Лирика

По Эдгар Аллан

And ah! let it never

Be foolishly said

That my room it is gloomy

And narrow my bed;

For man never slept

In a different bed

And, to _sleep_, you must slumber

In just such a bed.

My tantalized spirit

Here blandly reposes,

Forgetting, or never

Regretting its roses

Its old agitations

Of myrtles and roses:

For now, while so quietly

Lying, it fancies

A holier odor

About it, of pansies

A rosemary odor,

Commingled with pansies

With rue and the beautiful

Puritan pansies.

And so it lies happily,

Bathing in many

A dream of the truth

And the beauty of Annie

Drowned in a bath

Of the tresses of Annie.

She tenderly kissed me,

She fondly caressed,

And then I fell gently

To sleep on her breast

Deeply to sleep

From the heaven of her breast.

When the light was extinguished,

She covered me warm,

And she prayed to the angels

To keep me from harm

To the queen of the angels

To shield me from harm.

And I lie so composedly,

Now, in my bed,

(Knowing her love)

That you fancy me dead

And I rest so contentedly,

Now in my bed,

(With her love at my breast)

That you fancy me dead

That you shudder to look at me,

Thinking me dead:

But my heart it is brighter

Than all of the many

Stars in the sky,

For it sparkles with Annie

It glows with the light

Of the love of my Annie

With the thought of the light

Of the eyes of my Annie.

(1849)

40.

К АННИ

Хваление небу!

Опасность прошла,

Томленье исчезло,

И мгла лишь была,

Горячка, что "Жизнью"

Зовется - прошла.

Прискорбно, я знаю,

Лишился я сил,

Не сдвинусь, не стронусь,

Лежу, все забыл

Но что в том!
– теперь я

Довольней, чем был.

В постели, спокойный

Лежу наконец,

Кто глянет, тот дрогнет,

Помыслит - мертвец,

Узрев меня, вздрогнет,

Подумав - мертвец.

Рыданья, стенанья,

И вздохи, и пени,

Спокойны теперь,

И это терзанье,

Там в сердце: - терзанье,

С биением в дверь.

Дурнотные пытки

Безжалостных чар

Исчезли с горячкой,

Развеян угар,

С горячкою "Жизнью",

Что жжет, как пожар.

Из пыток, чье жало

Острей, чем змеи,

Всех

пыток страшнее,

Что есть в бытии,

О, жажда, о, жажда

Проклятых страстей,

То горные смолы,

Кипучий ручей.

Но _это_ утихло,

Испил я от вод,

Что гасят всю жажду:

Та влага поет,

Течет колыбелью

Она под землей,

Из темной пещеры,

Струей ключевой,

Не очень далеко,

Вот тут под землей.

И о! да не скажут,

В ошибке слепой

Я в узкой постели,

В темнице глухой:

Человек и не спал ведь

В постели другой

И коль _спать_, так уж нужно

Быть в постели такой.

Измученный дух мой

Здесь в тихости грез,

Забыл, или больше

Не жалеет он роз,

Этих старых волнений

Мирт и пахнущих роз:

Потому что, спокойный

Лелея привет,

Запах лучший вдыхает он

Троицын цвет,

Розмарин с ним сливает

Аромат свой и свет

И рута - и красивый он,

Троицын цвет.

И лежит он счастливый,

Видя светлые сны,

О правдивости Анни,

О красивой те сны,

Нежно, локоны Анни

В эти сны вплетены.

Сладко так целовала

"Задремли - не гляди"

И уснул я тихонько

У нее на груди,

Зачарованный лаской

На небесной груди.

С угасанием света

Так укрыла тепло,

И молила небесных,

Да развеют все зло,

Да царица небесных

Прочь отвеет все зло.

И лежу я в постели,

И утих наконец

(Ибо знаю, что любит),

В ваших мыслях - мертвец.

А лежу я довольный,

Тишина - мой венец,

(На груди моей - ласка),

Вы же мните - мертвец,

Вы глядите, дрожите,

Мысля - вот, он мертвец.

Но ярчей мое сердце

Всех небесных лучей,

В сердце искрится Анни,

Звезды нежных очей,

Сердце рдеет от света

Нежной Анни моей,

Все любовью одето

Светлой Анни моей!

(1911)

Перевод К. Бальмонта

41. ELDORADO

Gaily bedight,

A gallant knight,

In sunshine and in shadow,

Had journeyed long,

Singing a song,

In search of Eldorado.

But he grew old

This knight so bold

And o'er his heart a shadow

Fell, as he found

No spot of ground

That looked like Eldorado.

And, as his strength