Личный выбор
Шрифт:
— Ну-у... есть тут один вариант... — лихорадочно зыркая по сторонам, осторожно предположил Козырь, сглотнув подступившую к горлу слюну. — Клуб «Старый диктатор» знаешь? Это на...
— Допустим, — перебил Валера, ощутив, как по спине пробежала горячая волна. «Неужели сразу и в жилу?! Колись, колись же, черт неумытый!»
— Там работает вышибалой бывший профессиональный кикбоксер по кличке Чак. Однажды в бою на Кубок Европы ему повредили сустав на ноге, пришлось с большим спортом завязать. Облом приметный — ростом два ноль шесть и всегда ходит в белой рубашке с вышитым
— Он каждую ночь там торчит или есть сменщик?
— Сменщик есть, но Чак в дискотеке почти всегда... — хватая подпрыгивающими пальцами стакан с остатками темной колы, кивнул Козырь. — Он торгует «коксом» и «экстази». А товар как раз берет у Гоблина... Они вообще корефаны по жизни, Гоблин часто с ним ошивается. Однажды я случайно видел их в Зеленогорске, с двумя мочалками, в тачке у Чака. У него «бэмка» нехилая, красный кабриолет. Да и вообще он бабник первостатейный.
— Почему раньше я ничего не знал про этого облома? — строго спросил Дреев, вдавливая окурок в пепельницу. — Опять тихаришься, Илюша... Или забыл, как «бычки» в глазах шипят?
— Так, это... вы не спрашивали ничего, — потупился Козырь. — У меня по всему Питеру сотни всяких знакомых, сразу и не вспомнишь.
— Ладно, не ссы, — примирительно ухмыльнулся капитан. — Ты фамилию этого вышибалы знаешь?
— Нет... — мотнул головой информатор. — Только кличку. Но рожа у него протокольная, такого один раз увидишь, потом всю жизнь помнить будешь. На артиста американского Дольфа Лундгрена чем-то похож, только волосы черные и бицепсы покруче. Приложит в табло легонько, мало не покажется... В «Диктаторе» его каждая собака знает, так что пацаны сильно не бузят. Чревато. Если очень хочется — выходят биться на улицу...
Капитан наконец рванул свою рюмку водки.
— Хочешь бесплатный совет?
— Ну... — без энтузиазма покосился на Валеру тайный осведомитель.
— Бросай бухать, понял? Здоровье не купишь. Все, мне пора.
Капитан встал с кресла и протянул поднявшемуся вслед за ним похмельному Козырю руку.
Тот вяло стиснул ее влажными прохладными пальцами и поплелся следом за опером в коридор.
«Пристукнуть бы его как-нибудь, чтобы раз и — всё... — с грустью подумал наркобарыга, глядя на широкую спину прочно держащего его на крючке мента. — Звездануть молотком по затылку, а потом разрубить на куски и вывезти за город, на болота!»
— Да, кстати... — уже положив руку на дверной замок, неожиданно обернулся Дреев. — Когда ты, наконец, поставишь себе телефон? Случись вдруг хренотень — никакой оперативной связи с агентом. В общем, так... — Он больно ткнул крепким, как камень, указательным пальцем в хилую и бледную грудь сбытчика «дури». — Чтобы сегодня же сходил в «Дельту» и оформил себе мобильник. Насчет отсутствия денег не звезди, знаю я твои доходы. Второй раз повторять уже не стану, увижу, что трубы нет, — сразу прилетит в табло. Усек?
— Ладно, — обреченно буркнул, отведя взгляд в сторону, Козырь. — Сделаю...
«В следующий раз точно убью! — подумал он со злостью, закрывая за шагнувшим на лестницу опером тяжелую входную дверь квартиры. — Достал, сука легавая, кончилось мое терпение».
МЕДСЕСТРА
Свернув с проспекта, оставив позади райотдел милиции и взвизгнув тормозами, «Волга» вскоре остановилась у парадного входа в расположенный в бывшем административном здании на Гражданке коммерческий медицинский центр «Славия», верхний этаж которого занимала клиника пластической хирургии.
Тот, что представился Ткачевым, достал из-под куртки пистолет, загнал патрон в ствол и убрал оружие в боковой карман. Взялся за дверную ручку автомобиля, а потом, словно позабыв задать вопрос раньше, посмотрел на Евгения и спросил:
— Кто сейчас в клинике?
Это прозвучало так, словно офицерам спецслужбы предстояло не торчать у компьютерного монитора, а, как минимум, освобождать захваченных бешеными чеченами заложников.
— Одна дежурная сестра и два пациента в стационаре, обе женщины, — бесцветно отозвался Блох. — Вы кого-то боитесь?! Напрасно.
— Выходи, лепила. И не нервируй меня. Предупреждаю в первый и последний раз, потом сразу в рожу, — полуобернувшись назад, наконец подал голос сидящий за рулем широкоплечий парень. Похоже, в этой «парочке» он был старшим. — Топай!
Вышли из машины, поднялись по ступенькам к двери, над которой висела потайная видеокамера.
Только сейчас Евгений обратил внимание, что в руке грозного водилы покачивается плоский, судя по виду — увесистый чемоданчик.
Нажав комбинацию на пульте, Блох распахнул дверь и первым прошел внутрь. Не оглядываясь на спутников, поднялся по лестнице на четвертый этаж, где над бронированной дверью в клинику находилась вторая видеокамера. Снова пробежался пальцами по пульту, дождался тихого щелчка и вошел в офис.
Миловидная темноволосая девушка в идеально отглаженном голубом медицинском костюме, сидящая за столом у стены, при виде вошедшего врача быстро опустила кисточку во флакончик, торопливо встала и чуть удивленно перевела взгляд на сопровождающих шефа незнакомых мужчин с каменными лицами.
— Привет! Как себя чувствуют наши уважаемые дамы, Анечка?! — улыбнувшись резиновой улыбкой, мимоходом поинтересовался Евгений, направляясь вперед по коридору, к своему кабинету. — Жалоб нет?!
— Нет, Евгений Викентьевич, все хорошо! Они сейчас спят, — с энтузиазмом ответила девушка. — Может, я приготовлю кофе?..
— Обойдемся, — бросил эскулап, доставая из портмоне пластиковую карточку.
Миновав секретаря, он чиркнул электронным ключом по сканирующему устройству и вошел в кабинет.
Включил компьютер, набрал пароль доступа к одной из трех групп файлов, не самой конфиденциальной, и, поймав колючий взгляд старшего из фээсбэшников, небрежным жестом указал на монитор, на котором появилась голубая сетка «нортона» с именами файлов.
— Приступайте, прошу! А я, если не возражаете, пока вздремну. Спать, знаете ли, очень хочется! — Под пристальными взглядами службистов Блох пересек помещение и демонстративно развалился на длинном кожаном диване у стены, рядом с мерцающим подсветкой большим аквариумом. — Не возражаете?!