Лирика
Шрифт:
Я пуст, я одинок. Так что же происходит?
Ни прежде, ни потом, что было - все прошло.
Мгновения, ступая тяжело,
Не глядя на меня, мимо меня проходят.
Раздумывать? Не верю я мыслишкам.
Сон в тягость мне. Я долго не засну.
Отброшу книгу, чуть в нее взгляну.
А чувственность известна слишком, слишком.
Быть ирреальной тенью на стене,
Такой же ирреальной,
Персонажем
Нелепого романа и миражем,
Быть
УЖЕ УСТАРЕВШИЙ СОНЕТ
О Дейзи, как только умру, должна ты
Сказать моим друзьям, что ты скорбишь,
А если ты душою покривишь,
Раскаиваться, право же, не надо.
Потом из Лондона отправься в Йорк скорей
(Ты родилась - я часто слышал - в Йорке,
Но это все обман и отговорки)
И расскажи о гибели моей
Мальчишке бедному. Лишь с ним был счастлив я,
О чем ты не имела представленья.
Он вести тоже не предаст значенья.
И Сесили пусть знает про меня,
Что верила спроста в мое величье...
Пусть гром разит всех в мире без различья!
Если ты хочешь кончить с собой, почему
ты не хочешь кончить с собой?
Ну что же ты! Я так люблю и смерть и жизнь,
Но, решись я кончить с собой, я бы кончил с собой...
Ну, решайся, если можешь решиться!
Что тебе чередование фантомов,
Называемое нами миром?
Кинолента дней, представленная
Актерами ложноклассической школы?
Бесконечно кружащийся калейдоскоп?
Что тебе твой внутренний мир, который
так и остался для тебя неизвестным?
Может быть, убив себя, ты его наконец познаешь...
Может быть, кончив, ты начнешь...
Так или иначе, если ты утомлен бытием,
Утомление должно быть благородным,
И не следует, подобно мне, воспевать жизнь во хмелю
И приветствовать смерть в литературе!
Ты необходим? О ничтожная тень, именуемая родом
людским!
Необходимых нет, и ты не необходим никому...
Без тебя все пойдет без тебя.
Может быть, для других будет хуже, если ты
будешь жить,
Чем если ты убьешь себя...
Может быть, живя, ты докучаешь больше, чем ежели
убьешь себя...
Страдания других! Ты заранее терзаешься тем,
Что заставишь рыдать о себе?
Успокойся, рыдать будут недолго...
Сила жизни мало-помалу утирает слезу,
Когда мы плачем не о самих себе,
Когда беда постигла других. Особенно смерть,
Потому что после смерти с другими не случится
уже ничего...
Первым делом тоска, удивление оттого,
Что тайна пришла и твоя драгоценная
Потом ужас перед гробом, видимым и осязаемым,
И люди в трауре, исполняющие служебные
обязанности.
Потом безутешная семья коротает за анекдотами
ночь,
Сокрушаясь о том, что ты мертв,
А ты, случайная причина этой печали,
Действительно мертв, куда мертвее, чем думаешь...
Да, сейчас ты куда мертвее, чем полагаешь,
Даже если там, в мире ином, ты куда живее.
Затем трагическое переселение в склеп или в могилу.
Затем память о тебе начинает умирать.
Первым делом всем легче
Оттого, что кончилась слегка затянувшаяся
трагедия твоей смерти.
Затем возобновляются будничные разговоры
И злоба дня берет свое...
Постепенно о тебе забывают.
О тебе вспоминают только дважды в году:
В годовщину рождения и в годовщину смерти.
И все, и все, и больше ничего, абсолютно ничего.
Дважды в году думают о тебе.
Дважды в году любящие тебя вздыхают о тебе
И, когда о тебе зайдет речь, вздыхают разок-другой.
Взгляни же на себя трезво, подумай трезво о том,
кто же мы, в сущности...
Если хочешь кончить с собой, кончай...
Отбрось угрызения совести, доводы разума!..
Разве у жизненной механики есть угрызения
или доводы?
Какие химические угрызения повелевают силой,
Порождающей жизненный трепет, и циркуляцию
крови, и любовь?
Разве в веселом ритме жизни есть память о других?
О нищее тщеславие плоти, именуемое человеком,
Неужели тебе не ясно, что ты лишено всякого
значения?
Ты важен для себя, потому что именно себя
ты ощущаешь.
Все для тебя, потому что вся вселенная
И эта вселенная, и все остальные,
Сателлиты твоей объективной субъективности.
Ты важен сам для себя, потому что только для себя
ты важен.
А если это так, о миф, не так ли обстоит дело
со всеми другими людьми?
Тобой, как Гамлетом, владеет ужас перед неведомым?
Да что тебе вообще ведомо? Что ты знаешь,
Чтобы хоть что-нибудь называть неведомым?
У тебя, как у Фальстафа, плотская любовь к жизни?
Если ты в силах любить ее материально, полюби ее
еще материальнее,
Превратись в частицу земли и материи!
Рассейся, ах ты, физико-химическая система
Клеток, пребывающих в сумеречном сознании,
В сумеречном сознании бессознательных тел,