Лилис
Шрифт:
Надо прижаться спиной к стене!
Вспомнив глупый боевой клич морпехов ОСА, я заорал: «Джеронимо!!!» – и, вытянув правую руку перед собой, рванул, точно пушечное ядро, сметая нерасторопных тварей.
Перепрыгнув через разбитое авто, оказался перед подворотней. Именно то, что надо!
Открыв мусорный контейнер, сбросил в него визжащую от страха и обиды девушку и с силой захлопнул крышку. Лара начала стучать изнутри, грозить страшными карами, но я не слушал.
Передо мной в боевых позах застыли два
Я бросился на упырей бесстрашно, как волкодав на стаю молодых волков. Чтобы избавить мир от их злобных завываний, мне понадобилось десять секунд.
Наступившая тишина ласкала слух, даже девушка в мусорном контейнере перестала в него колотить и замерла, как мышь.
Подойдя, медленно открыл крышку. Она была ни жива ни мертва от страха, но в следующую секунду без всяких слов бросилась мне на шею. Даже сквозь броню я ощутил бешеное биение ее сердца.
Попридержав крышку, осторожно извлек Лару из ящика, но отцепляться она даже не думала. Я всем нутром почувствовал надвигающиеся проблемы и воззвал к ее гордости:
– Чего вцепилась в меня, как пиявка?
– Люблю, – сказала она, прижавшись лицом к моей шее.
– Что?!
– Я тебя люблю! – крикнула она в ухо.
Я расцепил девичьи руки у себя на шее и отстранил ее.
– Что за чушь ты несешь?
– Это не чушь. Я влюбилась в тебя, как кошка!
– Я женат.
– Не верю!
– У меня кольцо на пальце – когда представится случай снять доспех, я тебе его покажу.
– Разведись, – предложила она уже не так уверенно.
– Лара, я люблю свою жену.
Девушка разглядывала меня несколько томительных секунд. Ее карие очи в этот момент походили на глаза хрупкой лани.
– Как же так… – произнесла она упавшим голосом.
– Спешу тебя успокоить: твои чувства ко мне несерьезны. За последние часы ты перенесла много опасностей, кровь закипела, а я просто оказался тем самым самцом, который тебя защищал. Скоро гормоны перестанут будоражить организм, и чувства остынут.
Она залепила мне пощечину. Потом вторую. Я не стал уклоняться – мне не больно, да и пусть выплеснет чувства.
К сожалению, на этом ситуация не закончилась: Лара скрестила руки на моих доспехах и зарыдала. Ненавижу такие моменты!
Пытаясь успокоить, похлопал ее по спине:
– Перестань, пожалуйста. У нас все равно ничего не вышло бы – ты еще совсем девочка. Ладно, скоро встретишь парня получше меня.
– Мне тридцать два, – сквозь душащие слезы сказала она. – Я, наверное, старше тебя!
– Ёжкин космофлот, – ляпнул я. – Ничего себе ты выглядишь…
Она посмотрела на меня снизу: в глазах – слезы, а на губах – улыбка.
– Это
– Ты не из-за этого так прекрасна. У тебя острый, холодный ум и тонкая, ранимая душа.
Она захлопала ресницами:
– Правда?
– Правда. Но я все равно женат.
Девушка вздохнула, смахнула слезы и оглядела место бойни, особое внимание она уделила телу упыря, свисающему с фонарного столба. (Я сам не слишком помнил, как его туда забросил.) Когда обратилась ко мне, глаза оставались красными, но слез в них уже не было.
– Пойдем, мне не хочется торчать на улице, – сказала Лара ровным голосом.
Мы стали пробираться по темной улице, настороженно всматриваясь во тьму и вслушиваясь в каждый звук. Я не выдержал молчания первым, но спросил совсем не о том:
– Упыри ведь были людьми. Как они превратились?
– Вампиры. Тот, кого укусит вампир и кому при этом не повезет выжить, – мутирует и превращается в упыря.
– А тот, кого укусит упырь?
– Не знаю. Я не уверена, что упыри хоть кого-то оставляют в живых.
Она неожиданно замерла:
– А что, тебя укусил упырь?
– Нет.
– Слава высшим силам!
Девушка споткнулась, не заметив в темноте развороченный кусок асфальта, – я едва успел удержать ее от падения.
– Проклятые шпильки! – в сердцах бросила она.
– Если не нравится, зачем их носишь? Да и вообще, твой наряд… э-э-э… не выглядит как прогулочный.
– Когда вчера вечером летела на вечеринку, ни о какой такой ночной прогулке по разрушенным кварталам и помыслить не могла. Что же до моего наряда – во-первых, это модно, во-вторых, не твое дело… О, черт!!
В двадцати метрах впереди возникли черные силуэты людей. Их было около десятка, один, преодолев в прыжке метров пять, с легкостью забрался на крышу грузового авто.
– Вампиры, – сказала содрогнувшаяся девушка. – Целая стая. Скажи, что ты с ними справишься…
– Без проблем, – ответил, надевая шлем.
Визор мгновенно превратил черную ночь в серый, промозглый, бесцветный день. Сущность, обитающая в доспехе, уловив мое желание, увеличила кратность оптики и приблизила лицо главного вампира. Точнее, вампирши.
Странно, но даже в черно-белой картинке глаза твари оставались пронзительно-бирюзовыми. Я уже видел их. Видел эти развеваемые ветерком черные локоны, приоткрытые в оскале чувственные губы, узнавал даже складочку между бровями. Она – вампирша, напавшая на патрульный вертолет.
Бирюзовоглазая рассматривала меня еще секунды две, а потом, прихватив с собой стаю, поспешила исчезнуть из поля зрения.
Наблюдавшая за их бегством Лара воскликнула:
– Ты – супер! – и поцеловала меня в шлем. – А тебе любовница точно не нужна?