Лицо в темной воде
Шрифт:
Инга Александровна поправила очки.
– Я всего лишь хочу сказать, что адвокаты не решат ваших проблем.
– Ты это уже сказала. Но, кроме адвокатов, у меня никого нет. И потом – Домбровский прав. Если я с ней не помирюсь, она выпотрошит меня, как курицу. Она зафиксировала синяки! А это уже не шутки.
Инга Александровна внимательно посмотрела на своего шефа сквозь мерцающие стекла золотых очков.
– Вы очень умный человек, Руслан Маратович, – негромко сказала она. – И наверняка что-нибудь придумаете.
Шуравин
– Что именно? Убить мне ее, что ли? Возможно, я бы так и сделал, будь я не продюсер, а…
Внезапно он осекся. Инга Александровна смотрела на него все тем же внимательным и спокойным взглядом.
– Хорошая мысль, – проговорила она вдруг.
– Что… – Шуравин сглотнул слюну. – Что ты имеешь в виду?
– То, о чем вы только что сказали. Насчет того, что есть всего лишь один шанс остановить вашу жену.
Некоторое время Руслан Маратович сидел молча. Потом провел ладонью по взмокшим волосам и растерянно произнес:
– Это была шутка. Просто шутка.
– Шутка, – эхом отозвалась Инга Александровна. – Я понимаю. Но ведь можно взглянуть на эту проблему и более серьезным взглядом, правда?
Руслан Маратович нахмурился, посмотрел на стакан и принялся взволнованно покручивать его в пальцах.
– Ну, допустим… – глухо сказал он. – Это, конечно, бред, но… Допустим, что это случится. Но что дальше? Я хочу сказать: что будет, если меня поймают? Что тогда? Я, знаешь ли, не горю желанием отправиться за решетку.
– Если все сделать правильно – не поймают, – уверенно проговорила Инга Александровна. – Главное, никому ничего не рассказывать. И все тщательно продумать. Есть люди, которые делают это профессионально. Все, что вам нужно, – найти такого человека.
Шуравин посмотрел на помощницу из-под нахмуренных бровей, стараясь понять, шутит она или действительно говорит всерьез. Инга Александровна холодно улыбнулась.
– С людьми постоянно что-нибудь случается, Руслан Маратович. Кто-то попадает в аварию, кто-то падает с балкона, кто-то вообще ломает себе шею, поскользнувшись на банановой шкурке. Мир так сложен и опасен, что никогда и ничего нельзя сказать наверняка.
Шуравин криво ухмыльнулся и процедил:
– Если она упадет с балкона, все обвинят в этом меня.
– Значит, с ней произойдет что-нибудь другое, – произнесла Инга Александровна. – Вариантов множество. Главное – выбрать самый подходящий.
– Черт… Да я вообще не понимаю, о чем мы тут говорим! – внезапно вспылил Шуравин.
– Мы ищем способ решить вашу проблему, – спокойно сказала помощница. – И мы его найдем. Я могу посоветовать вам одного человека. Он очень большой профессионал в своей области.
Руслан Маратович посмотрел на нее так, как смотрят на смертельно опасную вещь, которую не хочется брать в руки.
– Что за человек? – тихо пробормотал он.
– Вы наверняка о нем слышали, – ответила Инга Александровна. – Люди называет его Скрипач.
Лицо
– Но… он ведь бандит.
– Верно. Однако его еще ни разу не сумели прижать. И никто не смог доказать, что он занимается чем-то незаконным.
Шуравин хмыкнул.
– Обычно я не связываюсь с такими людьми, – проговорил он. – И потом, я не знаю его лично.
– Я была знакома с ним лет десять назад, – сказала Инга Александровна. – И знаю, что на этого человека можно положиться.
Руслан Маратович внимательно посмотрел на помощницу и вдруг усмехнулся:
– Ты просто женщина-загадка, Инга.
Она чуть пожала плечами.
– У каждого из нас есть прошлое, Руслан Маратович. И я не исключение. В ту пору практически весь бизнес в России был криминальным, и такие люди, как Скрипач, пользовались уважением и спросом.
Шуравин наморщил лоб.
– Ну, допустим, – задумчиво произнес он после паузы. – Допустим, ты меня с ним сведешь…
– Я вас с ним сведу, – подтвердила Инга Александровна. – И поручусь за вас.
– Допустим, ты это сделаешь, – продолжил Шуравин. – Но я не могу понять: ты-то зачем в это ввязываешься?
Инга Александровна чуть дернула уголками губ, что, должно быть, обозначало у нее улыбку.
– Мне нравится моя работа, и я не хочу ее потерять, – сказала она. – Кроме того, я рассчитываю на небольшую премию. Но не беспокойтесь, для вас это не станет финансовым ударом. – Инга Александровна подняла руку и посмотрела на циферблат наручных часов. – Через пять минут у вас переговоры по поводу гастролей Дины Васильевой по городам Урала.
– Что? – не сразу понял Шуравин. – Ты серьезно?
– Конечно. Будущий развод – не повод отменять гастроли. У Дины Борисовны есть перед вами определенные обязательства. Если она откажется, вы потребуете с нее неустойку. Это оговорено в вашем с ней договоре.
– Серьезно? – Шуравин задумчиво поскреб пальцами щеку. – Черт… Я об этом совсем забыл.
– Поэтому вы меня при себе и держите – чтобы я вовремя вам обо всем напоминала. Этот гастрольный тур должен принести вам около двух миллионов рублей. Сумма не грандиозная, но отказываться от нее не стоит. Кроме того, если с Диной Борисовной произойдет несчастный случай, то пусть он произойдет подальше от Москвы.
Брови Шуравина снова съехались на широкой переносице.
– Гм… В этом что-то есть. Но моя жена… – В глазах его снова появилось сомнение. – Она вряд ли согласится… После всего, что произошло.
– Позвоните ей, – просто сказала Инга Александровна. – И напомните про ее обязательства. Только сделайте это вежливо.
Инга Александровна взяла со стола мобильник Шуравина и протянула его своему боссу.
13
– Я воспитывалась в детдоме, – произнесла Дина, лежа в постели и нежно гладя ладонью худую жилистую грудь Ивана.