Лицо со шрамом
Шрифт:
Тони стрелял из укрытия с ледяным хладнокровием и убийственной меткостью. Один из противников упал и остался лежать. Второй тоже упал, но потом кое-как поднялся и, прихрамывая, удрал вместе с третьим. Враги были повержены.
Вдали взвыла сирена: характерное «виу-виу-виу!» принадлежало патрулю Детективного бюро. Наверняка примчались на выстрелы. Тони выскользнул из укрытия и, даже не удостоив неподвижного противника взглядом, прошмыгнул мимо. Нагнал телохранителя и на бегу затащил его в темный вонючий переулок.
– Отличная работа, приятель! – Тяжело дыша, Тони передал ему двадцатидолларовую банкноту. – Одного замочили, другого ранили, теперь надо
Телохранитель кивнул и на выходе из переулка исчез в темноте, свернув направо. Сам Тони пошел налево и уже через пять минут удалился от места стрельбы на семь кварталов. За время недолгой прогулки он успел о многом подумать. Тот мертвец был явно из банды Спинголы. Полицейские, которые обнаружат тело, разумеется, тоже это поймут, а там сложить два плюс два не составит большого труда. Его тут же станут искать. C одной стороны – копы, с другой – банда Спинголы, потому что после сегодняшнего они еще больше захотят мести. В городе станет чересчур опасно, надо бы на пару месяцев уехать. Только куда? Чем заняться?
Вспомнился призыв, виденный в тот день на киноэкране. Ха! Можно записаться в армию. Если так подумать, это сулит ряд преимуществ: никто не догадается там искать, да к тому же путешествия, возможность посмотреть мир, причем за бесплатно. Раз вмешалась Америка, война долго не продлится – небольшие приятные каникулы.
Меж тем положение становилось серьезным. Полиция должна была вот-вот начать поиски Тони по всем известным берлогам. Он не осмеливался пойти ни к родителям, ни к Вивиан, ни к О’Харе и позвонил тому из аптеки.
– Привет, Клондайк. Это Тони. Я только что выиграл в небольшой битве с парочкой ребят Спинголы. Одного насмерть, второго оцарапало. Наверное, легавые меня уже ищут. Решил ненадолго убраться из города. Хотел бы перед отъездом потолковать с тобой и Вивиан, но не решусь пойти ни к тебе, ни к ней. Может, встретимся где-нибудь?
– Пожалуй, лучше всего это сделать на квартире у одной из моих дам. – O’Хара назвал адрес. – Там наверняка безопасно. Я сразу поеду к ней и буду тебя ждать.
Позвонив Вивиан, Тони поймал такси. По названному адресу стоял большой многоквартирный дом в спокойном квартале. Выяснив, что нужная квартира на третьем этаже, он поспешил наверх и тихо постучал. О’Хара впустил его внутрь и представил крупной, похожей на лошадь блондинке по имени Герти, обладательнице густых волос цвета соломы и голубых глаз с темными кругами от разгульной жизни. Ее пышные телеса были завернуты в лавандовый пеньюар, щедро отделанный крашеным мехом. Дополняли картину лавандовые шлепанцы с огромными помпонами, надетые на босу ногу. Герти громко и утробно смеялась по малейшему поводу и все суетилась, тревожась, что кому-нибудь не хватит выпивки. Квартира а-ля французское рококо с голубой тафтой на стенах ломилась от вычурной мебели.
Тони быстро объяснил положение дел и сказал, что планирует ненадолго покинуть город. О’Хара это одобрил и пообещал каждую неделю посылать Вивиан и миссис Гуарино долю прибыли, что причиталась Тони с его начинаний.
Затем прибыла Вивиан, и О’Хара с редкой в людях его типа прозорливостью вывел Герти в другую комнату, оставив их наедине.
– Тебя могут убить.
– Ну, – усмехнулся Тони, – здесь меня тоже либо кокнут, либо засадят на много лет.
– Тони, а как же я без тебя? – шмыгнула носом Вивиан.
– Я договорился с О’Харой, он каждую неделю будет посылать тебе деньги, – рассудительно ответил парень. – Пару месяцев продержишься, потом и я вернусь. А я вернусь, не сомневайся. И надеюсь, – в его голосе появилась нотка угрозы, – ты меня дождешься.
– Дождусь, Тони, конечно, дождусь. – Прижавшись к нему и безудержно всхлипывая, она осыпала его лихорадочными поцелуями. – Если бы ты знал, малыш, как я тебя люблю! Возвращайся, пожалуйста!
Он впился в губы Вивиан со всей той страстью, что некогда побудила его рискнуть ради нее жизнью и совершить убийство.
О’Хара отвез Тони в Саут-Бенд; парень лежал на дне кузова, пока они не покинули пределы города. Около часа ночи прибыл нью-йоркский поезд. Двумя днями позже Тони уже был в армии, стал недосягаемым для своих врагов. В те времена рекрутам не задавали много вопросов.
Глава 6
Из Тони Гуарино вышел хороший солдат. Его отправили к пулеметчикам, и ему там понравилось. Офицеры не уставали поражаться хладнокровию новобранца под огнем – не знали, что смотреть смерти в глаза для него обычное дело. К тому же отражать атаки дома приходилось без тысяч помощников, да и окопы в уличных битвах не защищали. В общем, Тони счел войну довольно простым занятием и с удовольствием в нее включился.
За полгода он заработал лычки старшего сержанта. В батарее служили преимущественно деревенские ребята, которые имели с Тони мало общего и не питали к нему особой симпатии, но трудноопределимое «нечто» прирожденного лидера заставляло их подчиняться без вопросов. Однажды во время тяжелого ночного боя в лесу Тони пришлось применить свои лидерские качества в деле. Полуслепой от собственной крови, он вывалился из темноты, таща на себе бесчувственное тело капитана, и увидел, что всех офицеров вывели из строя и отряд на грани паники. Осторожно опустив капитана, он велел двум сослуживцам взять аптечку первой помощи и сделать все возможное, затем вытер кровь с глаз и спокойно принял командование на себя. Вскоре после рассвета полковник с удивлением обнаружил под началом Тони три батареи, которые общими усилиями без труда удерживали свой участок периметра. Сам Тони сидел на пригорке, где его в любую минуту мог снять вражеский снайпер, и с пистолетом на колене цепким взглядом обшаривал линию обороны в поисках возможных дезертиров. Это надо было видеть! Босые ноги облеплены грязью, голова обмотана окровавленным носовым платком и портянками…
– Вот же нахал, чтоб его! – повернулся полковник к своим офицерам. – Взял все в свои руки и справляется лучше, чем многие майоры! Прорвись здесь фрицы, уничтожили бы нас подчистую.
– Эй, слезай! – окликнул он Тони из грязной траншеи, по которой пришел, собирая остатки своего полка. – Иди перебинтуй раны.
– У нас некому командовать, – возразил Тони. – Большинство офицеров отдали концы, а некоторых я отправил в тыл – заштопать. Конечно, в сознании они не согласились бы, но все поотключались, чисто лампочки, так что совершенно не доставили хлопот. Ребята отлично сражаются, если за ними присматривать, – продолжал он, – однако без надзора начинают слегка нервничать. Останусь здесь, пока не прибудет какой-нибудь командир.