии через Хай Керс, то где-то должен быть и обоз с провиантом.
Он прислушался к собственным словам. По лицу его стала медленно расползаться улыбка.
— А они отходят, развязывая нам руки.
Вэн тоже заулыбался, пока его вид, так же как и вид Лиса, не выразил крайнюю степень довольства.
— Целая вереница повозок с вкусной едой, ты это хочешь сказать, Лис?
— С вкусной едой, — согласился Джерин. — Может, даже еще и с вином, чтобы Райвин мог утолить свою жажду. Вероятно, там есть и стрелы, и все такое. Прорва полезных вещей, какими для нашего блага им лучше бы не владеть. А они отходят на запад, чтобы отрезать нас от Араджиса Лучника.
— Разве они не понимают, что ты догадаешься об обозе?
— Знаешь, не думаю, что такое могло взбрести им на ум, — сказал Джерин. — В конце концов, я для них всего лишь неотесанный полудикарь. — Он подмигнул. — Но вот что я тебе скажу: я докажу им, что они ошибаются.
— Это будет ужасно весело — пробасил Вэн, когда колесница затряслась по Элабонскому тракту, то есть по той его части, которая была отвоевана в ходе контрнаступления Лиса. — Ужасно весело… для нас, должен признать, а имперским совсем не понравится, когда им саданут под микитки.
— Мне бы тоже это не понравилось. — Джерин едва не испустил стон, представив, что он пропустил подобный удар. — Но если все пройдет, как мы надеемся, это сильно осложнит жизнь нашим приятелям с южной стороны гор.