Лилипут
Шрифт:
— Джек! — это был почти крик. — Сколько? Сколько лет ты мне… дашь сейчас?!
Монро молчал, все так же глядя на Джонса. Казалось, вылези из Боба золотистая тварь, он бы был ей благодарен за то, что она отвлекает их, заставляя искать ответы на иные вопросы.
— Джек, ты слышишь? Пожалуйста, ответь. Сколько бы ты мне дал, если бы увидел впервые?
— Двадцать, — выдавил из себя после некоторой паузы Монро, Затем добавил: — Ну… может, двадцать два. Не… не больше.
— Ясно. — На Лоулесса навалилась вдруг такая опустошенность, такое отчаяние, что он впервые не смог удержать слез. Из его груди вырвались сдавленные рыдания. С минуту Монро молчал,
— Чарли, сколько бы вам ни было лет… Нет, на сколько бы вы ни выглядели… для меня вы — шериф Оруэлла! Я в этом уверен так же, как в том, что я — ваш заместитель. И если эта дьявольщина изменяет ваше тело, я надеюсь, что она не изменит вашу душу и разум.
Лоулесс ничего не сказал. Он лишь вытирал слезы, низко опустив голову. Ему не было стыдно; он верил, что Джек понимает его. Он знал, что это так.
— Шериф, вы что-то говорили про связь с муниципалитетом. Вы хотели поговорить с мистером Локом, — напомнил Монро.
— Да. — Чарли поднял свои покрасневшие, опухшие от слез глаза и посмотрел перед собой. Фелл-стрит, пустынная и неживая, словно улица из какой-нибудь страшной сказки про вымерший город, расстилалась перед ним, уходя на север.
— Шериф. — Голос Монро как-то странно подрагивал, словно ему приходилось делать невероятные усилия, чтобы говорить ровно. — Раньше я скептически относился к тем, кто говорит, что внешность не имеет никакого значения. — Он помолчал несколько секунд, и Лоулесс слышал его тяжелое дыхание. — Но теперь я вижу, что был не прав. Не то чтобы не прав, но… внешность — это очень и очень мало. — Его голос вдруг стал глухим, сиплым. — Только что вы спасли мне жизнь. Возможно, и мистеру Джонсу. Что-то происходит с вами со вчерашнего вечера, но вы до сих пор держитесь. Потому что думаете прежде всего о других. Я уверен — вы не тот человек, который остановится на половине пути. Что бы ни случилось. Вы — не из таких. Я уверен в этом. И вы мне нужны сейчас больше, чем кто-либо. Внешняя оболочка — ничто. У вас проницательный ум и опыт. Я жду ваших распоряжений, шериф! — Монро замолчал, глядя в стриженый затылок Лоулесса. Казалось, успокаивая шерифа, Джек успокаивал сам себя. Впрочем, именно так оно и было. Оба сейчас были связаны одной цепью. Один идет направо, другой должен следовать за ним. Чарли потихоньку приходил в себя. Его грызла мысль, что чувствует Джек, видя перед собой парня лет на пять младше его самого? Вместо сорокадевятилетнего шерифа! Он мысленно представил себя на месте Монро и почувствовал, как все тело покрылось гусиной кожей. Даже лицо. Интересно, это ощущала, наверное, и бедняжка Миранда Абинери, замерзая в своем теплом доме?
— Джеки! — Собственный голос показался Чарли совсем чужим. — Мы теряем драгоценное время. Лок должен быть в курсе… насчет этих прелестных мушек.
— Да, шериф, — отозвался Монро. — Конечно.
Лоулесс поднес к губам микрофон:
— Муниципалитет! Вас вызывает шериф Оруэлла! — Из рации донесся треск, как будто кто-то ломал сухие ветки для костра, и… все смолкло. Брови Лоулесса нахмурились. — Что за черт?
— Никто не отвечает? — послышался за спиной встревоженный голос Монро.
Шериф попробовал еще несколько раз связаться с муниципалитетом, с Поборски, с братьями Стронгбоу. Тщетно. Могильная тишина, будто они остались одни на всем свете.
— Это совсем плохо, — пробормотал Чарли. — С рацией все в порядке, — сказал он, увидев в зеркальце немой вопрос в глазах Джека. — Но все будто вымерли. Мне
— Что будем делать, шериф? — спросил Монро. — Мне, например, больше всего хочется убраться отсюда подальше.
— Я с тобой согласен, Джек. Ничего не попишешь, нам все равно нужно в муниципалитет. — Он повернул ключ зажигания, но… «форд» не завелся. Какую-то долю секунды Чарли был готов заорать от страха и злости. Но затем раздалось урчание двигателя, и Лоулесс исторг возглас облегчения из самой глубины своих легких. — Твою мать! Я вдруг подумал, что мы не сможем отсюда уехать.
Он аккуратно отъехал от тротуара, посматривая на лужайку перед домом Мориссонов.
— Шериф, — произнес Монро, — жаль, что мы оставляем «комаро» Джонса. Лучше бы мы сели в его тачку.
— Может быть. Но если бы мы не забрались в «форд», мы бы не попали никуда. Наша машина была ближе.
— Да, конечно.
— Я не думаю, чтобы в Оруэлле сейчас кого-то интересовали автомобили даже и пошикарней, чем этот «комаро». Да и Бобу, я думаю, нужен сейчас совсем не он. Пусть остается на месте.
— Да, наверное.
Чарли видел в зеркальце заднего вида, как Джек оглядывается на страшную лужайку.
— Джек, ты бы посматривал за Джонсом, — напомнил он. — Мало ли что… случится.
Монро вернулся в прежнее положение.
— Шериф, но как быть дальше с Джонсом? — Он кивнул на Боба. — Что-то он мне не нравится.
— Не знаю, Джек. Нам бы добраться до муниципалитета, а там будет видно. Во всяком случае, в нормальной обстановке можно принять какие-нибудь меры, чтобы не было больше…. таких дыр ни в чьих головах. Только мне не нравится их молчание, Джек. Настолько не нравится, что сейчас меня это пугает больше, нежели бедняга Боб.
— Мы сейчас будем у муниципалитета. Еще минут пять, — сказал Монро. Он не знал, что ошибается.
Они миновали Бингем-стрит. Лоулесс ехал очень медленно, как будто опасался, что полицейская машина развалится, стоит ему увеличить скорость. Чарли смутно чувствовал — что-то не в порядке. Нет, не пустынная улица или дома, которые выглядели неживыми. Его беспокоило то, что перекресток Фелл и Уотер, где они должны будут свернуть налево, все не показывался. Лоулесс отлично знал свой город, и, как ему казалось, они были в сотне-другой футов от Уотер. «Еще минута, — говорил он себе, — еще минута, и мы свернем». Но вот прошла одна минута, вторая, третья…
— Я не понимаю! — воскликнул Монро на заднем сиденье. — Шериф, что-то мы долго едем, вам не кажется?
Лоулесс посмотрел на часы. По меньшей мере десять минут назад они должны были доехать до Уотер-стрит. А «форд» все продолжал двигаться по Фелл-стрит. Чарли чуть надавил на акселератор, автомобиль загудел сильнее, точно недовольное животное. Прошли долгих пять минут, затем еще.
— Что за хреновина! — ругнулся Лоулесс; нос шерифа зачесался так сильно, что не почесать его было невозможно.
— Но я узнаю почти каждый дом, — процедил сквозь зубы Монро. — Вот здесь живут…
— Мы находимся рядом с перекрестком Уотер, но…
— Где же он, черт возьми? — Джек уже не помнил о том, что рядом с ним Боб Джонс, в теле которого пряталась золотистая муха.
— Должен быть. Должен, — пробормотал шериф.
— Но мы уже минут пятнадцать едем от Бингем до Уотер, шериф! — воскликнул Монро.
— Просто мы едем очень медленно…
— Да мы и пешком уже давно бы дошли до Уотер, — возразил Джек.