Лимитерия

Хог Лимит

— Твой дом?! — в шоке вымолвил Хог, после чего посмотрел на эрийку удивлённым взглядом. — Но… отсюда до Москвы дофига путя.

— Не «путя», а «пути», — поправила его Огненная Элли. — Напоминаю: я нахожусь в «Режиме Героя», поэтому для моих умений открыты большие возможности. Ох…

Пламя неожиданно потухло, и Элли вернулась к своему прежнему облику: рубинового цвета глаза, синие волосы и потеря яркого свечения. Девушка пошатнулась и едва не упала, но её подхватил Бёрн, бережно придержав эрийку за плечи. Божественная красота сменилась на дикую усталость.

— Ты, конечно, крутая, но у всего есть свой предел, — вздохнув, Бёрн усадил

свою возлюбленную в кресло, после чего отошёл к своему шкафу, чтобы переодеться. Он снял с себя верхнюю одежду перед ребятами, не стесняясь их присутствия. А чего стесняться-то? Хог — парень, а Элли является девушкой военного. — Это хорошо ещё, что побочный эффект не сработал. Лучше бы ты мне этот Амулет дала.

— Ну, прости, — устало хмыкнула Элли. — Мне, наверное, следовало оставить лимитерийцев на крыше одних, и пойти за тобой, чтобы найти тебя.

— Э-хе-хе! Ладно, глупую штуку произнёс, каюсь. Кстати, ты переоденься лучше. Твоё платье изорвано. Где находится комната Алисы, ты знаешь.

— Да-да-да, спасибо за уведомление.

— Охренеть! — когда синеволосая сняла «Обруч Сварога» и положила его на стол, Хог тут же схватил браслет и принялся его крутить в руках. — Подумать только — месяц назад я бился с Германом, чтобы заполучить эту штуковину, а потом этот оригинал забрал его у меня, и теперь Амулет Коло снова у нас. Да уж, не зря я дал ходу на сектор.

— А если бы нас изначально пригласил с собой, было бы ещё лучше, — чуть осадил его Бёрн, одевшись в свою повседневную одежду.

— Ну, я не знаю, где ты живёшь, а в Москву-сити заявляться не хотел.

— Почему?

— Потому, — посерьёзнел Лимит, и Элли слегка напряглась. Она поняла, почему он не хотел возвращаться.

— Ладно, хрен с тобой. Ты лучше скажи, что у вас там произошло в главном зале?

— Ох, это жёстко было! Короче, я там раскидал роботов, потом спустился в канализацию и пробрался в комнатку одну. Герман… гр-р, он там из человека робота сделал: распорол ему живот и вставил туда блок питания.

— Он реально чудовище! — промолвил Бёрн, сделав злой взгляд. — А что дальше было?

— Я столкнулся с анти-человеком, похожим на Крысу.

— Крыса? — переспросила Элли, на что Хог кивнул. — Эм… редкая разновидность анти-человеческой расы. Единственный из анти-людей, который менее агрессивно воспринимает охотников с красным карио.

— Оу. Буду знать. Я его отпустил, а потом пошёл в главный зал, чтобы разобраться с Германом. Этот индюк общипанный должен был получить по морде. Ну, а дальше появился оригинал, и началась схватка. Помимо нас с ним, в комнате ещё были роботы и Алекс.

— Я так понимаю, их… кончили, да? — согнул брови Бёрн, после чего скрестил руки на груди. — Знали бы мы, что команда «Кощей» решит пробраться на сектор, уже бы созвал всех военных.

— В это бы никто не поверил, — покачала головой эрийка. — Герман Петренко и так был защищён правами на одиночное продвижение своей карьеры, а в заявление о его сотрудничестве с союзом «Тигр» не поверили бы. Да ты и сам прекрасно это знаешь.

— Хе-х, ну, теперь мы знаем, что шестой Амулет Коло достался оригиналу, и то, что мы — не единственная группа, которая хочет их все собрать.

— Это будет непросто, — фыркнул эриец. — Пять — ещё куда ни шло: ты, Огонь, Вода, Воздух, Земля. Но Тьма… трудновато. По сути, этот лимитериец точно такой же, как и ты.

— Ну, оригинал…

— Да что ты заладил? — вдруг вспылила Элли, зло посмотрев на полубрюнета. — Оригинал-оригинал!

У тебя другие слова есть? Как попугай!

Хог медленно убрал натянутую улыбку с лица, и шок, который позволил ему на некоторое время прекратить думать, улетучился. Словно иглы, в душу впились брошенные Смогом слова насчёт того, кто такой хэйтер. Волонтёр медленно опустил потускневшие глаза, после чего бросил «Обруч Сварога» и ушёл в сторону балкона. Его действия удивили двух эрийцев, в особенности Элли. Вообще-то девушка хотела лишь осадить его, но никак не обидеть. Однако вышло всё иначе.

Бёрн вздохнул, после чего подошёл и поднял Амулет Коло. Затем положил его в верхнюю тумбочку и извлёк оттуда пачку сигарет.

— Пойду приготовлю что-нибудь, — сказал он, вручив девушке пачку. — Отдай ему, пусть курит.

2. Хог стоял на балконе и смотрел на ночную Москву грустным взглядом. Что может быть на душе у того, кто, по сути, и личностью-то не является? Потускневшие фиолетовые глаза посмотрели в разные стороны и наткнулись на нескольких людей, которые проходили мимо дома Бластеров. Все они были разными: кто-то смеялся и веселился, кому-то было грустно, у кого-то были дела, а некоторые просто хотели отдохнуть. Он увидел молодую пару, которая обнималась и целовалась друг с другом, не обращая внимания ни на что. В прежнее время Хог бы засмеялся и начал дразнить влюблённых, но сейчас ему этого не хотелось делать. Все люди, появляющиеся в поле зрения хэйтера, были кем-то рождены или кому-то нужны…

А Хог никому не нужен. Единственный, который появился на свет благодаря какому-то ДНК.

Он закрыл глаза, и в голове возникли старые картины, описывающие события жизни десятилетнего мальчишки. Первое, что увидел Хог — это тёмное небо, застеленное тучами. Шёл холодный дождь, но уже тогда парень обладал невероятным иммунитетом и высокой температурой, которая не убивает его, а наоборот — защищает. Хлюпающая под ногами грязь, лужи, пустота — это и стало первым встречным в этом мире человеку, который ничего о себе не знал. Он помнил о себе лишь три вещи: имя, предназначение семейству и дату своего рождения. Потерянный и замкнувшийся в себе, Хог шёл вперёд, пытаясь дойти до чего-то. Он видел людей, которые спасались от дождя, боясь промокнуть… и не понимал их. Они бежали в укрытия, закрываясь плащами и зонтами, а ему оставалось лишь мокнуть и продолжать идти.

Хог не помнил, как его нашла пожилая пенсионерка и отвела к себе домой. Большая часть его жизни прошла словно в тумане, где отголоски памяти давали о себе знать лишь краткими сигналами, но на «свет» выходить не собирались. Заботилась ли пенсионерка о нём или нет, Хог тоже не помнил. Лишь один фрагмент в памяти сохранился — это день, когда она… умерла. До того момента не знавший смерть, Лимит переживал сильный шок, пытаясь разбудить «спящую» бабушку. Ведь это первый человек в его жизни, который как-то попытался ему помочь, пусть и недолго. А потом… одиночество, улицы, холод, погони и… снова одиночество. Люди всегда смотрели на него презрительными взглядами, косясь на фиолетовые кончики волос и считая его неформалом. Ведь он выделялся среди остальных своим внешним, характером и сущностью, которой не обладал ни один человек и ни один охотник. Семь лет одиночка скитался по окрестностям России, пока однажды не решил на гусях добраться до Каневской. Именно тогда он и столкнулся с теми людьми, с которыми поддерживает контакт уже третий месяц.