Слава небу! был кризис,Опасность прошла.С болезнью, что грызла,Что медленно жгла,Та, что названа "Жизнью",Лихорадка прошла.Грустно я знаю,Что нет больше сил;Мне и членом не двинуть,Я лежу, я застыл;Ну, так что же! Мне лучше,Когда я застыл.Я покоюсь так мирно,В постели простерт,Что тот, кто посмотрит,Подумает:
мертв,Задрожит, меня видя,Подумав: он – мертв.Стенанья, страданья,Вздохи, рыданьяУтихли вдруг,И сердца жестокий,Ужасный, глубокий,Сердца стук.Болезнь, и тошноты,И муки – прошли,Лихорадки исчезли,Что череп мой жгли;Те, что названы "Жизнью",Лихорадки прошли.И о! из всех пыток,Что была всех сильней,Успокоилась жаждаВ груди моей,Та жгучая жаждаПроклятых страстей:Я глотнул; и погас он,Нефтяной ручей!Я глотнул чистой влаги,Что катилась, журча,Струилась так близкоПод ногой, из ключа,Из земли, в неглубокойПещере ключа.И о! никогда пустьНе подскажет вам хмель,Что темно в моей келье,Что узка в ней постель.Разве люди в инуюЛожатся постель?Чтобы спать, лишь в такуюДолжно лечь постель.Рассудок мой – ТанталВ ней исполнен грез,Забыл, не жалеетО прелести роз,О волненьях при видеМирт и роз.Теперь, когда спит он,И покой так глубок,Святей ему дышитАнютин глазок;Аромат здесь он слышитТвой, Анютин глазок!Розмарин здесь, и рута,И Анютин глазок.Так, я счастлив в постелиДыханием грезИ прелестью Энни,Омытый в купелиАроматных волосПрекрасной Энни.Поцелуем согретый,Лаской нежим, – на грудьПреклонился я к Энни,Чтоб тихо уснуть,Ей на грудь, словно в небо,Чтоб глубоко уснуть.Свет погашен; покрыт я,Постель тепла.Энни ангелов молит,Да хранят ото зла,Да хранит их царицаМеня ото зла.И лежу я спокойно,В постели простерт,Любовь ее зная,А вы скажете: мертв!Я покоюсь так мирно,В постели простерт,Любовью согретый,А вам кажется: мертв!Вы, увидя, дрожите,Подумав: мертв!И ярче сердце,Чем на небе звездыНочью весеннейВ нем светит Энни!Горит разогрето,Любовию Энни,И мыслью и светомГлаз моей Энни!
Перевод В. Брюсова (1924)
ЭЛЬ-ДОРАДО
Он
на коне,В стальной броне;В лучах и тенях Ада,Песнь на устах,В днях и годахИскал он Эль-Дорадо.И стал он седОт долгих лет,На сердце – тени Ада.Искал года,Но нет следаСтраны той – Эль-Дорадо.И он устал,В степи упал…Предстала Тень из Ада,И он, без сил,Ее спросил:"О Тень, где Эль-Дорадо?""На склоны черных Лунных горПройди, – где тени Ада!В ответ Она.Во мгле без днаДля смелых – Эль-Дорадо!"
Перевод В. Брюсова (1924)
МОЕЙ МАТЕРИ
И ангелы, спеша в просторах раяСлова любви друг другу прошептать,Признаньями огнистыми сжигая,Названья не найдут нежней, чем "мать".Вот почему и вас так звал всегда я:Вы были больше для меня, чем мать,Вы в душу душ вошли, – с тех пор, как, тая,Виргиния взнеслась, чтоб отдыхать!Моя родная мать скончалась рано,Она – мне жизнь дала, вы дали – той,Кого любил я нежно и безгранно.Вы более мне стали дорогойТак бесконечно, как в священной дрожи,Душе – она, чем жизнь своя дороже.
Перевод В. Брюсова (1924)
АННАБЕЛЬ ЛИ
Много лет, много лет прошлоУ моря, на крае земли.Я девушку знал, я ее назовуИменем Аннабель Ли,И жила она только одной мечтойО моей и своей любви.Я ребенок был, и ребенок она,У моря на крае земли,Но любили любовью, что больше любви,Мы, или Аннабель Ли!Серафимы крылатые с выси небес,Не завидовать нам не могли!Потому-то (давно, много лет назад,У моря на крае земли)Холоден, жгуч, ветер из тучВдруг дохнул на Аннабель Ли,И родня ее, знатная, к нам снизошла,И куда-то ее унесли,От меня унесли, положили во склеп,У моря, на крае земли.Вполовину, как мы, серафимы небесБлаженными быть не могли!О, да! потому-то (что ведали всеУ моря на крае земли)Полночью злой вихрь ледянойОхватил и убил мою Аннабель Ли!Но больше была та любовь, чем у тех,Кто пережить нас могли,Кто мудростью нас превзошли,И ни ангелы неба, – никогда, никогда!Ни демоны с края землиРазлучить не могли мою душу с душойПрекрасной Аннабель Ли!И с лучами луны нисходят сныО прекрасной Аннабель Ли,И в звездах небеса горят, как глазаПрекрасной Аннабель Ли,И всю ночь, и всю ночь, не уйду я прочь,Я все с милой, я с ней, я с женой моей,Я – в могиле, у края земли,Во склепе приморской земли.