Линия Огня

Злолотце Алсана

– Посчастливилось, - решительно заявил наиболее крупный в данном вопросе специалист.

– Ну?!
– Велен всем своим видом показывал, что он сейчас исправит сей несомненно прискорбный факт, если хранимая ему всего не расскажет. Таисс вздохнула.

– Когда маму убили, я убежала в лес. Не помню, сколько дней там бродила, но не меньше трех, я думаю. Хотелось есть, но я очень боялась людей. Знаешь, когда маму сжигает толпа каких-то грязных селян, которые еще несколько дней назад молили о помощи… И ведь она им помогала!
– девушка глубоко вздохнула, не давая накатившим слезам прорваться на свободу. Ведьмак хотел было ее обнять, но она его остановила.
– Не надо. А то я точно разревусь. Я должна

рассказать, действительно должна.

Знаешь, мне было так спокойно тогда. Пустота и уверенность, какая только у обреченных на смерть детей и бывает. Я пряталась от людей. Боялась. Я потом долго еще их боялась, скрывала это за ненавистью, не признавалась сама себе, но боялась. Очень. А то существо… Оно не было человеком. Не захлебывалось слюнявым "уси-пуси", не орало: " Сдохни, нелюдь!" Оно вообще ничего не говорило. Просто думало в моей голове чужим голосом. Предложило пойти с ним, пообещало накормить и сказало, что я "очень сильная девочка, но мне еще многому нужно поучиться". Это был шиифф.

Сейчас особо дотошным исследователям известно, что в Авал то Роне сохранилась небольшая группа этих существ, которые появились в Ардаре извне, как вампиры. Вероятно, за пределы стен их не выпускал радиус действия энерго-шаров. А все, что было тогда известно мне - это то, что у них по четыре пальца на руках и ногах, а кожа сморщенная, как у летучих мышей. Они вообще были похожи на летучих мышей. Глаза раскосые и без белков, сплошной черный зрачок. Разговаривали они только телепатически. И от них тошнотворно пахло опасностью.

Шиифф использовал телепорт, потому что мы сразу же оказались у стен Авал то Рона. Знаешь, вокруг скала, внизу раскинулось голое плато, а из растительности - сухие пахучие травы да перекати-поле. И голова кружится от высоты цитадели. У них на воротах были начертаны руны Истинного. "Ворота у Дара" или что-то вроде того… А внутри лестницы, лестницы и косые стены. Ни одной ровной поверхности. Наверное, чтобы послушники не могли нарисовать где-нибудь более-менее рабочий контур. А одна лестница и вовсе обрывалась где-то очень высоко. А вообще - обычный монастырь, только вместо храма в центре внутреннего двора огромный алтарь из какого-то вонючего камня. Этот запах потом долго снился мне по ночам в кошмарах.

За три года я научилась высыпаться за три часа в сутки, есть один раз в день и ненавидеть. Во мне просто культивировали ненависть к человеческой расе, бабушке потом долго пришлось последствия расхлебывать. А еще меня обучили колдовству, но только тем заклинаниям, которые плетутся на контурах. К своему шестому дню рождения я навострилась работать с ними настолько, что подчинила себе пентакль.

– А когда у тебя день рождения?
– уточнил маг.

– Тринадцатого страдня. И тогда тоже было тринадцатое страдня. Меня с самого утра не отпускал запах опасности, почти такой же сильный, как в тот день, когда убили маму. Около полудня ко мне зашел один из старших шииффов - у них кончики ушей синие, а у всех остальных белые. Он сказал, что настало мое время. На площади собрались все: старшие стояли рядом с алтарем, остальные - где придется, но все норовили протиснуться поближе. От их мыслей воздух был густым, как кисель, я не могла прочитать ни одной - столько их было - но общий характер вырисовывался четко. Шииффы были голодны. А я была их долгожданной едой. Ребенок, способный замкнуть на себе девять углов, чтобы выпустить на волю необходимую этим тварям энергию. Меня поставили на алтарь рядом с контуром, образованным прожженными в камне линиями и шарообразными выемками на месте отсутствующих пока компонентов. А потом выдали энерго-шары, черные, страшные, смотришь в них - и тебя словно засасывает. Последний шар был пустым, я должна была заполнить его собой… Хаос! Не знаю, как лучше объяснить…

Я откуда-то

знала, что должна была сделать. В густой от мыслей тишине я выкладывала шары в лунки один за другим, и какие-то невидимые плети сковывали меня, не давали убежать или даже пошевелиться. И я разозлилась. Вся ненависть, которую они так лелеяли во мне, обратилась против учителей. Я говорила, что у меня в кармане валялись рубины? Не говорила? Я до этого несколько дней практиковалась в работе с Пламенем, пусть это были только наметки, да и Истинная Стихия не жаждала отзываться, но ведь в сложных заклинаниях может хватить мелочи, чтобы все пошло по-другому. И я вместе шаром высыпала в последнюю выемку камни. И… Знаешь, каково это, когда у тебя в теле дюжины рыболовных крючков и все они одновременно начали тянуть в разные стороны? И кровь в венах закипает. Но в то же время чувствуешь, как Сила заполняет тебя, гремит вокруг потрясающей музыкой, такой грустной, но в то же время полной какой-то смутной мощи и мудрости. Музыка зовет тебя дальше, выше… Это похоже на полет дракона, наверное. А потом отозвалось Истинное Пламя, откликнулось, даруя силу Творить, создавать другие миры, зажигать новые звезды… Только это было очень больно, так, что криком я сорвала горло. А еще я видела, как из глаз шиииффов потекли кровавые слезы. Только не красные, а желтые, как гной. И они начали падать один за другим, все быстрее и быстрее, а вместе с ними падали и стены, рассыпались в пыль лестницы, колонны… Это… Это было страшно, так страшно…

Велен обнял Таисс за плечи, прижал к себе, чувствуя, как ее бьет крупная дрожь.

– Тиш-ш, Таи…

– Они все были мертвы, понимаешь?! Сотни, тысячи дюжин лет назад они умерли, не рождаясь! Сотни, тысячи дюжин лет кровь гнила в их жилах! Даже не зомби, а просто очень мертвые твари! А я убивала их еще раз! Совсем! Окончательно! Убивала смерть! А теперь она пришла снова!
– дриада захлебнулась криком, хорошо, что комната была заранее изолирована. Маг прижал ее голову к своей груди и на всякий случай окружил гасящим магию щитом. Мало ли что…

– Тише… - он начал баюкать дриаду, и она постепенно затихла, расслабилась.

– Не рассказывай никому об этом, ладно? Об этом нельзя рассказывать, - прошептала Таисс через несколько минут.
– И сними гасилку! Я себя вполне контролирую!

– Хорошо, - Велен послушался.
– А что было потом?

– Я не помню. Так же, как не помню моментов, когда у меня случались неконтролируемые вспышки Силы, одна из которых и уничтожила ту тюрьму. Бабушка говорит, что такое иногда случается, только маги, чья Сила изначально очень велика и слишком ярко выражена, редко выживают и еще реже остаются вменяемыми. Я помню только, как на орков наткнулась…

– А дракон?

– Дракон был месяца через два. Где-то тут, кажется, стояли яблоки… О! Отличненько! Истерика - лучший способ нагулять аппетит, скажу я тебе.

– Сказал бы я тебе, какой способ лучший… Так ты не расскажешь про дракона?

– Не расскажу.

– Вредина!

– Знаю!

– А я… А я не буду с тобой разговаривать!
– маг демонстративно отвернулся, не выпуская, однако, хранимую из рук.

Таисс улыбнулась и сунула руку в карман штанов.

– Велен, раз уж ты не собираешься забирать у меня свою цепочку… Дай руку.

Девушка опустила в подставленную ладонь сверкнувшую в лунном свете вещицу, купленную на ярмарке. Велен зажал концы цепочки в пальцах, поднял так, чтобы она распрямилась во всю длину, и ловко застегнул подарок на шее. В который уже раз дриада залюбовалась своим Хранителем.

Между желанием стать ветром и заставить тебя разучиться дышать…

Между желанием жить вечно и стать песком, забившимся в механизм времени…

Между желанием наколдовать для тебя несколько сновидений и научить тебя не спать по ночам…