Лицо любви

Тиммон Джулия

Удивительный человек, снова подумала Кристина. Как жаль, что я несвободна.

— Спасибо, Фредерик. — Она протянула руку. — Если помощь потребуется, непременно позвоню.

Оливер сидел на диване перед выключенным телевизором, когда уставшая, но довольная проделанной работой Кристина вернулась наконец домой.

— Где ты была? — приступил он к допросу, вскочив на ноги. — Почему не оставила записку, не позвонила?

Кристина обвела его недоуменным взглядом.

— Если тебе было нужно,

позвонил бы сам. Телефон я целый день ношу с собой.

— Э-э… я… — Оливер нервно провел рукой по черным, небрежно зачесанным назад волосам. Кристина обратила внимание на то, что он не в халате, как любил ходить дома, а в джинсах, рубашке и даже еще в куртке. — Я сам только что пришел, — с вызовом заявил он. — Потому что до сих пор работал. А вот где пропадала ты — вопрос.

Кристина взглянула в его бегающие глаза и вдруг почувствовала не то отвращение, не то жалость — что-то неприятное, такое чувство, появление которого говорит, по-видимому, о финале любви. Какой лживый у него взгляд, отметила она, вдруг ощутив себя прозревшим слепцом. Почему я так долго не хотела этого признавать?

— Где ты была? — повторил Оливер медленнее, меча глазами стрелы. — Ответишь, наконец, или нет?

— А почему это ты так забеспокоился? — спросила Кристина. — Целую неделю будто не видел меня, а тут вдруг набросился чуть ли не с угрозами.

— Я прекрасно тебя видел, — процедил Оливер. — Просто был потрясен твоей подозрительностью и не мог с тобой разговаривать.

Кристина засмеялась.

— Поставь себя на мое место. Да если бы я стала вести себя, как ты, ты не то что начал бы подозревать меня, а извел бы бесконечными выяснениями. — Она вздохнула и провела по лбу рукой. — Прости, я очень устала. Хочу поскорее лечь.

— Нет, давай сначала поговорим.

— Я ведь говорю: смертельно устала. — Кристина, не добавляя больше ни слова, повернулась и пошла в спальню. Оливер последовал за ней.

— Ты что, опять устроилась на посменную работу? Куда? — более мягко, даже заискивающе спросил он.

— Нет, не на посменную. Буду работать по собственному графику, — сказала Кристина, снимая жакет. — Вместе с Норой.

— С Норой Киддер? С которой вы вместе работали в «Оазисе»?

— Да, — утомленно ответила Кристина, уже поворачиваясь в сторону ванной. Оливер удержал ее, взяв за руку и притянув к себе.

— Малышка, — нежно прошептал он. — Умоляю, давай поговорим.

Надо было последовать его примеру — сказать, как прежде он, категоричное «нет», но Кристина так не смогла. Хоть и, взглянув на него, сильнее ощутила то странное чувство.

— Хорошо, давай поговорим.

Она высвободила руку и села на стул. Оливер опустился перед ней на корточки и хотел, как частенько делал раньше, уткнуться лицом в ее колени. Кристина подняла руки и наморщила лоб.

— Только, пожалуйста, без этого.

Он продолжительно и с тоской посмотрел ей в глаза — впервые за долгое-долгое время прямо.

—

Тебе неприятно?

— Если честно, да.

Оливер медленно, будто каждое движение причиняло ему боль, поднялся и сел на край кровати.

— А когда-то мои ласки радовали тебя, точно ребенка.

— Это «когда-то» давно осталось в прошлом.

В Кристине что-то изменилось с того дня, когда она уволилась из кафе и повстречала Фредерика. Она стала тверже, решительнее, взрослее. Может, потому что отважилась открыть салон. Или потому что поняла, что слишком много времени и любви потратила на человека, ее не достойного. Или ей помогла дружба с Фредериком?

Фредерик… Вспомнив о нем, она чуть не улыбнулась, но вовремя одернула себя — улыбка была бы сейчас совсем не к месту.

— В прошлом? — убито переспросил Оливер после продолжительного молчания.

Говорит вроде бы искренне, заметила про себя Кристина. Как давно я не видела его таким! Только страдание его какое-то странное. Создается впечатление, что он с чем-то борется внутри себя, что запутался и не знает сам, чего хочет…

— Оливер, давай по существу, — попросила она, вдруг почувствовав, что не желает погрязать в его внутренних конфликтах и помогать ему выбираться из путаницы, в которую он добровольно втянулся. — Тебя интересует, как я решила вопрос с работой?

Оливер вскинул руки.

— Разумеется!

Кристина вздохнула и кратко рассказала ему все, что успела сделать для будущего салона. От изумления Оливер буквально разинул рот.

— Девочка моя! Неужели ты на такое решилась? И все это организовала? Одна, без посторонней помощи?

Кристина усмехнулась.

— Не без помощи. У меня, слава богу, есть друзья.

— Да-да, конечно… — растерянно пролепетал Оливер. — Но почему… я узнаю об этом последним?

Кристина криво улыбнулась.

— И меня интересует этот вопрос. Я попыталась рассказать тебе в тот самый день, когда уволилась от Олсуорси. Но ты не изъявил ни капли желания меня выслушать.

Оливер всем своим видом выразил удивление.

— Кстати, как дела у Донны? — спросила Кристина, вдруг вспомнив про тот поздний звонок.

— У Донны? Откуда мне знать? — Оливер тряхнул головой, но тут вдруг почему-то смутился и развел руками. — То есть… она больше не звонила.

— Ясно.

Глаза у него опять забегали, подумала Кристина, как ни странно, без былого мучения. Врет, как всегда в последнее время. Может, он и поначалу лишь пудрил мне мозги, но я была слишком в него влюблена, чтобы понять это или хотя бы заподозрить неладное.

— Послушай, Оливер, — сама того не ожидая, вдруг произнесла она. — Тебе не кажется, что наши отношения исчерпали себя?

Оливер вздрогнул.

— Что?

Кристина провела рукой по лицу. Она и не думала, что заведет с ним речь о расставании именно сегодня, вообще ничего такого не планировала, но была к этому как будто готова.