Лиловый
Шрифт:
– - Он вернется?
– - спросил Леарза.
– - Ты должен сам знать ответ.
– - Он вернется, -- сказал Леарза с мольбой в голосе.
Голос молчал.
Он по-прежнему стоял совершенно один в целом мире, посреди чужой пустыни, и небо сделало его руки такими бесцветными, почти прозрачными. Он вспомнил о голосе и посмотрел туда, откуда тот звучал.
Человек в плаще стоял напротив него, как Морвейн до того, но смотрел в его глаза в упор, скрестив руки на груди.
У человека в плаще было похожее острое лицо с тонкими чертами, с глубокими морщинами вокруг глаз.
А взгляд у него оказался пронзительный и пугающий. В этом взгляде было знание веков.
– - Я запретил тебе появляться, -- сказал Леарза, делая шаг назад.
– - Уходи прочь.
– - Я не могу уйти, -- с усмешкой возразил человек в плаще.
– - Куда мне идти?
– - Убирайся к черту, -- нервно произнес Леарза.
– - Куда хочешь. Ну? Пошел! Сейчас же!
Он рассмеялся.
– - Напуганный глупый мальчишка. От чего ты убегаешь? Хочешь окончательно откреститься от своей крови, от своего народа? Они веками холили и лелеяли это в себе, тысячелетиями. А ты пытаешься это выкинуть и слиться с чужой расой.
– - Я должен выживать как-то, -- парировал Леарза, не сводя настороженного взгляда с человека в плаще.
– - Я совсем один среди этих людей. Мне и так никогда не стать таким, как они.
– - Тебе это и не нужно.
– - Я так не думаю.
Человек в плаще замолчал и ухмыльнулся. Его взгляд беспокоил Леарзу, у которого опять возникло такое ощущение, будто он что-то должен сделать и не помнит, что.
– - Ты не один, -- сказал ему незнакомец.
– - Во вселенной не одна планета населена твоими родичами.
– - Они мне не родичи.
– - Но они гораздо ближе тебе, чем Кеттерле. Разве ты не понимаешь этого? Они такие же, как и ты. Они не носят каменных масок на лицах.
Леарза смотрел прямо в его почти желтые глаза.
– - Кто ты?
– - спросил он.
– - Я -- это ты, -- спокойно ответил человек в плаще.
– - Я в твоей крови. Я давно мертв, но буду жить, пока живешь ты.
Внутри у него была страшная пустота, ни звука, ни движения, будто сердце перестало биться.
– - Я -- Джахар Эль Кинди, -- сказал человек в плаще.
8,16 пк
Он вскинулся в постели и широко распахнул глаза.
Глубокая зимняя ночь окутала мир. Леарза замер, хватая воздух ртом. Ему было жарко, но он не замечал этого.
– - Кошмар приснился?
– - сонным голосом спросила женщина за его спиной. Он ответил не сразу.
– - Что-то вроде, -- наконец сказал он. Волтайр осталась лежать на спине и смотрела на него снизу вверх; лунный свет озарял его вихры и выбелил его плечи.
Бел Морвейн отбыл на Анвин около недели назад; неделя прошла спокойно, канула в небытие, зима входила в свои права в этой части планеты, и они проводили время вдвоем, никуда не уезжая, Волтайр работала над очередным проектом, Леарза изучал какой-то новый учебник. Он окончательно перебрался в ее спальню, и ее письменный стол оказался занят какими-то пиротехническими штуками, над которыми он иногда просиживал допоздна.
– -
– - вдруг спросил Леарза. Волтайр помолчала.
– - Говорил, -- призналась она потом.
– - Он вдруг заявил, что ты можешь быть опасен.
– - Он был прав.
– - Леарза, что ты такое говоришь.
– - Мне снятся сны, -- почти беспомощно сказал он.
– - ...Всем снятся сны, -- мягко возразила женщина, -- и никто еще не сошел с ума от этого...
– - Ты не понимаешь!.. На Руосе, когда человеку начинали сниться такие сны... спустя какое-то время он превращался в безумца.
Она поднялась в постели и обняла его за голые плечи.
– - Ты далеко от Руоса, -- напомнила она.
– - И ты один. Исходя из того, что рассказывал мне Бел...
– - И он сам же предупредил тебя насчет меня.
– - Я в это не верю. ...Ладно, и не хочу верить. В конце концов, что тебе снилось?
– - Мне снился Эль Кинди... давно живший Одаренный моего племени, считавшийся если не первым, то одним из самых могущественных.
– - Ну и что в этом такого? Это же был не... ваш темный бог? Вполне естественно, что тебе снятся такие сны, -- убеждала его Волтайр.
– - Наверняка ты о нем много думал в свое время, и...
– - Нет, -- оборвал ее Леарза.
– - Ты не понимаешь... и ладно.
Он с вздохом рухнул обратно в постель. Волтайр не понимает; действительно, разве ей понять? Она принадлежит к совершенно иному миру, и, в отличие от ее брата, она никогда и не интересовалась чужими цивилизациями. Она искренне хочет успокоить его, только... да и черт бы с ним, подумал Леарза. Для чего ему ее тревожить? Она все равно не сможет ничем ему помочь, только сама начнет переживать.
– - Может быть, тебе стоит поговорить с профессором Квинном, -- осторожно предложила женщина.
– - Ага, -- буркнул Леарза и обнял ее, привлек к себе. Внутри у него все равно было неспокойно, и, закрывая глаза, он так и видел это страшное лицо со светло-карими, почти желтыми глазами.
Бел Морвейн уходил от него в этом сне; и Леарзу вдруг пронзило тоскливое, пугающее ощущение того, что это навсегда. "Этого не может быть, -- подумал он.
– - Бел слишком сильный разведчик, сам Лекс занес его в списки лучших специалистов, а это, должно быть, что-то значит. И я сам, к тому же, не обладаю Даром, что я?.."
Но тревога еще долго мучила его. Волтайр уже давно снова уснула, а он лежал в темноте и смотрел в потолок, думая.
Наутро он, повинуясь смутному чувству, взялся за планшет и долго, вдумчиво читал все новости, связанные с Анвином, пока не добрался до первого сообщения о находке. Чужая планета впервые напугала его; он снова и снова рассматривал фотографии этого города, -- по позднейшим данным, это была столица Анвина, называвшаяся Тонгва. Леарза знал, что где-то там, в гуще этих серых домиков, теперь скрываются и знакомые ему люди: Эохад Таггарт, Каин. Возможно, и Бел: тот не сказал, с какой именно миссией его отправили на Анвин, но Леарза был почти уверен, что и Морвейна Лекс определит в команду инфильтрации.