Лицо страха
Шрифт:
— Привет, — сказал он охраннику.
Пока он шел, он достал пистолет из кармана и предъявил свой золотой знак «Полиция». Его голос глухо отразился эхом в зале с мраморными стенами и высоким потолком.
— Что-то случилось? — спросил охранник.
— Кто-нибудь работает так поздно вечером?
— Только четверо.
— Все в одном офисе?
— Нет. А что такое?
Боллинджер показал на открытую регистрационную книгу на стойке:
— Мне нужны имена всех четверых.
— Посмотрим
— Где я могу найти Отта?
— На шестнадцатом этаже.
— Как называется его офис?
— "Импорт альпинистского снаряжения".
У охранника лицо было круглое и бледное.
У него был невыразительный рот и небольшие усики. Когда на его лице появилось удивленное выражение, усики почти полностью исчезли под ноздрями.
— На каком этаже работает Макдональд?
— На том же, на шестнадцатом.
— Он работает с Оттом?
— Верно.
— Только эти четверо?
— Только эти четверо.
— Может быть, кто-то еще работает так поздно, а вы не знаете этого?
— Эта невозможно. После половины шестого каждый, кто поднимается наверх, должен отметиться у меня. В шесть часов мы проходим по каждому этажу, чтобы проверить, кто задерживается допоздна. Они отмечаются у нас, когда уходят. Администрация здания ввела пять строгих правил безопасности. Это одно из них. — Он похлопал по книге записей; — Если вдруг возникнет пожар, мы точно знаем, кто в здании и где можно их найти.
— А что с обслуживающим персоналом?
— Кого вы имеете в виду?
— Уборщицы, рабочие. Кто-то работает сейчас?
— Только не в пятницу вечером.
— Вы уверены?
— Конечно, уверен. — Он был явно недоволен допросом и начинал сомневаться, следует ли ему отвечать. — Они придут на целый день завтра.
— А инженер здания?
— Шиллер? Он работает в ночную смену.
— Где Шиллер?
— На нижнем этаже.
— Что там?
— Полагаю, он осматривает один из водяных насосов.
— Он один?
— Да.
— Сколько еще охранников?
— Вы не собираетесь объяснить, в чем дело?
— Ради Бога. Чрезвычайная ситуация, — сказал Боллинджер. — Сколько еще охранников, кроме вас?
— Только двое. А какая чрезвычайная ситуация?
— Угроза взрыва бомбы.
Губы охранника затряслись. Усы, казалось, совсем исчезли.
— Вы разыгрываете?
— Мне бы хотелось, чтобы это было так. Охранник поднялся со стула и встал перед стойкой. В тот же момент Боллинджер поднял «вальтер».
Охранник побледнел:
— Что это?
— Пистолет. Не стоит бежать за помощью.
— Слышишь? Это угроза взрыва... Я не поверил в это.
Боллинджер рассмеялся:
— Это правда. Я уверен в этом.
— Эй, этот пистолет с глушителем?
— Да.
— Но ведь полицейские
Боллинджер дважды выстрелил ему в грудь. Силой удара охранник был отброшен к мраморной стенке. Какое-то мгновение он стоял очень прямо, словно ждал, что кто-то измерит его рост и сделает отметку на стене. Затем он рухнул.
Часть вторая
Пятница, 20.00 — 20.30
16
Боллинджер мгновенно отвернулся от убитого им человека и посмотрел на входные двери. Никого не было, никто не проходил мимо. Никто не мог видеть убийство.
Двигаясь быстро, но спокойно, он сунул пистолет в карман и подхватил тело под руки. Он оттащил его к небольшому промежутку между первыми двумя лифтами. Теперь всякий, кто будет входить в двери, увидит только пустой вестибюль.
Мертвец смотрел на него, его усы казались нарисованными на губе.
Боллинджер вывернул карманы охранника. Он увидел несколько монет, помятую пятидолларовую банкноту и связку из семи ключей.
Он вернулся в вестибюль.
Ему хотелось пройти прямо к двери. Но он понимал, что это была не очень хорошая идея. Если люди, следящие за системой наблюдения, увидят, как он запирает дверь, они будут удивлены. Они спустятся все разузнать, и он потеряет фактор неожиданности.
Он помнил все детали плана здания, который изучал в полдень; он спокойно прошел в дальний конец вестибюля и вошел в маленький коридор слева. Четыре комнаты выходили в коридор. Вторую справа занимали охранники. Дверь была открыта.
Стараясь, чтобы его мокрые ботинки сильно не скрипели, он подошел к открытой двери.
Внутри два человека разговаривали о своей работе: высказывали недовольство, но беззлобно.
Боллинджер вытащил пистолет из кармана пальто и шагнул в открытую дверь.
Охранники сидели за маленьким столом перед тремя телевизионными экранами. Они не следили за мониторами, они играли в карты. Старшему из них было лет под пятьдесят. Плотный, с седыми волосами, у него было бугроватое лицо профессионального боксера. Имя «Нили» было вышито на левом кармане рубашки. Он был медлителен. Посмотрев на Боллинджера, не отреагировав должным образом на оружие, он произнес без страха:
— Что это?
Второму охраннику было около тридцати. Худощавый, с аскетическим лицом, бледными руками. Когда он повернулся, чтобы взглянуть, что привлекло внимание Нили, Боллинджер увидел надпись «Фолкнер», вышитую на его рубашке.
Он застрелил Фолкнера первым.
Схватившись руками за простреленное горло, Фолкнер откинулся назад в кресло.
— Эй! — Толстый Нили был, наконец, на ногах. Его кобура была застегнута, и он возился с ней.
Боллинджер дважды выстрелил в него.