Лингус
Шрифт:
Тристан смеялся еще минуту, и только потом сумел взять себя в руки.
— Ты действительно думаешь, что я самый горячий парень из всех, кого ты видела? — имел он наглость спросить.
Я застонала и хлопнула себя по лбу.
— Заткнись.
— Золотце, — произнес он своим бархатным тоном, который мог соблазнить любую женщину на планете. — Просто скажи это.
— Возможно, — пробормотала я, прежде чем придумала ответ получше, чтобы он заткнулся. — На одном уровне с Эндрю Вудом. Ты выигрываешь, потому что у тебя пресс получше.
Тристан
На этот раз застонал Тристан.
— Думаю, ты несешь полную чушь.
Я не могла не рассмеяться над тем, как он разочарован.
— И в этом вся разница между нами. Я знаю, что ты несешь чушь, а ты лишь думаешь, что я делаю то же самое.
— Угу, — пробормотал он, но я могла слышать веселье в его голосе. — Сегодня вечером я возвращаюсь домой. Хочешь, я заеду за тобой, когда заберу Йоду?
— Конечно. Думаю, мне было бы приятно тебя увидеть, — поддразнила я его.
После того, как он еще дважды попросил меня подтвердить, что я считаю его самым привлекательным, мы решили, что он заедет за мной. Засранец. Я приняла душ и провела остаток дня на диване с Мэтлоком, потом отправилась за продуктами. В начале восьмого я услышала, как повернулся замок в моей двери, и замерла. С бешено колотящимся сердцем я схватила грязный нож для стейка, который остался на тарелке после обеда, и встала, крепко сжимая рукоятку, готовясь дать отпор незваному гостю. Я перепрыгнула через подлокотник дивана, и крепче сжала нож в руке.
— Кэт? — услышала я из дверного проема знакомый голос.
— Черт возьми, Тристан! — в отчаянии закричала я, схватившись за грудь, как будто это могло успокоить грохотание моего сердца.
Из-за угла прихожей показались прекрасные каштановые волосы моего раздражающе идеального друга. Я еще ни разу не видела, чтобы он так широко улыбался, а потом он нахмурился, переводя взгляд с моего лица на тело, пока его глаза не замерли на руке, в которой я держала нож.
— Боже! Ты собиралась меня зарезать? — спросил он, вскинув руки, словно сдавался.
Я посмотрела на него, и отбросила свое оружие на столик у стены.
— Я думала, ты — взломщик! Ты чуть не довел меня до сердечного приступа, придурок.
— Ты собиралась зарезать меня, Золотце? — В его добрых зеленых глазах сверкнули искорки веселья.
— А ты что подумал? Что я зацелую до смерти потенциального грабителя? — Я хихикнула, пытаясь успокоиться, чтобы сердце перестало бешено биться.
Тристан одарил меня кривоватой улыбкой, от которой мои внутренности так сильно опалило жаром, что я забеспокоилась, как бы они не растаяли.
— Я был бы не против, если бы ты зацеловала меня до смерти.
Мой желудок ухнул вниз.
Я открыла рот, так и не закрыв его.
Он…
Он только что сказал…?
Казалось, что сломалось гравитационное поле, и мое тело сейчас парило в воздухе.
Его нос и
— Кэт. — Он сделал шаг вперед, пока не оказался так близко, что я могла в полной мере оценить, насколько он превосходил меня в размерах — на целую голову выше, а плечи и грудь значительно шире моей, не столь уж и стройной, фигуры.
Я чувствовала, как настроение в комнате быстро меняется с легкого подшучивания на более напряженное. Я задрожала, когда его руки коснулись моего лица. Он обхватил ладонями мои щеки, а длинные пальцы коснулись шеи. Я инстинктивно закрыла глаза от неожиданных разрядов электричества, которые, казалось, исходили от его рук.
— Магеллан, — сказала я, затаив дыхание.
— Я так скучал по тебе, — сладко прошептал он в мой висок.
Его губы легонько коснулись моего лба, и у меня по позвоночнику побежали мурашки. Как бы это было с ним? А? Насколько бы хороши ни были губы Райана прошлой ночью, я бы предпочла пять минут целоваться с Тристаном, вместо миллиона поцелуев Райана.
— Я тоже скучала, — сказала я, уставившись на его кадык.
Он приподнял мое лицо и наклонился. С его губ срывалось теплое дыхание с ароматом перечной мяты, которое касалось моих губ. Казалось, будто Тристан стоял так всю жизнь, просто совершая вдохи и выдохи в нескольких сантиметрах от моего лица. Его руки скользнули вниз по моей шее, и остановились на плечах.
— Нам лучше уйти, пока Йода не обмочил всю машину, — хрипло пробормотал он.
Прошло несколько мгновений, прежде чем я молча отошла, чтобы взять свою сумочку и обуть туфли. Он все это время стоял у двери, скрестив мускулистые руки на широкой груди, сжимая при этом челюсть. Разместив сумочку под мышкой, я стукнула его по животу тыльной стороной ладони, направляясь к выходу.
— Идем.
Тристан запер дверь своим ключом и поплелся за мной в метре, пока мы спускались по лестнице и направлялись к его «Ауди». Огромная голова Йоды торчала с переднего пассажирского сиденья. Пес смотрел на нас, высунув изо рта длинный язык.
— Йода! — крикнул Тристан, взмахнув рукой в воздухе, словно хотел жестом попросить этого ангелочка вернуться на заднее сиденье. Но большой упрямый щенок оставался на месте, пока я не открыла дверь и дважды не поцеловала его морду.
— Мой мальчик, — сказала я ему, уткнувшись лицом в вонючую шерсть, и сильно обняла его.
— Назад, Йода, — проинструктировал его Тристан, осматривая сиденье на наличие луж от мочи. Он сдал назад, выехал с парковки, и мы направились к нему домой. В салоне по радио играл рок, а мы тихо сидели, пока Тристан не откашлялся.
— У меня будет еще одна съемка, на которую я полечу через три недели, а потом…
От недосказанности у меня начался зуд.
— И что потом?
Он взглянул на меня краем глаза.
— Робби уйдет в отставку.
Я поперхнулась слюной от его заявления.