Ликвидатор
Шрифт:
– Я не… не знаю…
– Ложь! – И добавил с угрозой: – Не заставляйте меня еще раз повторять вопрос…
– Честное слово! Он звонит каждый день, но откуда – не говорит.
– А у вас есть номер его телефона?
– Да. Мобильного… – Она продиктовала.
– Где он живет?
– У него есть квартира в этом доме, но здесь он бывает очень редко. – Анна Исидоровна говорила быстро, едва не взахлеб, будто пыталась таким образом избавиться от своих страхов. – Вторая квартира – в центре Афин… – Она назвала
– Почему вы так думаете?
– Как-то он понадобился очень срочно, и я туда звонила в течение дня. Но никто не отвечал.
– Тогда где он может быть?
– Возможно… – Она вдруг прикусила нижнюю губу ровными белыми зубами.
– Что – возможно? Советую ничего не утаивать.
– У нас здесь есть друг… – Она помедлила, будто собираясь с мыслями. – А у того дом на побережье. Мы однажды туда ездили с Амирханом Заретдиновичем. Насколько мне известно, он там часто бывает… – Анна Исидоровна рассказала, как туда добраться.
– Это все?
– Как на духу. – Она смотрела на меня с мольбой и еще не полностью выветрившимся страхом.
– Вам известно, кто я такой и почему на меня ополчился ваш шеф?
– Он ополчился?! – Женщина смотрела на меня изумленно. – Это вы хотите его убить!
– Простите, не понял…
– Амирхан Заретдинович сказал мне, что вы преследуете его давно… какая-то история личного плана… – Она вдруг замолчала.
– И в ней, естественно, замешана женщина. А я настолько ревнив, что готов пойти на крайние меры.
– Что-то в этом роде…
– Скажите, я похож на безумного ревнивца? – Нет. Теперь вижу, что нет…
Она вдруг зарделась и бросила на меня чисто женский взгляд, в котором смешались и кокетство, и любопытство, и тот вечный зов, что заставляет сильную половину человечества очертя голову бросаться в бездонный омут, именуемый страстью, похотью, животным влечением полов и прочая, без чего немыслимо продолжение жизни.
Теперь она почти успокоилась. В ее черных глазах мелькали искры какого-то мистического огня, обжигая меня невидимыми флюидами.
Я с удивлением и с невольным душевным трепетом констатировал, что нравлюсь Анне Исидоровне, хотя еще минуту назад представлялся ей исчадием ада. Конечно, я догадывался из-за чего произошла такая метаморфоза – женщин всегда тянет на необычное, нестандартное, таинственное.
А если учесть мою весьма привлекательную, на женский взгляд, внешность и ее одиночество, то все становилось на свои места.
Мне она тоже нравилась, хотя я и боялся признаться себе в этом. И давно – с тех пор, как увидел ее в первый раз через линзы бинокля.
Но я не мог оставить ее разгуливать на свободе до тех пор, пока не разберусь с Сеитовым. Конечно, ликвидировать ее я не хотел – Анна Исидоровна была просто пешкой в жестокой игре босса. Да и не мог – она все-таки женщина.
Но
– Ситуация – хуже не придумаешь…
– Хотите выпить? – вдруг спросила она напряженным голосом.
– Разве что чашку кофе, – неожиданно для себя ответил я.
– Я сейчас… – Она легко вспорхнула с дивана и пошла к двери.
Я немедленно последовал за ней.
Кухня поражала чистотой и уютом. Она была просторна и источала запахи неведомых мне пряностей.
– Вы мне не доверяете? – с женской непосредственностью осведомилась Анна Исидоровна.
– Не то чтобы да…
– Не продолжайте. Я вас понимаю…
Кофе оказался отменным. Я видел, что она добавила в чашки несколько капель ликера "Амаретто" и положила мед, от этого напиток стал ароматнее.
– Что теперь будет? – Анна Исидоровна смотрела на меня с какой-то неземной тоской, будто чувствуя беду.
– Если бы я знал… Поживем – увидим.
– Зачем вам Сеитов?
И я рассказал. Почти все, за исключением некоторых чересчур жестоких деталей.
– Господи… – прошептала она, глядя на меня с жалостью и страхом.
– Мне не нужно было вам рассказывать, – с запоздалым раскаянием проронил я, старательно избегая ее взгляда.
– Наверное. Потому что сейчас я чувствую себя преступницей. Я так верила Амирхану Заретдиновичу… А он…
– Он всего лишь выполнял приказ. Видимо, как и сейчас.
– Что вы с ним сделаете?
– Сначала мне нужно разыскать его. А затем просто поговорить, чтобы узнать свою биографию или хотя бы как меня зовут. Если он будет со мной честен, я просто исчезну.
– А если нет?
– Тогда я заставлю его говорить.
– Это жестоко…
– А пустить по моему следу свору убийц, – это как?
– Он хороший человек!
– Хороший человек – не звание, не должность и даже не диагноз. Всего лишь голый субъективизм. Как две стороны Луны – мы видим лишь светлую, но у нее есть и темная. И наверное, ее тоже кто-то наблюдает, какие-нибудь зеленые человечки.
– Вы меня не убедили… но я и вам верю! – Она в отчаянии всплеснула руками. – Как все было просто еще час назад…
– Тут вы в самую точку попали.
– Что вы имеете в виду?
– То же, что и вы, – уклонился я – зачем ей знать, что я мыслил по ее поводу?
– Извините… – Она замялась. – Извините, как вас… как мне вас называть?
– Если бы я сам это знал… Зовите Алексеем.
– Алексей… – Она задумчиво посмотрела на меня и улыбнулась. – Хорошее имя. Подходит.
– Называйте хоть горшком, только в печь не сажайте, – попытался я пошутить.