Лидер Культа. Том I
Шрифт:
На тонкой шее выступают капельки пота. Дыхание учащается. Колени слабеют.
Мне самому становится невыносимо жарко. Хочется уже поскорее закончить, поэтому моя рука проскальзывает под юбку и нащупывает бугорок клитора.
Такой стимуляции Дора не выдерживает.
Пылающая огнем киска стискивает мой член, словно пытаясь откусить, чтобы навсегда оставить внутри себя. Розовласка оборачивается, накрывает мои губы своими и издает сладкий протяжный стон прямо мне в рот.
И без того ватные ноги моей партнерши не выдерживают оргазма и подкашиваются.
Ментальное равновесие Доры Делфи приближается к оптимальному!
Шанс становления верующей приближается к максимальному!
Неплохо, осталось совсем немного.
Я прекращаю фрикции, позволяя девушке отдышаться и прийти в себя.
Девичий язычок какое-то время продолжает лениво изучать мой рот, пока до старосты не доходит, что она делает.
Смущенная Делфи тут же разрывает поцелуй. Затем неожиданно вздрагивает, прикрывает лицо ладонью и отворачивается.
Дора Делфи испытывает злость и стыд!
Шанс становления верующей снижается!
Не понял…
Я оглядываюсь и сразу замечаю неподалеку какого-то офисного планктона, который пялится на нас круглыми от удивления глазами.
Похоже, он все видел…
Глава 36
Я ловлю взгляд вуайериста и с каменным лицом вопросительно заламываю бровь.
Мы едем в тесном душном поезде, каждый по своим делам. У работяги в руках дипломат, а у меня — молодая красивая студентка, которая только что кончила от моего члена.
Совершенно обычный день.
Офисный планктон успешно улавливает мою мысль. Он корчит какую-то тупую гримасу, зачем-то показывает пальцами "сигму" и отворачивается с самодовольным видом.
Убедившись, что мы лишены внимания всяких извращенцев, я шепчу Делфи на ушко:
— Ты такая стесняшка…
Розовласка неуверенно отнимает руку от лица и опасливо озирается.
— На самом деле, тебе стоит переживать не о свидетелях, а о том, куда я кончу. Как насчет внутрь?
Осознав, что мой член все еще внутри нее, твердый и готовый продолжать, девушка вздрагивает и подается вперед в тщетной попытке сбежать.
Моя рука на девичьей талии притягивает Дору обратно, заставляя все еще чувствительную красавицу сдавленно заскулить.
Дора Делфи испытывает страх и возбуждение
Шанс становления верующей приближается к максимальному!
Подавив довольную улыбку, я разочарованно хмыкаю:
— Не хочешь, значит, от меня ребенка?
Оборачиваясь, староста строит умоляющую моську.
Я лукаво ухмыляюсь.
— Тогда как насчет трусиков? Или этой дорогой форменной юбочки… мне даже интересно, как быстро твои подружки заметят мое семя на твоей одежде…
После этих слов Делфи должна была принять мое семя внутрь. Иначе все студенты,
У Доры просто нет выбора.
Однако вместо того, чтобы подчиниться, принять мое семя и стать моей новой верующей, розовласка решительно отталкивает меня.
Делфи не пытается сбежать или позвать на помощь. Она разворачивается, опускается на корточки и, черт побери, сходу заглатывает мой член.
Мой! На всю длину!
Никаких тебе зубов, которые натирают головку члена, как морковку на терке. Никаких неопытно-робких облизываний языком.
Никакого рвотного рефлекса.
От такого внезапно привалившего счастья у меня самого подкашиваются ноги. Приходится схватиться за верхний поручень и приложить все силы к самоконтролю, чтобы не обкончаться в ту же секунду.
Зрительный контакт, впалые щечки, аппетитное, угрожающее выдать нас причмокивание и апогей всего — нежные ладони, которые одновременно надрачивают ствол и ласкают яйца.
У меня никак не получается продержаться сколько-нибудь достойное уважения время.
В голове взрывается фейерверк, а тазобедренные мышцы блаженно сокращаются. Розовласка чувствует это и накрывает пульсирующую головку блестящими от слюны губами.
Дора Делфи, ответственная староста, усердная студентка и вожделенная красавица, о которой мечтают все парни-простолюдины с нашего потока, с готовностью принимает каждую каплю моей благодати.
Продолжая работать ручками, розовласка выдаивает меня досуха. Затем осторожно, стараясь не издавать непристойных звуков, выпускает изо рта член.
Не разрывая зрительного контакта, Делфи проглатывает всю порцию моего семени. Поморщившись, она показывает пустой ротик с гримасой типа: "Ну что, доволен?".
Такое поведение в таком положении одновременно меня и забавляет и вымораживает.
Кажется, она так ничему и не научилась.
Я помогаю девушке подняться на ноги. Надо бы кое-что ей растолковать… однако в этот момент вместе с оповещением об окончании действия Приказа из динамиков раздается вежливый голос:
— Станция "Академическая". Переход на…
Не дожидаясь, когда двери раскроются полностью, розовласка мышью выскальзывает наружу. Я едва успеваю убрать член в брюки прежде, чем толпа выталкивает меня следом.
Оказавшись на станции, я с удовольствием вдыхаю свежий утренний воздух. Как ни крути, но на мой взгляд именно весна — очей очарованье. Весна, зеленая природа и цветущие девушки в легких платьях и коротких юбках.
Последние сразу бросаются в глаза. Студентки Императорской академии. Ну, и студенты тоже. Повезло, что они ехали в других вагонах. Хотя нас с Делфи они игнорируют, видимо, не из нашей группы.