Либерти
Шрифт:
Оставшуюся часть дороги Валери не перестает вздыхать и спрашивать, не кружится ли у меня голова. Вообще-то, меня действительно слегка подташнивает, а бесконечные пальмы в моих глазах шевелятся как будто вовсе не от легкого ветерка.
Ну, надо же, какие у него глаза! И это определенно не линзы, а самый настоящий цвет, данный ему природой. Этот Эрик определенно мне кого-то напоминает… Может, какого-нибудь актера? Или футболиста? Такой заманчивый смелый взгляд с примесью скрываемой дерзости.
Роскошный двухэтажный дом Валери похож на растянутую букву «п». Как и у большинства тех, что мне
– Очень скоро ты поймешь, что наблюдать невзначай за соседями очень даже занимательно, – усмехается моим словам Валери, проводя для меня небольшую экскурсию по дому. Мы заходим на светлую кухню невероятных размеров. – Ева такая заботливая, – с улыбкой говорит Валери, заглядывая в холодильник, – столько вкусностей приготовила. Небось полдня вчера у плиты стояла.
– Это ваша горничная?
– Повар, горничная, поставщик местных сплетен. Она приходит ко мне два-три раза в неделю, а сама живет и работает у Матвеевых.
– У вас чудесный дом, Валери. Очень роскошный и…
Поворачиваюсь к хозяйке и вижу, как она хватается за глянцевый край белоснежной столешницы и пытается устоять на ногах. Я пулей подлетаю к ней и хватаюсь за её плечи.
– Валери? Что с вами?
– О, милая, ничего… – с улыбкой вздыхает она. – Я просто очень устала от этой дороги. Очень утомительна она для меня.
– Понимаю. Давайте, я помогу вам прилечь? Где ваша спальня?
– Доминика, не беспокойся. Мне просто нужно выпить воды и…немного поспать. Пойдем, я покажу твою спальню?
– Сначала вы выпьете стакан холодной воды, – говорю я, усадив её на стул. Достаю высокий ярко-синий стакан из стеклянного шкафа и наполняю его водой из графина. Надеюсь, она свежая. – Держите.
– Спасибо тебе, Доминика. Извини, что я раскисла…
– Раскисли? – усмехаюсь я. – Десять минут назад я вывалилась из игрушечной машинки и меня едва не переехал мужик на велосипеде. Уж кто раскис, так это я! А вы просто утомились, ведь дорога сюда и впрямь долгая и выматывающая.
– Ох, я такая дура! – с улыбкой вздыхает Валери после нескольких глотков воды. – Я ведь даже не додумалась познакомить тебя с Эриком.
Не знаю почему, но тут мой интерес начинает игриво шевелить хвостиком.
– Он местный, да?
– Да. Переехал года три назад, – сообщает Валери, прикладывая стакан ко лбу. – И с тех пор здешние дамы ни днем ни ночью покоя не видят. И это я не только одиноких имею в виду.
– Откуда он? Просто, – улыбаюсь я, стараясь не вызвать никаких подозрений своим излишним любопытством, – мне ещё не доводилось видеть собственными глазами мужчину, по имени Эрик. Или старичка Уэлша… Кажется, в сказке про Спящую Красавицу был принц и его звали Эрик.
– Он из Англии. Его мама была русской балериной, а отец – британским дипломатом.
– Почему были?
– Они пропали без вести, когда отправились в путешествие по Японии. Там как раз землятресение случилось…
– Ого… Надо же.
– Да. Ему тогда лет семь было. Его воспитывал родной дядя, один из известных английских бизнесменов. Чуть позже Эрик основал свою компанию по производству умной техники для дома.
– Вы
– Приходится, – пожимает она плечами. – То один что-то расскажет, то другой. Хотя, если честно, люди здесь не любят рассказывать о прошлом. О той жизни, что была или есть за пределами «Либерти».
– Почему?
Валери загадочно опускает глаза и неспешно крутит на столе полупустой стакан.
– Здесь можно не только начать новую жизнь, но и хорошенько спрятаться от старой. Убежать и никогда не возвращаться. Здесь куда не ткни – бизнесмены, миллионеры, миллиардеры. Они настроили свой бизнес и ведут дела так, дистанционно. Суета, злость, зависть и жадность городов пожирает людей. О таких, как мы, СМИ пишут самое разное, но ни один материал или даже интервью не могут показать людям насколько мы другие. Не такие, какими нас делает блудливое и испорченное молодое поколение. «Золотая молодежь»! Напьются, покалечат людей, похвастаются яхтами и золотыми унитазами в своем «Инстаграм», а потом мы – взрослые люди в глазах человечества выглядим точно такими же. Если кто-то и напишет о благотворительности, в которой участвует известный человек, то тут же другие станут подозревать его в каких-то неведомых финансовых махинациях, отказываясь видеть в этом искренние и добрые побуждения. Мегаполисы портят. Мегаполисы уничтожают, убивают и лишают человека человечности. А здесь можно спрятаться. Сбежать. Укрыться. И просто жить. Все мы сбежали сюда, чтобы забыть свое прошлое. Только у всех оно слишком разное и неоднозначное.
Глава 4
Моя спальня с панорамным окном до самого пола располагается на втором этаже. Забота и доброта Валери вызывает у меня очень много вопросов, но я решаю поговорить с ней об этом чуточку позже, когда мы обе придем в себя и немного отдохнем с дороги. Я вижу, что она очень устала. Мне даже кажется, что ей с трудом удается дышать и стоять на ногах. Когда она отправляется в свою спальню, я несколько секунд стою на месте, всё ещё слабо веря в происходящее, а потом почему-то на цыпочках подхожу к темной стеклянной двери рядом с глянцевым комодом и… Замираю в самой довольной и счастливой своей улыбке.
Ванная комната в собственной спальне.
Не сплю ли я?
Решаю незамедлительно принять теплый душ, хотя тело требует долгого и продолжительного лежания в горячей воде. Но я отказываюсь от этой идеи, ведь становится как-то неудобно перед Валери. Не хочу, чтобы она посчитала меня за дикарку, которая тут же позволяет себе развалиться в огромной круглой ванне и необдуманно потратить слишком много воды. Чтобы набрать такую посудину, в которой могут смело поместиться три человека, её нужно чрезвычайно много!
После душа, завернувшись в полотенце, я подхожу к окну, а если быть точнее – двум стеклянным стенам, разделенным разве что очень тонкой и почти невидимой глазу перегородкой.
Надо же, как здесь солнечно! Оглядывая новую и без сомнений совершенную местность вокруг, мне всё сильнее кажется, что это просто мой самый прекрасный и сказочный сон. Не может такого быть, чтобы на земле существовало место идеальное во всем! Чтобы всегда светило солнце, а кисти пальм плавно колыхались от теплого ветерка. Чтобы загорелая старушка в ярко-красном купальнике лежала на шезлонге и попивала коктейль с книжкой в руках, а вокруг неё цвели… Что это? Розы? Пионы? Или хризантемы?