Личный кодекс
Шрифт:
трусики. Уоттс обернул трусики вокруг моих запястий, связывая их между собой.
— Хочу поиграть с тобой. — Его горячее дыхание прожигало плечо. Он провел
ладонью по моему бедру и раздвинул мне ноги. — Сейчас ты будешь моей игрушкой, и
скоро я стану твоей.
Он снова толкнулся в меня. В этой позиции он ударял в нужную точку, посылая
волны адреналина по моей крови, вынуждая меня кричать от наслаждения.
— Уоттс... Да...
— Кончи для меня, Кэтрин. — Слова были произнесены невозмутимо, он привык
командовать.
Уоттс
Широкая ладонь, лежащая на моей спине, двинулась вниз, поглаживая мою попку, бедра,
направляясь туда, где он меня трахал.
Кончик его пальца опустился на клитор. Он не кружил по нему. Не выводил круги.
Ничего подобного. Только его палец, ритмично пульсирующий, как будто нажимая на
кнопку. Его действия толкали меня к оргазму, ближе, пока я снова не выкрикнула его имя,
и мой оргазм взорвался во мне, заставляя приподнять бедра с кровати, встречая неистовый
ритм его движений.
Я почувствовала вторую руку на своей щеке, он наблюдал за моим выражением
лица.
Уоттс не убирал пальцев, пока мой оргазм продолжался. Я чувствовала его все
сильнее и интенсивнее. С одной стороны, мне хотелось, чтобы он убрал его, с другой —
чтобы оставил, заставляя меня испытывать то, чего не знала раньше.
Он развернул меня, и я оказалась лежащей на спине. Он вытянул свои руки и взялся
за мои, все еще связанные.
— Ты такая тугая, — произнес он, вколачиваясь в меня сильнее, — и ты все еще
кончаешь. Я чувствую это.
Мои мышцы сжались вокруг его члена, пульсируя и приближая его к обрыву.
Его толстый член напрягся внутри меня, и его лицо приобрело красный оттенок. Он
толкнулся в меня еще глубже, не сдвигаясь, и откинул назад голову. Я больше не могла
видеть его лицо, но слышала его тяжелое дыхание. Почувствовала, как его член дёрнулся
и взорвался внутри меня, он бурно кончил.
Некоторое время мы молчали. Я не могла сфокусировать взгляд, было ощущение,
что я вообще нахрен ослепла.
Глава 16
Уоттс
Кэтрин уснула после нашего второго раунда, который был медленнее, чувственнее и
изнурил нас в лучшем смысле этого слова. Мы делали это жестко и быстро, трахались
яростно в первый раз, так что второй раз был моментом, когда стоило замедлиться.
У нас еще будет время — много времени — для проверки ее пределов. И у меня
было
Было начало одиннадцатого, лёжа рядом с ней слушал ее сонное дыхание. Она была
на своей стороне, а я рядом. Кэтрин была со мной настолько непринужденной, ее тело
настолько было приспособлено под моё, будто мы делали это уже сотни раз.
Она зашевелилась, когда я провел кончиками пальцев по ее руке от локтя до плеча.
Черт, эти плечи. Это было странное влечение для меня. До Кэтрин я всегда фокусировался
на тех частях женского тела, которые привлекают всех мужчин: сиськи, ноги и попка. У
Кэтрин с этим было все более чем в порядке, но было что-то соблазнительно живописное
в контуре ее плеч. Может быть, дело в освещении, и я смотрел на нее под абсолютно
другим углом, чем ранее на других женщин.
Интересно, когда в последний раз ее таким образом касался мужчина? Это была
тема, которую она никогда не поднимала в переписке; вопрос, который я никогда бы не
задал.
Мне было интересно, когда она в последний раз так легко засыпала с мужчиной.
Определенно, в ее прошлом было что-то, что заставляло ее держать мужчин на расстоянии
от себя. Но я не знал, насколько ужасным это было. Что бы это ни было, однозначно оно
не повлияло на ее сексуальное желание.
Когда мне стало понятно, что она крепко уснула и что я не смогу сомкнуть глаз ни
на секунду, тихонько выбрался из постели, стараясь не побеспокоить ее.
Ее спальня была погружена в абсолютную темноту, лишь блеклый огонек монитора
компьютера давал легкое освещение. На заставке было слайд-шоу из фотографий
различных тропических пляжей мира. Они выглядели как профессиональные фото, ни
одного сделанного ею, и она никогда не упоминала о том, что много путешествовала в
своей жизни. По большому счету она никогда не распространялась о своей жизни до 18
лет. Если бы я не был так занят, пытаясь оградить себя, я бы задумался, что это
достаточно странно.
По мере того как фото на экране появлялись и исчезали, свет в спальне сменялся
соответственно: угасал или появлялся. Я смотрел на спящую Кэтрин, надевая джинсы и
покидая ее спальню.
Когда мы приехали сюда, у меня не было возможности осмотреться. Не пробовал.
Не интересовался. Все, чего я жаждал — это она, голая, подо мной, и я, наконец,
воплощающий в жизнь свое обещание дать ей секс всей ее жизни. Ее глубокий крепкий
сон доказывал, что я справился с задачей.