Лингус
Шрифт:
— Святое дерьмо, — начал он фыркать несколько мгновений спустя. Его глаза слезились, а кончик носа порозовел. Тристан запыхался, и тоже держался за живот. — Не думаю, что когда-то так сильно смеялся.
— Ты бережешь хрюканье для особых случаев, что ли? — спросила я, пытаясь скрыть ухмылку, но еще один смешок все равно вырвался.
Тристан зажал нос, его грудь снова ходила ходуном, пока он пытался сдержать смех.
— Пожалуйста, — умолял он. — Пожалуйста, никогда не говори никому, что я хрюкаю.
Я
— Кому какая разница? Я тоже хрюкаю, и да, это очень неловко, но… — Я просто пожала плечами, закончив таким образом предложение.
Он внимательно осмотрел мое лицо своими ярко-зелеными глазами, уголки его губ приподнялись в улыбке. Что бы он там ни нашел, ему, должно быть, понравилось, потому что, ослепив меня своей белоснежной голливудской улыбкой, он наклонился вперед.
— Я не милая девушка и у меня не получается хрюкать, как ты. Я выгляжу по-идиотски, когда это делаю.
От меня не ускользнуло, что он назвал меня милой, и, конечно же, мое лицо внезапно покраснело от его комплимента. Не то чтобы я считала себя страшненькой, но, каким-то образом, из его уст эти слова звучали как нечто большее. Тристан вовсе не выглядел идиотом, как он утверждал, но я определенно не собиралась с ним спорить. К счастью, часть моего мозга все еще функционировала, потому что я приложила усилия, чтобы не скользить взглядом по его телу, по четкой линии подбородка и овалу лица. Вместо этого я кивнула.
— Да, ты прав. Выглядишь как идиот, когда хрюкаешь.
— Черт, — рассмеялся он, казалось, уже в сотый раз.
Внезапно я почувствовала себя плохо, потому что с моей стороны было подло так говорить, даже в шутку. Я едва знала этого парня, но опять же, он безжалостно дразнил меня, так что похрен. Несмотря на внутренний спор, я все еще чувствовала себя немного плохо, потому что мне не нравилось оскорблять людей, которых я плохо знала. Как только мы будем знакомы подольше — это уже другая история.
— Шучу, — застенчиво пробормотала я.
Тристан молчал, пока натягивал капюшон на выцветшую зеленую кепку. С глупой улыбкой на лице он откинулся на спинку стула.
— Чем ты здесь занималась все это время?
— Меня привезла подруга Никки, с которой ты уже познакомился, так что мне приходится ждать, пока она вымотается, тогда мы сможем уехать.
Внезапно я вспомнила, что собиралась пойти в палатку Эндрю Вуда. Я посмотрела на часы. Автограф-сессия начнется через тридцать минут.
— Вообще-то, я только что вспомнила, что иду к палатке Эндрю Вуда, — сказала я, подняв брови. — Это единственное, что я хотела сегодня посетить.
Тристан вопросительно приподнял брови.
— Эндрю Вуд? — практически выплюнул он.
— Да. И? Что с ним не так?
— Ничего, —
Я вытаращила глаза, как бы говоря: «Здра-а-асте!»
— Потому что он — любимая порнозвезда всех времен. Он как бы… в зале славы порноиндустрии.
— Он… старый.
Я никогда в жизни не ржала взахлеб, но уверена, что в тот момент сделала именно это, и сказала первое, что пришло мне в голову.
— Вино с годами становится только лучше, как и некоторые мужчины. В том числе и он.
Тристан закатил ярко-зеленые глаза, ухмыляясь.
— Я просто не могу понять: почему он твой любимчик?
И тут я поняла, что говорю о любимом порноактере с кем-то, кого едва знала, и это было очень странно. Однако логика помахала мне ручкой, а разум зациклился на том факте, что Тристан не одобрил мой выбор.
— Хочешь, чтобы я рассказала, почему он мой любимчик?
— Ага.
Я вздохнула, и мне даже не пришлось задумываться о причинах, по которым я предпочитаю порно с Эндрю Вудом.
— Ладно. Ну, ты видел его фильмы?
Тристан лишь пожал плечами, нерешительно кивнув. Мистер Вуд был легендой порноиндустрии. Он снимался в порно почти двадцать лет и до сих пор считался одним из самых востребованных порноактеров. Я считала, что в свои сорок с небольшим он находится в лучшей форме, чем любой другой мужчина. Мужчина был чертовски красив с этими темными волосами, пронзительными голубыми глазами и оливковым цветом кожи. Никки и я постоянно прикалывались, что согласимся сняться в порно, если сможем заняться этим с ним. Однажды ночью, напившись, я составила список вещей, которые бы хотела с ним сделать, если бы у меня была такая возможность. Странно? Может быть.
— Он такой… страстный в своих фильмах, — я подчеркнула это слово, выпучив глаза. — Очевидно, что ему нравится то, чем он занимается. Он не такой, как эти современные жеребцы, которые просто хотят трахнуть девушку, как робот или что-то в этом роде. Понимаешь? Он не какой-то парень бам-бам-бам. Он что-то вкладывает в это. Я считаю, что это горячо, — закончила я. Как мне удалось сказать все это, не рассмеявшись, даже не знаю. Кто, черт возьми, говорит о порно с незнакомцем? Наверно, только я.
Он одарил меня очень веселым взглядом, который даже я не смогла понять.
— Он же старый.
— Ты тоже когда-нибудь состаришься, Магеллан, — ответила я, подмигивая.
Он просто фыркнул, скрещивая мускулистые руки, и я уверена, что его грудные мышцы тоже были отлично прокачены.
— У меня еще достаточно времени. — Он уставился в потолок и вздохнул, прошептав: — Эндрю Вуд.
— Ой, да ладно тебе, мистер «Я-прячусь-под-кепкой-и-толстовкой-потому-что-я-киска-и-не-хочу-чтобы-меня-кто-то-видел».