Лея Леса
Шрифт:
Пусть будут даэрте. И как ее там?
— Скажите, гражданка Дараэ, а что вы собираетесь делать дальше? Спасенные ведь молчать не будут?
Салея сделала вид, что задумалась. Ненадолго.
— Мои родители были против общения с миром. Но мне кажется, что надо… начинать. Если вы возьмете на себя труд… немного помочь нам? Скажем, рассказать о нашем народе…
Подполковник кивнул. И про себя порадовался.
Разве плохо?
С его точки зрения — замечательно! Люди спасены, к сожалению, не все, но многие. Больше, чем
Пожара больше нет.
Есть племя, которое жило в тайге, и оно желает общаться с людьми?
Да и отлично! Шума будет много, но вроде как народ мирный, адекватный…
— Вы хорошо говорите по-русски.
— Среди нас таких не очень много, но мы быстро обучаемся. И мы… готовы дружить. Соблюдать законы и вливаться в общество. Я не хочу, чтобы мой народ выродился.
А вот это тоже понятно.
Беда малочисленных народов — отсутствие свежей крови. Все друг другу родня, и судя по лицам… да, родня, точно. Вон как похожи. Красивые, конечно, но генетику не обманешь. Близкородственные скрещивания ведут к вырождению. Это сейчас каждому известно.
Подполковник довольно улыбнулся.
Что ж. Это будет интересно. И поучаствует он с удовольствием.
Говорите, даэрте? Журналисты взвоют! Такая тема…
— Да, Танюша?
Чувствовала сейчас себя Людмила Владимировна на двадцать лет моложе. И просьбу выгулять Гнома восприняла спокойно. Ничего не болит, можно и с собакой погулять.
— Бабусь, мы сегодня, наверное, поздно придем. Тут такое…
— Я уже новости видела. Неизвестное племя, говорите?
— Ага. Бусь, ну такой случай! Надо пользоваться моментом!
— Пользуйтесь, — великодушно разрешила Людмила Владимировна. — Турбазу я забронировала на все лето. Деньги мне с утра перевели, вы уже уехали, а я сделала.
— Отлично.
— И планшеты заказала. И книги.
— Бусь, ты — чудо!
— Знаю. Удачи, детка.
— Целую — пока, — протараторила Таня по телефону. И отключилась. Людмила Владимировна положила сотовый на стол, и поглядела на кошек, которые лежали там же. Негигиенично?
А ты попробуй, сгони этих мохнатых со стола! Не уйдут. Есть только одна возможность — им должно надоесть. Тогда они сами на этот стол лазить перестанут.
— Дети вырастают?
— Мяу, — высказалась Муська. И боднула головой оказавшуюся рядом руку. Кошечек гладить надо! Ясно же! Мяу!
И хорошо, что дети вырастают. Тогда кошечек можно гладить уже в четыре руки.
Людмила Владимировна послушалась. Заодно и новости по телевизору посмотрела.
Катастрофа на железнодорожном переезде!
Тридцать погибших, есть раненые!
Все доставлены в больницу, жизни людей ничего не угрожает!
Открыта новая, доселе неизвестная народность! Даэрте!
Таежные люди!
Новый
Надолго журналистов не хватит. Такие новости примерно раз в год появляются. То там, то здесь… то в лесках Амазонки, то где-то в горах, на островах — да много их где находят! И везде что-то новенькое, свое…
И что?
Покричат недельку, а потом все утрясется и успокоится. И можно будет общаться уже с чиновниками. Получать паспорта, участвовать в переписи населения, построить хоть какую деревню… так, для видимости! Нужно же даэрте где-то прописываться? Платить налоги, участвовать в жизни общества… они будут.
Люди не вызывают у них отвращения.
Может, при других обстоятельствах и показались бы люди глупыми, грязными, излишне замороченными техникой. Но после ша-эмо?
Уживутся. Даэрте нужен Лес, тайге нужны те, кто будет за ней присматривать, а что будет дальше? Посмотрим!
К вечеру и Таня, и Салея едва ноги передвигали.
Понятно, что их потащили по всем кругам ада. Для начала — полиция. Салея послушно оставила свои отпечатки пальцев, их пробили по базе, убедились, что раньше она туда не попадала. Потом начали опрашивать, составили протокол…
Потом девушки пойдут за документами в паспортный стол.
Конечно, Даниил Русланович поможет, и поддержит. Но зачем усложнять жизнь хорошему человеку? Можно бы и фальшивые документы сделать, но — зачем? Нарушать закон, идти на подсудное дело… нет, ни к чему.
Потом в полицию прорвались репортеры — и начался кошмар. Таня молчала.
Она упорно, усердно и целеустремленно молчала, покрепче сжимая зубы. Понимала, если она сейчас откроет рот, она так репортеров в три этажа обложит, что о хороших статьях навек забыть придется.
А вот Салея преотлично справлялась. Видимо, генетика. Даэрте не знают, что такое журналистика и дипломатия, но вела себя Салея, как настоящая принцесса.
— Расскажите о своем племени?
— Полагаю, нас правильнее называть не племенем, а народностью.
— В чем разница?
— Сначала племя, потом народность. Я считаю, что пока мы жили отдельно, мы были племенем. Когда мы решили эволюционировать дальше, пусть даже в ущерб нашей культуре и самобытности, мы стали народностью, — вежливо разъяснила Салея.
Не соврала. Действительно, даэрте не племя. Они — народ. Нацией их называть все же неправильно, но биологически они все же отличаются от людей. Этнос? Группа?
Таня запуталась в тонкостях этнографии и этнологии, и махнула рукой. Авось как-то да определятся.
Что радует — никому не приходит в голову иномирное происхождение даэрте. На земле живут люди — и точка. Смуглые? И что?
Уши странной формы? А это спасибо Толкниену, кстати говоря. Вот написал человек, что у эльфов уши острые — и все! Они обязаны быть острыми! Видел ли писатель хоть одного эльфа?