Лилия и Леопард
Шрифт:
— Да, действительно, — уголки губ дофина поползли вверх. — Сомма хорошо охраняется французами, поэтому… — он внимательно посмотрел на Лианну. — Буа-Лонг — единственная надежда Генриха.
Лианна почувствовала, что у нее пересохло во рту. Она бессмысленно уставилась на посеребренную луной поверхность реки, но, ощутив знакомое беспокойство, перевела взгляд на Луи.
— Беллиан… Выслушай меня, кузина, — это было сказано очень мягко, но прозвучало, как королевский приказ.
Лианна уже знала, о чем пойдет речь, и
Но дофин неумолимо произнес:
— Я хочу, чтобы ты не позволила английской армии переправиться здесь через реку.
Она в ужасе отшатнулась.
— Но мой муж собирается открыть замок англичанам.
— Зачем? — насмешливо спросил Луи. — Тебе, конечно, известно о состоянии армии Генриха. Его люди болеют, голодают, умирают десятками. Триумфальный поход давно уже превратился в похоронную процессию. С Генрихом скоро будет покончено, кузина.
— Вы так уверены? — слабым голосом спросила Лианна.
Дофин понизил голос.
— Герцоги Аленконский и Бар соединили свои силы с Бурбоном и Берри. Герцог Бретани привел с собой двенадцать тысяч воинов. Граф Сислей собрал пять тысяч лучников, — Лианна без сил прислонилась к стене; Луи придвинулся ближе. — Герцог Бургундский, чтоб ему было пусто, сейчас в Турнее. Но его братья, граф Невер-ский и Антуан, герцог Брабантский, поддержат короля. Главнокомандующий нашей армии находится к северу отсюда и готов в любую минуту наголову разбить англичан. Лучники! — презрительно фыркнул дофин. — Что может сделать горстка лучников против французских рыцарей?
— Но английские лучники, Ваша Светлость, завоевали Буа-Лонг, — напомнила Лианна.
— Это был всего лишь простой трюк, — парировал Луи. — Лонгвуд выждал, пока рыцари попадут в расставленную им на турнире ловушку.
Прежде чем она успела задуматься над тем, откуда у дофина эти сведения, он заговорил опять.
— Кузина, я раскрыл тебе все карты не только потому, что хочу пресечь попытки Генриха продвинуться в глубь Франции, но еще и потому, что ты — моя родственница, и мне не хочется, чтобы ты пострадала от ошибок своего мужа. Выполнив мою просьбу, ты спасешь не только свою, но и многие, другие жизни.
— А если англичане все-таки одержат верх? Ранда обезглавят за измену королю!
— Абсурд, — отозвался Луи. — Взгляни в лицо фактам, Беллиан. Численность армии Генриха уменьшилась до пяти тысяч, и большинство в ней — лучники. У Франции же сил в пять раз больше, и все — хорошо обученные воины. Когда Генрих будет разбит, ничто не спасет твоего мужа. Но ты можешь помочь ему избежать смерти, если сделаешь то, о чем я прошу.
Лианну терзали сомнения. Можно ли доверять дофину? Имели ли она право, даже ради спасения Франции, предать Ранда?
— А как же мой муж? Неужели вы думаете, что он будет сидеть сложа руки и смотреть, как разрушают мост?
— Я оставляю за тобой право
— А если я… откажусь?
Они долго смотрели друг другу в глаза. Лианна не могла удержаться от искушения не сравнить Луи с Генрихом, что было отнюдь не в пользу дофина. Дородный Луи еще в девятнадцать лет снискал себе славу обжоры и разгильдяя. По ее спине пробежал холодок, когда она представила его на троне Франции. Есть ли в нем хоть капля силы и проницательности Генриха?
— Ты забыла про Мезонсель? — вкрадчивый голос Луи вывел Лианну из задумчивости.
Она напряглась, вспомнив тот леденящий душу момент, когда дофин чуть было не задержал ее с ребенком, но потом все-таки махнул рукой, отпуская в Кале…
— Я… я не смогу это сделать, — беспомощно произнесла Лианна.
— Ты сможешь. Ты сделаешь, — твердо сказал Луи. — Завтра на заходе солнца сюда придут мои люди. Если тебе дорога жизнь твоего мужа, ты сделаешь так, чтобы его не оказалось в замке.
— Ваша Светлость, вы не знаете, о чем просите! Ранд никогда…
— Он ни о чем не должен догадываться, — холодная влажная рука Луи прикоснулась к подбородку Лианны. Дофин вплотную приблизил к ней свое мясистое лицо.
— Беллиан, — в его голосе звучала скрытая угроза. — Я знаю, где находится твой сын.
* * *
Луи больше ничего не сказал ей, словно растворившись в темноте после этих ужасных слов. Бдва сдерживая готовый вырваться наружу отчаянный крик, Лианна поспешила обратно в замок.
Ему и не нужно было больше ничего добавлять. Безжалостное упоминание о сыне превратило Лианну из безучастного зрителя в ревностного исполнителя его плана.
Ей некогда было думать о том, откуда у Луи столь подробные сведения. Конечно же, шпионы дофина шныряют повсюду, и они, возможно, следовали за ней из Мезонселя в Кале, а затем — в Англию. В какой-то момент Лианне захотелось ослушаться Луи и сохранить любовь Ранда, но мысль о сыне заставила ее думать по-другому.
Она понимала, что Ранд навсегда потерян для нее. Даже если после исполнения свадебной песни к ним и вернулось прежнее чувство, то скоро со стороны мужа оно превратится в лютую ненависть. «Лучше ненависть, — подумала Лианна, — чем его смерть».
Она проскользнула в свой кабинет, где обычно занималась делами с бумагами, и написала отчаянное письмо герцогу Бургундскому, которое тут же отправила с нарочным в Турней. Если кто и сумеет добраться до Эймери раньше людей дофина, то только Жан Бесстрашный. Затем Лианна пошла разыскивать Шионга, с чьей помощью она собиралась осуществить свой план.
Уже занимался рассвет, когда Лианна добралась наконец до своей комнаты. Огонь в камине давно превратился в холодные угли. В комнате царил полумрак.