Линчеватель
Шрифт:
В полицейском участке.
навык Дознаватель повышен;
навык Манипулятор повышен;
Навык Боец повышен;
Вы получили новый уровень. Вы получили одно нераспределенное очко умений.
Хм… неплохая возможность попробовать проделать фокус.
— Добро пожаловать, — едва слышно пробормотал я.
“Вы
“Желаю”.
Я не успел произнести фразу, как стул, на котором я сидел, завертелся, и я провалился в игровую комнату.
Зябко поежился, сел на стул. Взглянул на зеркало, где крупными буквами красовалось сообщение о новом уровне. Открыл лежавшую на столе папку с личным делом, вложил очко умений в талант "Убеждение". Уж очень полезным оказался навык Манипулятора в повседневной жизни. Затем немного посидел на стуле, бездумно глядя в зеркало. Ну все, пора возвращаться в кабинет следователя. Очень уж интересно посмотреть на реакцию Васильева.
"Желаете вернуться в игровой мир"?
— Желаю, — подтвердил я и прикрыл глаза.
И комната послушно растворилась.
Глава 19 Гости
— Вы что наделали?
Знакомый голос доносился до меня откуда-то издалека. Будто бы на краю сознания. С трудом открыл глаза. Осмотрелся.
Я лежал на полу кабинета. Видимо, когда Система перенесла меня в комнату игрока, я свалился со стула и сильно приложился затылком о крытый тонким линолеумом пол.
Во рту чувствовался мерзкий металлический привкус, а в голове медленными волнами от затылка до лба разливалась тупая боль. Я хотел было подняться, но потолок заплясал перед глазами, и я оставил эти попытки, пережидая приступ дурноты.
— А я что? — донесся откуда-то сбоку будто бы извиняющийся голос Васильева. — Сидели, разговаривали, а потом он вдруг ни с того ни с сего упал на пол. Да глаза еще так странно закатил — ужас. Наркоман, наверное.
— Этот парень пережил страшную аварию, — послышался злобный голос Крастинова. — Он до сих пор проходит реабилитационный курс. А вы тащите его на допрос? Да еще и подозреваемым в убийстве?
— A вам что, — пробормотал Васильев, и я не сдержал мстительной усмешки.
Голос капитана прозвучал, как мне показалось, чуточку разочарованно. Теперь старшему следователю придется исключить меня из списка подозреваемых. Мало ли что мне померещиться могло? У меня же мозги после аварии сдвинулись.
Приступ дурноты прошел. Я зашевелился, с трудом сел на полу, потирая ушибленный затылок. Очень хотелось разыграть сцену с кратковременной потерей памяти.
Вот смеху-то будет. Однако, немного подумав, я все же решил отказаться от этой затеи.
В кабинете стояли Васильев и Крастинов. Причем доктор был весьма зол.
— Дак это… — попытался было возразить
— Значит так, — перебил его доктор. — Если вы не хотите, чтобы в интернете появилась новость о полицейском произволе — лучше бы пацана из отдела выпустить. Если внутреннего расследования не хотите. Нет, вы конечно можете объяснить, как задержанный оказался на полу, с разбитой головой…
— Ой, да кого в новостях сейчас этим удивишь! — возразил Васильев.
— Тоже верно, — кивнул Крастинов. — Но если у вас нет хороших друзей, которые смогут отмазать — вас вполне могут снять с должности. Это при благоприятных для вас раскладах. А если учитывать, кем работает отец подозреваемого…
“Работал”, - едва не вырвалось у меня. Но я решил благоразумно промолчать.
Васильев ничего не ответил. Но судя по дернувшейся брови, Крастинов попал в цель. Потому что если отмазать тебя некому — от тебя проще избавиться, чем проводить расследование. Уволить или посадить, а начальству отчитаться, что дело закрыто. Заодно, в обществе на время успокоятся, когда по федеральным каналам покажут громкий суд над полицейским взяточником. Такая вот видимость борьбы.
— Ладно, Я подумаю, как вывести парня из этого дела. — неуверенно ответил он.
— Вот и чудно, — лицо доктора мигом приобрело добродушный вид. — Идем, Максим.
— До свидания, капитан, — улыбнулся я и направился к выходу.
— Да в гробу я такие встречи видел, — донеслось мне вслед. Васильев говорил тихо, но я усмехнулся, прекрасно расслышав эту фразу.
— Расскажешь, что стряслось? — спросил Крастинов, едва тяжелая железная дверь отдела со стуком захлопнулась за нашими спинами.
— А что рассказывать? — пожал плечами я и вытащил из кармана кофты сигарету. — Зашел в подворотню, меня попытались ограбить. Ну, а дальше все как-то завертелось. В общем, обычное дело в нашем городе.
— В кармане убитого был найден пакетик с транквилизаторами. А психоаналитик сказала…
Я поморщился: вот оно, неучтенное звено в моей цепочке. А ведь я и вправду просил психоаналитика выписать мне рецепт.
— Ну, мало ли в городе наркоманов? — с улыбкой, ответил я, выпустив в воздух струю сизого дыма. — Может быть, взял себе на вечер. Или продать хотел.
Крастинов очень внимательно посмотрел на меня. И в его взгляде, мне на секунду показалось подозрение.
— Может быть, чайку, доктор? — поинтересовался я, но Крастинов лишь покачал головой:
— Жду тебя завтра на прием, — сказал он и направился к машине. Ну а я двинулся по делам. Вернее, домой. Хватит на сегодня приключений.
У парадной я встретил уже знакомую троицу. Причем Удальцов, он же Гвоздь, очень уж выделялся разбитым лицом на фоне своих друзей. Он обернулся, почувствовав на себе взгляд. И тут же отвернулся, сделав вид, что мы незнакомы. Но у нас еще оставался один незавершенный вопрос: