Ликвидатор
Шрифт:
— Что вообще случилось?
— В смысле? — Иншеан едва книгу не уронил.
Я махнула рукой на дверь.
— В офисе почти никого.
— Вот ты о чем, — он поставил книгу на место и прошел за стол. — Так ведь Новый Год скоро. Вот и бегают, готовятся.
Иншеан редко удивляется, а сейчас — ощущение, что он меня ждал.
— Отстала я.
— Не то слово. Ничего, наверстаешь, — покопавшись в ящике, БигБосс выложил на стол мое удостоверение оперативника вместе с жетоном и улыбнулся. — С возвращением!
— Спасибо, — я повесила жетон на шею поверх водолазки,
— Не за что, Стася, — начальник обошел стол и встал рядом, пристально изучая меня. — Все хорошо? Мне жаль…
Пожатие плеч вышло каким-то печальным: — Ничего не поделаешь. Я не понимаю многого, но пойму. Когда-нибудь.
— Поймешь. Давно вернулась?
— Час назад. Комиссию надо проходить?
Кириллош помрачнел.
— Не сейчас. С таким психическим состоянием тебя признают негодной к оперативной службе.
Жесткие, но правдивые слова. Правдивые, но от этого не менее болезненные.
— Тогда что?
— Ты осознаешь, что я не могу отпустить тебя одну?
— Что из этого следует — бумажная работа?
— Не в моих правилах списывать со счетов хорошего оперативника из-за такого. Просто поработаешь пока в паре с Тамерланом, — БигБосс сжал мое плечо.
Значит, старший напарник. И не кто-нибудь свободный, а именно Тамерлан. Тимур Бахтишвиле.
— Тим знает?
— Да.
— Почему он?
— Ответ тебе известен. Аннио, хоть и астральник, тут не помощник. А с Тимуром вас вроде как связывают более чем дружеские отношения, — голос шефа был ровным и спокойным. Только рука, сжимавшая мое плечо, выдавала напряжение.
Я только головой покачала:
— Все-то вы знаете.
— Милая моя, вы же оба были как в воду опущенные по возвращении, — Иншеан фыркнул, отпуская мое плечо. — Думаешь, я не помню ваших долгих разговоров? Обрывки ваших мыслей даже «экран» прошибали.
— Мы же сами разобрались.
— Молодцы! Именно поэтому тебе с ним сейчас будет намного проще. Да и он тебя поддержит.
— Я поняла, — Рада я этому или нет — не знаю. — И когда начинаем?
— После праздников.
— После каких?
— Стась, — голос начальника прозвучал очень мягко, — Новый Год на носу.
— А. Ну да, — склероз? Здравствуй еще одна неизлечимая болезнь. Третьей будешь?
— Привыкни вновь к Рауку. Мы пока приведем в порядок документы. А там — что подвернется. Как на магиков реагируешь?
— Как и прежде. Пальцы от спуска держать подальше не могу.
— Умница. А теперь давай, иди.
— Есть, — я не в форме, козырять не буду. Да и к непокрытой голове руку не прикладывают…
Покинув кабинет, я максимально тихо прикрыла за собой дверь, хотя хотелось грохнуть посильнее. Вот так вот ненавязчиво мне дали понять, что я не в форме. И ведь он на сто процентов прав! Прав и все тут… Проскочив приемную, я остановилась. Меня ждали… Тимур стоял напротив кабинета, прислонившись спиной к стене, опустив голову и закрыв глаза. Темные волосы,
— Вернулась, — он не спрашивал, он утверждал. Просто поднял голову и внимательно посмотрел на меня. Карие глаза были серьезны.
— Да, Тим, вернулась.
Оперативник легко оттолкнулся от стенки и широко улыбнулся.
— Я очень этому рад.
За что я его люблю, так это за умение НЕ задавать вопросов.
— А я — не знаю, — честно призналась я.
— А куда мы денемся от нашей работы? — риторически спросил он в ответ и потянул меня к лестнице.
— Работа убивает в нас человека.
— Увы. Она — наркотик.
— Зависимость не лечится.
— А мы разве дадимся? — в голосе проскочило искреннее удивление. В ответ он получил скептический взгляд.
Он прав. Как права и я. Среди шестерых оперативников первой категории в большей степени человек только Богомол. Но он изначально был воспитан в жестких спартанских условиях, так что ничего удивительного. Ну, еще Нир, то есть Аннио изначально демон. Самый старший из нас. Работал еще с предыдущими оперативниками в самом начале их карьеры. Наша работа меняет личность. Все эти стычки, драки, скачки по мирам — из магии в техно, из техно в изолированные — и так дальше в любом порядке давят на психику. Включите сюда разный временной календарь и получите изменяющуюся переменную. Все эти шуточки меняют психику необратимо. Сегодня ты человек, а завтра — зверь в человеческой шкуре. Оборотень, вампир, гаргул… да кто угодно! В мирах полно всякой дряни. И никто не даст гарантии, что твоя личность и память останутся с тобой.
— В кабинет зайдешь?
— Потом.
— Дайкири обидится.
— Не обидится, — я знаю своего помощника лучше кого бы то ни было. Еще один, скажем так, домовой. Кабинетный только. Появился намного раньше Арчи. Да и характер у него пожестче…
— Уверена?
Молчание — золото, не так ли? Я заговорила, только когда мы вышли в парк перед офисом:
— Вечером сам придет. Сейчас тяжело.
Тамерлан заговорил не сразу.
— Если тебе плохо, то…
Но мой жест остановил его:
— Тим, не надо. Иншеан прав. С тобой мне будет легче втянуться в работу… ты же… — я осеклась. Что он? Бывший любовник? Коллега? Друг? Соперник? Да все вместе взятое.
Тимур помолчал, потом обнял меня за плечи и притянул к себе.
— Могу я забрать часть твоей боли?
Ответ был тоскливым: — Оно тебе надо?
— Да, ты… ты мой друг, — и я уткнулась носом ему в плечо. — Спасибо.
Он улыбнулся.
— Ну, крылатая, не грусти. Мы справимся.
— А есть другой вариант?